Надеюсь, у тебя, читатель, не осталось сомнений… Что же за книга перед тобой? Быть может, тебе хочется недостатков, оплошностей, поступков, за которые стыдно? Прости, ты ошибся адресом… Эта книга совсем о другом…
Андрей Журкин
Через тернии к звёздам
(В двух песнях в стиле РЭП[2] со свободной распальцовкой)
Песнь первая
В одном Звёздном городке жил-был истопник Никандр.
Ходил на смену, подбрасывал уголёк в топки,
в паровых котлах излишний стравливал пар.
В этом Звёздном городке натаскивали астронавтов
к межпланетным полётам,
А истопник Никандр пил горькую
и был доволен своей работой.
И вот однажды в местной стенгазете был объявлен
долгожданный рейс на Луну…
(Можно было взять с собой: три книжки Пелевина,
две пачки сигарет и бутылку водки, одну.)
Астронавты засуетились и стали состязаться друг с другом,
Потому что соревновательный мандраж
был их общим профессиональным недугом.
А истопник Никандр, видя такие дела,
попросился в очередной ежегодный отпуск, —
Дескать, пускай и котлы отдохнут,
пока вы там бороздите свой космос.
И ему сказали: какие, брат, блин, базары —
Вот только прочисти сопла на третьей ступени
и — канай на свои Канары!
Не Канары, — пробурчал Никандр, — а деревенька Малые Струги…
Га-га-га! — Загоготали астронавты и побежали на свои центрифуги.
Сопла так сопла, что он, сопель не видел?
Нашли, блин, чем пугать…
Взял два ёршика, вантуз и после смены пошёл прочищать.
Идёт Никандр по аллее —
а в Звёздном городке до фига аллей —
И слушает, как соловьихе вешает лапшу на уши краснобай-соловей.
На стартовой площадке сунул в рыло охраннику удостоверение
И полез в ракету, устремлённую в небо весеннее.
Чистит сопла Никандр, в перерывах водочкой разминается…
И так ладно у него выходит — самому даже нравится.
Кончивши дело, решил прошвырнуться по отсекам,
Чтобы было о чём рассказать в Малых Стругах
любознательным девкам.
Ходит, глазеет, трогает всякие ручки и кронштейны,
И от души умиляется над нестандартными техническими решениями.
И вот забредает он в самую что ни на есть капитанскую рубку —
Там огромный компьютер стоит и сонно помаргивает,
как зачарованный Будда.
Тут Никандр возьми и сбацай два пассажа
на евоной клавиатуре,
На минуту вообразив себя — ну ни дать ни взять —
Святославом Рихтером, в натуре…
А компьютер тот был слеплен, как водится,
в конце квартала в авральном порядке,
И оттого присутствовали в его чреве
неустранимые неполадки.
И, потом, откуда ему было знать,
что по нему долбают от нечего делать?!
Он решил: пора стартовать
и замигал всеми своими светодиодами остервенело…
А Никандр чешет репу: мол, что за хренация?
И ощущает ниже пояса подозрительную вибрацию…
Ну, думает, блин, допился-таки до трясучки!
А ведь еще… раз, два, три, четыре… пять дней до получки!
И вдруг всё вокруг заревело, задрыгало, загрохотало,
сбило с ног, оглоушило, размазало по полу и — стартовало!
А наутро всех астронавтов в Звёздном городке как дубиной огрело —
То, что ещё вчера торчало на стартовой площадке, уже улетело!!!
И что теперь не видать им, как своих ушей, своего звёздного часа,
И уже глумится над ними по телику
ехидный представитель из НАСА:
Дескать, опять эти русские всех опередили и удивили —
Запустили агрегат на Луну, а экипаж загрузить забыли!
И вновь, как то бывало уже не раз,
опечалилась вся Россия…
В деревеньке Малые Струги девки заголосили…
И тут самое время сказать: не дрейфь, астронавты,
и девки, утритесь подолами!
«Через тернии к звёздам» — это вам не брудершафт
под огурец маринованный!
И кто подумает, что наш Никандр пропал ни за что ни про что,
у того пускай рожа треснет!
А с Никандром в космосе еще многое произошло,
но об этом, браты, в следующей песне[3]…