Выбрать главу

Тяжелые парчовые шторы закрывали стеклянные двери кабинета, не пропуская солнечного света. При выключенном свете и задвинутых шторах в комнате было темно даже в летний полдень. Когда глаза Дилани привыкли к полумраку, она с трудом смогла разглядеть фигуру за письменным столом.

– Пол!

Ответа не последовало.

– Пол! – снова позвала она, нащупывая выключатель на стене.

– Можешь звать его хоть целый день, он все равно не ответит. – В тот момент, когда комнату залил теплый желтый свет, Дилани почувствовала, как дуло пистолета уперлось ей в спину.

Тело Пола неуклюже лежало в огромном кожаном кресле, на лбу виднелась рана от пули. Дилани открыла рот, но крик застрял у нее в горле, когда мужчина втолкнул ее в комнату и захлопнул дверь.

– Что? Не будешь кричать? Это меня удивляет. Где она могла слышать этот голос?

– А Лукас говорил, что ты любишь кричать.

Джуда!

Глава 39

Если поднимается занавес и появляется оркестр, значит, шоу начинается! Бойся. Бойся очень сильно.

– Джуда? – Ее голос дрожал.

– Собственной персоной. Садись. – Он толкнул ее к креслу.

Дилани повернулась и наконец увидела своего врага лицом к лицу. Она посмотрела на пистолет в его руке и послушно села.

– В доме полно прислуги. Кто-нибудь услышит тебя, – сказала она ему.

Джуда покачал головой:

– Не надейся. Пол дал им всем оплаченный выходной. Единственной, кто оставался, была эта зануда Марисоль, от которой ты очень удачно для меня избавилась. Кроме того, я не собираюсь стрелять в тебя. Это выглядело бы недостоверно.

– Недостоверно?

– Женщины, особенно красивые женщины, обычно не стреляют в себя, когда совершают самоубийство. Даже в самый отчаянный час они чересчур тщеславны. Их слишком волнует, как они будут выглядеть в своих розовых полированных гробах. Нет. Все будет гораздо естественнее, если ты… скажем… проглотишь весь пузырек тех успокоительных, которые принимаешь. – Он достал коричневый аптечный пузырек и погремел таблетками.

– Так, значит, я застрелила Пола и потом покончила с собой, так?

– Сообразительная девочка.

– Никто никогда не купится на это. Никто этому не поверит.

Джуда усмехнулся, налил воду в высокий стакан и протянул его Дилани вместе с несколькими таблетками.

– Разве твое общение с Лукасом ничему тебя не научило? Не важно, какова правда. Имеет значение только то, что можно доказать.

– Я не стану их пить, – сказала она.

– Тогда я буду вынужден приставить пистолет к твоему виску и нажать на курок. Гораздо менее гламурно, но… ты ведь правда, правильно?

Дилани подумала о микрофоне, который был на ней. Если она умрет, во всяком случае, смогут докопаться до правды, когда будут обыскивать ее труп.

– Расскажи мне обо всем.

– Дилани…

– Если ты собираешься убить меня, то по крайней мере объясни мне все, Джуда. – Она старалась не дать воли своей ярости, но, учитывая обстоятельства, считала, что имеет право на некоторую враждебность со сво ей стороны. – Это ты убил их всех, правда? Джей-Ди. Скилера. Пола. Но зачем?

– Мы четверо были партнерами в высокодоходной и абсолютно незаконной афере с банковскими счетами. Некоторое время назад Пол узнал, что Джей-Ди собирается забрать деньги и сбежать. Он хотел инсценировать свое убийство и оставить нас троих расплачиваться за все. Нас и тебя.

Дилани кивнула. Теперь многое начинало проясняться.

– Бокал из-под шампанского, щетка для волос, договор страхования. Это все были улики, которые Джей-Ди подготовил, чтобы можно было обвинить меня в его убийстве, когда он исчезнет. И завещание. Вот почему он оставил мне так много. Он решил, что это тоже можно будет использовать против меня. Он не хотел, чтобы власти особенно разнюхивали, задавая слишком много вопросов о его исчезновении и отсутствии тела, поэтому он оставил мне кучу денег. А после его исчезновения оказалосьбы, что все деньги из «Дэниелз энтерпрайзиз» пропали через счета моей организации! Это была бы просто дорожка из хлебных крошек, ведущая прямиком к моему дому. Каким же надо быть подонком! Не могу поверить, что я вышла замуж за этого человека!

