Второе сообщение было от агента ATF Нормана Буна. Эллис Ховард, заместитель начальника Портлендской полиции, однажды сказал мне, что от Буна несет, как от французской проститутки, вовсе не имея в виду ее парфюм. Он оставил свой домашний и мобильный номера. Я застал его дома.
– Это Чарли Паркер. Чем могу служить, агент Бун?
– Спасибо, что вы мне перезвонили, мистер Паркер. Сейчас всего лишь... – я мог наглядно представить себе, как на другом конце провода он нарочито сверяет время на своих часах. – Четыре часа.
– Меня не было в городе.
– Не потрудитесь мне сообщить, где вы были?
– Зачем? У нас что, было назначено свидание?
Бун притворно вздохнул:
– Расскажите мне теперь, мистер Паркер или завтра в Сити. Но предупреждаю вас, я занятой человек, и мое терпение иссякнет к завтрашнему утру.
– Я был в Бостоне, навещал старого друга.
– Насколько я понимаю, старый друг – это тот, кому сделали дырку в голове посреди премьеры «Клеопатры».
– Я уверен, он знал, чем закончится действие. Она умирает, на случай если вы еще об этом не слышали.
Он проигнорировал мой ответ.
– Ваша поездка имела отношение к Лестеру Баргусу?
Я ни секунды не помедлил, хотя вопрос и застал меня врасплох.
– Нет, пожалуй.
– Но вы заходили к мистеру Баргусу незадолго до отъезда?
Черт!
– Лестер когда-то учился вместе со мной.
– В таком случае ваше сердце будет разбито сообщением, что его уже нет среди нас.
– «Разбито», наверно, это не совсем точное слово. А вашу службу интересует даже это?
– Мистер Баргус делал кое-какие деньги на продаже пауков и гигантских тараканов и очень большие деньги на продаже оружия, соответствующих запчастей и техники такому сорту людей, у которых на эмблемах нарисована свастика. Естественно, он попал в зону нашего повышенного интереса. Мне интересно, как он попал в зону ваших интересов?
– Я разыскивал кое-кого. Надеялся, что Лестер знает, где он находится. Это что, допрос, агент Бун?
– Это беседа, мистер Паркер. Если мы сделаем это завтра с глазу на глаз, тогда это будет допрос.
Несмотря на то что телефонная линия разделяла нас, должен заметить, что Бун в своем деле очень хорош. Он прижал меня, практически не оставляя лазейки, чтобы увернуться. Я не собирался рассказывать ему о Грэйс Пелтье, потому что Грэйс вывела меня на Джека Мерсье и, возможно, на Братство, и худшее для меня, что могло случиться, это то, что агентство доберется до города Уэйко в штате Техас и до Братства. Взамен я решил сдать им Харви Рэйгла.
– Все, что мне действительно известно, это то, что юрист по имени Артур Франклин позвонил мне и попросил меня встретиться с его клиентом.
– И кто же его клиент?
– Харви Рэйгл. Он снимает порнофильмы с участием пауков. Люди Аль Зета обычно поставляли некоторых из них.
На сей раз была очередь Буна прийти в замешательство:
– Пауков? Да, черт возьми, о чем вы говорите?!
– Женщины в нижнем белье растаптывают пауков, – объяснил я ему, как ребенку. Он еще делает порно с участием стариков, лилипутов и толстяков. Он – художник.
– Какие милые люди встречаются на вашем пути.
– Вы приятное исключение из правила, агент Бун. По-видимому, нашелся такой тонкий ценитель пауков, который пожелал убить Харви за то, что он снимает порнофильмы для душевнобольных. Лестер Баргус поставлял пауков и, возможно, знал что-то об этом человеке, поэтому я согласился повидаться с ним по просьбе Рэйгла.
Это была чудовищная наглость. Я почти чувствовал, как Бун решает для себя, насколько долго он сможет выдержать эту скачку.
– И кто же этот мистический герпетолог?
Герпетолог! Агент Бун был еще и любителем игры в «Скраббл»[7].
– Он называет себя мистер Падд, и я думаю, что, строго говоря, он может быть арахнологом, а не герпетологом. Он любит пауков, и я думаю, что именно он убил Аль Зета.
