— А что мое, что глубоко?
— Нам нужен представитель в США. Со своими связями, агентурой. Здесь потеряешься. Вербовщику скажешь, что отправляешься в Вальпараисо на фабрику и все выведаешь. У Петрова связи с немецкой общиной. Поручим вас ему. Устроит новые документы. А в судовой журнал его шхуны будет внесена запись о безвременной кончине Миллеров во время шторма. Ее смыло за борт, а муж бросился спасать. И никто не выжил. О чем будет доложено и Врангелю, и прочим лицам. Причем, с намеком. Чтобы стало понятно: задание ты пытался выполнить, но попался.
— И как мы попадем в США? — чуть растерялся Вильям, — вдвоем?
— Да, через прерии с чемоданами, — рассмеялся я, — уж одни точно не останетесь. Подбирай помощников. Времени мало.
Уильям и Джейн Вильямсы
На следующий день Петров отбыл. Вильям с женой махали нам с палубы. К вечеру шхуна бросила якорь в устье реки Маркелия. В привязанную шлюпку загрузились супруги Нойманы, Вольфанг и Берта, натуралисты из Вальпараисо. А с ними группа сопровождения из десяти оперативников. Шлюпка вышла к берегу на столб дыма, условный сигнал. Там команду ждали два креола с мулами.
Фрегат «Саутгемптон» передан Игнату. Он важно прохаживается по палубе в расшитом золотом синем камзоле. Кончита в белом платье держит его под руку. Часть боевиков идет с ним для поддержки. И мы грузимся на корабли. Грузим купленных лошадей две сотни, коров сотню, быков Зебу. На них тут и пашут, и их же едят, и доят. Свиней, кур, запасы кукурузы, пшеницы, риса. Нас ждет Росс.
Глава 12
Петр Степанович Костромитинов был молодой да ранний. И поначалу в Питере Управлением компании велено было давать ему дела только под присмотром. В 1827 году за ним и присматривали в Ново-Архангельске[12].
Но в свои двадцать лет он показал такую хватку, что и наставников обошел. Когда дошли слухи о продаже компании непонятному графу, он отпросился в Росс, подальше от глаз нового руководства. Обидно, столько сил вложено. И теперь под угрозой все начинания на Аляске. Зато здесь большая самостоятельность, и он в двадцать три года начальник форта Росс, как его американцы называют. Одна беда, народу в подчинении мало. Сотня русских, сотня алеутов, полсотни индейцев и еще полсотни метисов. Есть всякой твари по паре. И шведы, и финны, и даже три полинезийца. Женщин только нет.
Берут в жены индейских скво. Деваться некуда. Просили правительство прикупить семей двадцать пять крепостных на разживу, так Нессельроде запретил. Приходится индейцев заставлять работать. Отсюда все конфликты. Не понимают дикари благо бесплатного труда. Ну, не совсем бесплатного. За еду и даже какую-то одежду. Ишь, рабство у них отменили. А что делать, если сами индейцы ничего обрабатывать не желают? Такие земли благодатные,- и никому не нужны! Петра Степановича за душу брало такое неустройство.
Зима заканчивается, скоро посевная. Три ранчо отлично устроены. Север может питаться своим маслом, сыром, а скоро и зерном. В саду будет урожай яблок, груш, персиков. Смородины и крыжовнику еще насадить и красота.
Мечты Костромитинова прервал крик с улицы: «Петр Степанович, беда, корабли в бухту входят. Никак испанцы десант прислали».
Испанцы давно пытались выдавить русских из Росса. Не по причине жадности, а просто, чтобы не было бельма на глазу. Но военными методами действовать у них не было ни сил, ни желаний, да и духу не хватит с русскими бодаться. Да и вопрос о территориях спорный. А вот у нового мексиканского правительства неизвестно, что в головах. Мало ли, очередная революция. Петр схватил пояс с саблей в ножнах, пистолет и мушкет со стены.
— Всех в ружье, пушки заряжайте.
В легкой мороси серого утра в небольшую, метров пятьсот шириной, бухту втягивались пять кораблей. Два ост-индских транспорта, однако же с пушками в открытых портах. Два шестнадцати пушечных брига и шестнадцати пушечный торговый флейт. Корабли дали залп всеми бортами. Грохот не стихал минуту.
«Холостые, — понял Петр Степанович, — это приветствие»
— Ответить холостыми по разряду, — крикнул он бегущим расчетам.
Минут через пять крепость салютовала одиннадцатью холостыми зарядами. На кораблях отдали якоря и спустили шлюпки.
На берег первым выпрыгнул мужчина лет тридцати, с короткой бородкой в походном кожаном сюртуке, коричневых штанах и коротких сапожках. Не смотря на промокшие ноги, он бодро впереди всех подошел к растерянным обитателям форта. Остальные бодро попрыгали за ним.
12
Ново-Архангельск — столица РАК, расположен на острове Ситка, что рядом с американским берегом, почти самый юг русских американских владений.