По своему географическому положению Черниговское и Северское княжества примыкали к верховьям Северского Донца и Сейма, откуда пути в Половецкую степь выводили в район Северского Донца и в бассейн Ворсклы. В смелых и дальних походах 1111 и 1116 гг. при участии Владимира Мономаха русские разгромили в глубине Половецкой земли города Шарукань, Сугров и Балин, лежавшие в районе между Северским Донцом и Тором[448]. К тому же району Донца, видимо, относится и поход 1109 г., когда «у Дона» Дмитр Иворович «тысячу веж взя»[449].
В 1120 г. «Ярополк ходи на половцев за Дон», следовательно, опять за Донец. Известный поход Игоря Святославича 1185 г. был совершен также за Донец к нижнему Тору. Здесь, по признанию самого Игоря, он «собрахом» на себя «всю землю» Половецкую[450], Кончака, Кзу Бурновича и других, — иными словами, оказался среди многочисленных половецких сил. На поле битвы Кончак «поручися по свата Игоря», который после того и жил в плену на берегах Тора, т. е. среди половецких становищ, за Северским Донцом. Так как в последующем затем набеге на Русь Кончак напал на Переяславль, а Кза шел восточнее, на Посемье, то, вероятно, вежи Кзы стояли также восточнее веж Кончака. В таком случае поход 1168 г., когда «взял Олег вежи Козины… а Ярослав Беглюковы вежи взя»[451], хотя он не связан летописью с определенной географической местностью, может быть, по упоминанию в нем о «вежах Козиных», отнесен также к району Донца. В 1191 г. черниговские и северские князья ходили на половцев «до Оскола»[452].
В географическом отношении неясным остается движение Игоря Святославича, когда он (в феврале 1183 г.) ходил «к реце Хырии (Хирии, Хории)[453]. Однако, если сопоставить с этим поход Игоря тем же летом «за Мерл»[454], где он встретил половцев, то Хырия по созвучию в наименованиях может быть с вероятностью отождествлена с Хухрей, впадающей в Ворсклу несколько выше Мерла и расположенной в непосредственной близости от той дороги, которая была обычной для северских князей при походах в степь.
Изучение походов чернигово-северских князей в Половецкую степь заставляет признать существование крупного половецкого центра между Северским Донцом и Тором.
Борьба с половцами велась и на крайнем восточном фланге Русской земли как суздальскими, так и рязанскими князьями, к владениям которых с юга примыкало Половецкое поле, но летописные сведения об этой борьбе крайне скудны.
В 1160 г. князь Изяслав, сын Андрея Боголюбского, вместе с рязанскими, муромскими и другими князьями совершил поход на половцев «в поле за Дон далече». В злой сече одолев половцев, русские погнались за ними и на Ржавцах одержали новую победу, хотя и понесли при этом тяжелые потери[455].
В 1199 г. Всеволод III двинулся на половецкие «зимовища… возле Дона». Узнав об этом, половцы «бежаша и с вежами к морю»[456], из чего можно думать, что Всеволод углубился довольно далеко на юг. В 1205 г. «ходиша князи Рязаньскыя на половци и взяша веже их»[457], по-видимому также на Дону.
Итак, изучение историко-географических сведений о Половецкой земле позволяет установить местонахождение нескольких центров половецких кочевий.
В степях, примыкавших к Черноморской луке между Дунаем и Днепром, кочевали «лукоморские»[458] или «подунайские»[459] половцы. У Днепровской луки, по обе стороны порогов, были становища половцев приднепровских, или запорожских.
Крупный половецкий центр находился в бассейне реки Молочной, входя, очевидно, в состав половцев приморских, кочевавших от Днепра до Нижнего Дона по берегам Азовского моря[460]. Между Орелью и Самарой, ближе к их устьям, лежали вежи половцев, которых по их местоположению относительно Киева можно назвать заорельскими. Между Северским Донцом и Тором, где находились города Шарукань, Сугров и Балин, размещались половцы донецкие. В бассейне Дона кочевали половцы дояские. Наконец известны также половцы, обитавшие в степях Предкавказья[461].
Отдельные группы кочевников по разным причинам покидали Половецкую степь. Таких выходцев русские князья охотно селили в пределах Руси (с обязательством нести сторожевую военную службу по обороне Киевского государства) и называли их «своими погаными» в отличие от незамиренных, «диких» кочевников. Замиренные печенеги, торки, берендеи, коуи, турпеи, половцы — все они на Руси известны были под общим названием, «черных клобуков», которые в течение XI–XII вв. постепенно были расселены в Поросье, Верхнем Побужье, по притокам Тясмина и Синюхи, а также и на левой стороне Днепра[462].
458
Ипат. лет., стр. 381, 384, 452, 454; Беляев, стр. 82; Аристов, стр. 20; Барсов, стр. 275, 299.