Глава седьмая
Поход Владимира Мономаха в Половецкую землю 1111 г.
Исполняя принятое на Долобском съезде решение, русские князья в 1111 г. предприняли большой поход на половцев, который завершился выдающимся успехом. Русские проникли далеко в глубь половецких степей, взяли два половецких города, одержали блестящую победу над кочевниками и с богатой добычей возвратились на Русь.
Русские князья выступили в поход из Переяславля во вторую «неделю» великого поста, т. е. в воскресенье 26 февраля. В пятницу 3 марта они дошли до реки Сулы, в субботу достигли Хорола, где вследствие таяния снегов «сани пометаша», так как пользоваться ими стало затруднительно. В воскресенье 5 марта (в «крестопоклонную неделю») пришли на Псел, а на следующий день стали на реке Голтве, где дождались присоединения остальных воинов. Во вторник 7 марта русское войско достигло реки Ворсклы, за которой простиралась уже Половецкая степь[318].
В среду выступили с Ворсклы и, «преидоша многие реки» на своем пути, подошли, наконец, к «Донови». День этого прибытия указывается различно. По сообщению Ипатьевской летописи, это произошло в шестую «неделю» (воскресенье) поста, а согласно Воскресенской летописи — в пятую «неделю»[319].
Посвятив понедельник отдыху после длительного похода, русские воины во вторник, «оболачишася во броне и полки изрядиша», двинулись к городу Шаруканю, куда прибыли «вечеру сущу». Шарукань сдался, и его жители в виде даров вынесли русским князьям рыбу и вино. «Перележаша нощь ту», русские утром в среду направились к Сугрову и, взяв город, зажгли его.
В четверг русские войска двинулись «с Дона» в обратный путь. Тогда собравшиеся половцы преградили им дорогу и утром в пятницу 24 марта напали на русских. Перед лицом великой опасности русские князья приняли твердое решение: «уже смерть нам зде, — да станем крепко!» Произошел бой «на потоце Дегея»[320]. В ожесточенной борьбе русские разбили половцев.
Весь следующий день, субботу 25 марта, отдыхая после тяжелой битвы, русские оставались на том же месте, празднуя день Благовещения. В воскресенье 26 марта, по известию Ипатьевской летописи, русские продолжали свой обратный поход. На следующее утро, «наставшю же понедельнику» 27 марта на «страстной» неделе, множество половцев окружило русские полки со всех сторон, словно бор («яко борове велици»). «И брань бысть люта межи ими». Русские и на этот раз вышли победителями, так что разбитые половцы «вдаша плещи свои на бег». Это решительное побоище произошло «на реце Сальнице»[321].
После блестящей победы русские с огромной добычей вернулись на Русь. Слава об их походе разнеслась далеко за пределы Русской земли, проникла во все дальние страны: «к Греком, и Угром, и Ляхом, и Чехом, дондеже и до Рима, проиде на славу богу»[322].
Для выяснения местонахождения половецких городов существенное значение приобретает точное определение того дня, когда русские (Пришли «к Дону». Между тем, мнения исследователей по этому вопросу разошлись. В соответствии с Воскресенской летописью одни полагают, что русские, выступив с Ворсклы 8 марта, достигли «Дона» 12 или 13 марта и затем двинулись к Шаруканю во вторник 14 марта; следовательно, все расстояние от Ворсклы до «Дона» прошли в 5 или 6 дней[323].
Другая группа исследователей[324], придерживаясь Ипатьевской летописи, считает правильным чтение «в шестую неделю поста», рассуждая следующим образом: «в Лазареву субботу русскими была отпразднована победа, перед этим в пятницу (на шестой неделе) была битва на потоке Дегея, перед этим в среду русские двинулись к Сугрову, а во вторник — к Шаруканю; следовательно, к Дону русские подошли в воскресенье (на шестой неделе)»[325]. По этому расчету, следовательно, русские подошли к Дону 19 марта.
Приведенное возражение отвергает поправку Воскресенской летописи: «в пятую неделю поста». Однако в указанной полемике исследователями упущено из внимания, что великий пост начинается с понедельника, а воскресенье заканчивает неделю. Обе упомянутые летописи правильно отмечают, что поход начался во «вторую неделю поста», иначе говоря, в воскресенье 26 февраля. Если же продолжить последовательно великопостный календарь, то мы и получим, что воскресенье третьей и четвертой недели соответственно приходится на 5 и 12 марта, а воскресенье пятой недели на 19 марта.
Иными словами, при ближайшем рассмотрении оказывается, что обе летописи отмечают один и тот же день прибытия русских князей к «Дону» и, значит, отпадает основание для расхождения мнений по данному вопросу.
320
Татищев пишет, что сражение было упорным «и кончился бой сей ночью». Татищев. История российская с самых древних времен, кн. 2, 1773, стр. 208.
321
Ипат. лет., стр. 193; ПСРЛ, т. VII, стр. 22; акад. Шахматов, Повесть временных лет, 1916, стр. 338–339; Татищев пишет, что в бою на Сальнице «половцев более 10 тысяч побито, а несколько тысяч пленных в Русь приведено, коней же и скотов бесчисленное множество войску отдано», Татищев, кн. 2, 1773, стр. 209.
323
Так думает Аристов, который считает «очень достоверным по своей точности» показание Воскресенской летописи о том, что «в пятую неделю поста прийдоша к Донови, во вторник же, оболкшеся во брони, поидоша… ко граду Шаруканю», Аристов, стр. 9.
324
Например, Барсов, Ляскоронский, акад. Шахматов. Барсов. Очерки, стр. 303; Ляскоронский. Русские походы, в степи, стр. 24; Шах матов. Повесть временных лет, стр. 338.