Подобные условия передвижения чумаков в степях живо напоминали о тех опасностях, которыми грозила степь в эпоху господства половцев, когда они в конце XII в. стали «изотымать» южные пути у русских князей.
Указанный путь из Среднего Поднепровья через Никитин Рог вдоль левого (берега Днепра на Каховку и Перекоп и можно считать Соляным путем, о котором говорит летопись под 1170 г.
Упоминая о Залозном пути под 1168 и 1170 г.[304], летопись указывает, что, желая не допустить половцев «пакостити Гречнику нашему и Залознику», русские князья в обоих случаях выходят навстречу купцам к городу Каневу, где и дожидаются, пока «взыйде Гречник и Залозник» вверх по Днепру. Канев, таким образом, стоял в узле обоих путей — Греческого и Залозного.
Относительно общего направления Залозного пути после ответвления его от Днепра исследователями высказывались различные мнения. Некоторые ищут «залозы» в поросших тростником низовьях Днепра[305] или ведут путь к реке Каланчаку, изливающемуся в Каркинитский залив[306]. Но при таком предположении Залозный путь ничем, в сущности, не отличался бы в первом случае от Греческого, во втором — от Соляного. Большинство исследователей поэтому принимают юго-восточное направление Залозного пути — на Тмутаракань[307] или же по Дону — в Хазарию[308] и на Кавказ[309].
Если, согласно летописи, Греческий и Залозный пути сближались перед Каневом, то из этого следует, что Залозный отдалялся от Днепра ниже Канева и выше места ответвления Соляного и, значит, действительно должен был получить юго-восточное направление.
Само название пути «Залозный» указывает, что он уходил «за лозы»[310]. Вероятнее всего, под этими «лозами» подразумеваются известные «плавни» (упоминаемые еще Геродотом) в районе Днепровской луки и находящиеся восточнее: ее значительные пространства в речных долинах с густой порослью осокоря, вербы и лозы[311].
Их местоположение определяется названием протекающих здесь рек[312], например, в бассейне реки Самары — Лозоватка (приток Татарки), Лозоватая (приток Средней Терсы), Лозовка (приток Верхней Самары), Вербовая (приток Янчула), Лозовая (в истоках реки Волчьей); далее впадающая в. Днепр Осокоровка с Синельниковой, Вербовая (приток Волонянки); М. Камышеватка и Вербовая балка (притоки Конской), Лозовая (приток Бритая) и Лозоватка (приток Береки). Имеются также поселения с названиями Ивковка, Лозоватые.
Указанная топонимика названий очерчивает довольно значительный район лозовых лесов, примыкающий с востока к Днепровской луке. Именно сюда, за эти «Лозы», совпадая на этом отрезке с позднейшим Муравским шляхом, очевидно, и направлялся из Киева Залозный путь по водоразделу между Днепром и Северским Донцом к верховьям Кальмиуса. Выходя затем к устью Дона или же к устью Кальмиуса[313], Залозный путь выводил в Азовское море и далее к Тмутаракани, связанной с берегами Понта, с Трапезундом и Синопом, откуда товары шли для передачи их в Поднепровье.
Залозный путь с давнего времени связывал Поднепровье с устьем Дона, Тмутараканью и Хазарией. Изучение кладов и других археологических находок говорит о существовании пути из Хазарии и Тмутаракани в Поднепровье еще в VII в.[314].
Пути XI–XIV вв. из Киева в Половецкую степь представляют несколько вариантов[315]. С одним из них, а именно с походным путем русских князей 1111 г., вероятно, совпадал и Залозный путь на некотором протяжении своей северной части. Выходя из Киева, он мот итти через Переяславль, мимо Канева, через Лукомль, Хорол, Лтаву, затем Коломацким шляхом выходил на Муравский шлях к верховьям реки Самары, откуда по водоразделу между Днепром и Донцом направлялся на юго-восток за «Лозы» и через Кальмиус выходил к устью Дона.
Возможен был и другой вариант, по которому Залозный путь мог от Днепра пролегать через Горошин, Голтов, Сенжаров (на Ворскле), затем долиной реки Тагамлык и Орчицким шляхом выходил на Муравский шлях и далее продолжался на юго-восток, сливаясь уже здесь с первым вариантом[316].
Связывая Поднепровье через Дон и Тмутаракань с Понтом и Хазарией, Залозный путь имел важное значение в истории Киевской Руси[317], особенно в VIII–X вв., в период расцвета хазарской торговли, но постепенно утратил свое значение, когда венецианские и генуэзские купцы, завладев торговлей Трапезунда, направили ее на запад по иным путям.
305
Такого мнения придерживаются Карамзин и Соловьев. Соловьев справедливо указывает, что «Залозный» неудовлетворительно объясняют Заолзным, т. е. Заолешинским, который был бы то же самое, что Греческий, не говоря уже о трудном переходе слов из. Заолешья в Заолзье». Однако собственное мнение Соловьева, что «Залозный — железный по товару», тоже неубедительно; Карамзин, т. II, прим., стр. 419; Соловьев, I, стр. 486, прим., стр. 3.
307
К этому мнению присоединяются Иловайский, Середонин, Спицын и другие. Иловайский, стр. 283; Середонин, стр. 165; Спицын, стр. 12–14. По мнению Голубовского Залозный путь, ответвляясь от Днепра где-то у впадения Самары, мог итти на восток. Готье считает путь древним и определяет его направление следующим образом: Донец — Дон. Голубовский, стр. 162, 163; Готье. Железный век, 233.
310
Нельзя, однако, принять мнение, что название пути Залозным идет, может быть, от лоз, росших в Киеве по ту сторону Днепра, по дороге в Переяславль, как думает А. Спицын. От Киева до Канева, как это следует и в летописного описания, и Греческий и Залозный пути совпадали. Собственно Залозный путь начинался южнее Канева и если получил свое название от лозовых лесов, то они должны были находиться южнее Канева.
314
Изучая торговые связи Руси с Востоком VIII–XI вв., Любомиров приходит к выводу, что в VII в. путь от Семендера (около Кизляра) шел Тереком, Сунджей, снова Тереком и его верхними притоками выводил к Кубани на Таматарху к обоим морям, далее Черным морем к византийским городам Крыма. Путь от Семендера, по-видимому, раздваивался и с верхней Кубани через большой Егорлык и затем Маныч выводил к устью Дона. Другой путь (IX–X вв.) шел из Итиля Волгой до Царицына или Камышина к восточному выступу Дона и отсюда Доном до устья Донца. Донец и Оскол выводили к Ворскле, Пслу и Сейму (VII–X вв.); Любомиров П. Г. Торговые связи Руси с Востоком VIII–XI вв., в Учен. зап. Сарат. ун-та. т. I, вып. III, Слов. — ист. отд. пед. фак., Саратов, 1923, стр. 17–19.
315
Ляскоронский. Русские походы в степи, см. приложенную к статье «Карту путей в степи XI–XIV века».