Джуда наклонил голову, с интересом следя за тем, как Дилани разгадывает конец истории.

– И тогда ты решил убить его и в то же время подставить меня. Это Пол в тот вечер позвонил Шеннон, зная, что их с братом голоса так похожи, что она и не подумает, будто с ней разговаривал не Джей-Ди.

– Полагаю, шутка о тупых блондинках все-таки несправедлива.

– Ты тоже блондин.

– Умная голова, как говорит Лукас. Очень остроумно.

– У меня остался еще один вопрос.

– Да?

– Чем я заслужила все это?

Джуда рассмеялся:

– В этом нет ничего личного, Дилани, просто так оказалось поступить… удобнее всего. Я следил за тобой с самого начала. И должен сказать, в какой-то момент я почти пожалел, что все это выпало именно тебе. Но твой молодежный клуб такая мелкая благотворительная организация, что никто никогда не догадался бы, что Скилер подделывал бухгалтерские книги. По крайней мере до тех пор, пока мы не перевели бы все нужные нам деньги на наши счета.

– И что же случилось? Зачем было убивать Скилера?

– Он испугался тебя. Ты звонила ему, задавала все эти вопросы, и потом, когда с тебя сняли все подозрения относительно убийства Джей-Ди, он занервничал. Хотел, чтобы мы с ним признались властям и обвинили во всем Пола.

– Но ты оказался слишком жадным.

Джуда покачал головой:

– Мои руки уже были испачканы кровью. У Пола были несомненные доказательства, что это именно я нажал на курок.

– Значит, поэтому тебе пришлось избавиться от Скилера. А Пол?

– Ты уже знаешь ответ на этот вопрос. Ты поняла, что это Пол влез к тебе в дом и напал на тебя в тот вечер. Было только вопросом времени, когда вы с Лукасом сложите два и два. И тогда хлебные крошки привели бы прямиком к моему кабинету.

– Поэтому ты решил избавиться от Пола и от последнего человека, который знал правду…

– От тебя.

– И как же ты собираешься объяснить властям мою смерть?

Джуда вздохнул и бросил ей на колени листок розовой бумаги. Дилани быстро пробежала написанное.

Пожалуйста, простите меня… Я люблю Пола, я всегда любила Пола… Я не могу жить без него… Лучше смерть, чем тюрьма…

Это был ее почерк, и все же… не ее. Она подняла глаза на Джуду, который все еще держал пистолет нацеленным на нее.

Он пожал плечами:

– Знаешь, недаром ведь говорят, что «главное в деталях». Все твои праздничные открытки, отправленные фирме, дали мне бесконечное количество образцов твоего почерка. Получилось неидеально, но… достаточно похоже. Любые несоответствия можно объяснить тем, что ты была не в себе, когда писала это письмо. Ты ведь не подписывала тот договор страхования, но никто ведь не поверил тебе.

– Правда против доказательств.

– Доказательства всегда победят.

– Ты ловкач, – сказала Дилани, глядя на записку.

– Особенно в подделках. Небольшой трюк, который я освоил, когда рос без родителей. Знаешь, никто даже не задает вопросов, почему ты пропускаешь занятия или какая обстановка у тебя дома, если только у тебя есть записка, подписанная дорогой любящей мамочкой или папочкой.

– Так, значит, это все… только… из-за денег?

– Только из-за денег? Легко такое говорить тебе – ты всегда купалась в деньгах. Джей-Ди бросает мне в лицо миллионы долларов, а я должен отказываться от них? Ты знаешь, сколько понадобилось бы мне времени, чтобы заработать такие деньги?

– Если стараться и много трудиться…

– Да заткнись ты! Я же не одна из тех девчонок, с которыми ты возишься. Знаешь, какие старания и труд выпали мне, Дилани? Быть на побегушках, чувствуя, что могу быть лидером. Затеряться в общей толпе, когда это я должен был произносить прощальную речь на университетском выпускном вечере. Быть в фирме всего лишь сотрудником, когда я должен был быть компаньоном. Всегда на вторых ролях. – Он резко усмехнулся. – Но быть на вторых ролях еще не значит быть неудачником. Я всегда был на шаг впереди твоего дружка Лукаса. А ты знаешь, как он получил свое первое место, Дилани. Вот это уж точно не была тяжелая работа… Это были деньги.