– И вы обратились к Лестеру Баргусу в надежде найти этого человека?
– Да.
– Но вы ничего не узнали.
– Лестер очень сердит на него.
– Хорошо, теперь он уже основательно поостыл.
– Если он под вашим надзором, вы и так уже знаете, что произошло между нами, – сказал я. – А значит, есть еще что-то, чего вы от меня хотите.
После некоторого колебания Бун принялся объяснять, как человек, прибывший в страну под именем Клэй Дэймон, вошел в магазин Лестера, потребовал сообщить подробности о человеке на фотографии и затем убил Лестера и его помощника.
– Я хочу, чтобы вы взглянули на фотографию, – заключил он.
– Он оставил ее?
– Мы предполагаем, что это не единственный экземпляр. В таких случаях разыскивать киллеров становится довольно «приятной» работой.
– Вы хотите, чтобы я пришел к вам? Можно это сделать завтра?
– Как насчет сейчас?
– Послушайте, агент Бун, мне надо принять душ, побриться и поспать. Я расскажу вам все, что смогу. Я хочу помочь вам, но дайте мне передышку.
Бун немного смягчился.
– У вас есть электронная почта?
– Да, по выделенной линии.
– Тогда останьтесь у телефона. Я сейчас вернусь.
В трубке было тихо, поэтому я повернулся к своему лэптопу и подождал, пока там появится сообщение от Буна. Когда оно пришло, там было две фотографии. Одна – снимок демонстрации перед центром по производству абортов. Я сразу же увидел мистера Падда. Другая фотография – кадр из видеофильма, снятый в магазине Лестера Баргуса, с портретом Клэя Дэймона. Через минуту Бун опять взял трубку.
– Вы узнаете кого-нибудь на первой фотографии?
– Парень в правом дальнем углу – Падд, его имя Элиас. Он заходил ко мне домой и интересовался, что я вынюхиваю в его делах. А вот человека на кадре из фильма я не знаю.
Я слышал, как Бун ритмично щелкает языком на другом конце провода даже тогда, когда я сообщал ему номер контактного телефона юриста Рэйгла.
– Я хочу еще раз поговорить с вами, мистер Паркер, – сказал он, наконец. – У меня такое чувство, что вы знаете гораздо больше, чем рассказываете.
– Все знают больше, чем говорят, агент Бун, – откликнулся я. – Даже вы. У меня к вам вопрос.
– Угу.
– Кто этот раненый на первой фотографии?
– Его зовут Дэвид Бэк. Он работал в клинике абортов в Миннесоте, и он – мертвый человек на фотографии. Убийство представляет собой часть дела НППА.
НППА – кодовое название операций для совместных мероприятий ФБР и ATF по преступлениям, связанным с абортами, – насилие против подпольных абортов. ATF и ФБР были в неважных отношениях, потому что в течение долгого времени ФБР отказывалось участвовать в расследованиях случаев нападения на докторов из клиник, производящих аборты. ФБР объясняло это тем, что подобные случаи не подпадают под их юрисдикцию. Это означало, что расследования по обвинению в сохранении в тайне актов жестокости были предоставлены ATF. Ситуация изменилась, когда был создан НППА и введен в силу новый закон, позволяющий ФБР и Министерству юстиции применять меры по предупреждению насилия, связанного с проведением абортов. И все же напряженность между ATF и ФБР сохранялась, что и выразилось в относительной недееспособности НППА. Никаких доказательств сокрытия фактов найдено не было, и агенты вынуждены были дублировать работу друг друга, несмотря на укрепление связей между ультраправыми вооруженными группировками и экстремистами – противниками абортов.
– Они вообще-то нашли его убийцу? – спросил я.
– Пока нет.
– Так же, как не нашли и убийцу его вдовы.
– Что вы знаете об этом?
– Я знаю, что у нее были пауки во рту, когда ее обнаружили.
– А наш друг Падд – как раз любитель пауков.
– Тот самый Падд, чья голова обведена на этой фотографии.
– Вы знаете, на кого он работает?
7
Настольная игра для детей 6-12 лет и старше, развивающая навыки составления слов, связанных по принципу кроссворда.