– А зачем он вам, пан сенатор?
– Я как командор Ордена в Польше нуждаюсь в нем. И, я думаю, что он решил сбежать от нас.
– Он решил служить только Московитам? – спросила Марта.
– В том то и дело, что нет. Он решил теперь служить только себе. И теперь у него есть опыт и умение скрываться.
– Его след потерялся в Чигирине? – задумчиво произнесла Марта. – Там и стоит искать нить, что приведет к этому пану…
***
Марта Поланецкая сразу обратились к королеве с просьбой отпустить её на Юг в ставку короля Яна III.
Мария Казимира удивилась такой просьбе своей придворной дамы. Она сама, как только вырвалась в столицу, так и закружилась по балам и приемам.
– С чего ты решила ухать, Марта? Здесь будет так весело.
– Я должна ехать, ваше величество.
– Должна? Твой муж требует этого от тебя? Так я напишу королю, и он заставит пана Поланецкого оставить тебя в покое!
– Этого требует не мой муж, ваше величество. Этого требуют обстоятельства. И я должна ехать, хотя не хочу этого. Но я сразу же вернусь, моя королева.
– Как пожелаешь, Марта, – согласилась Мария Казимира. – Хотя жаль отпускать тебя до бала.
– Пожалуй, на бал я останусь, ваше величество. Но неужели вам удалось найти денег для этого?
– Мне дал средства пан сенатор Мртыньш. Можешь в это поверить? Даже король отказал, хотя редко отказывает мне, а вот Мортыньш раскошелился.
– Мортыньш? – в свою очередь удивилась Марта. – С чего это пану Владиславу вдруг захотелось проявить щедрость? Ваше величество, он ничего не делает просто так.
– Ах, какая разница! – беспечно сказала королева. – Я ведь королева и не должна ни в чем себе отказывать. Мой муж король. Хоть и не такой, как другие короли…
***
Стамбул. Дворец падишаха.
Август, 1676 год.
Великий визирь Оттоманской империи Ибрагим-паша понимал, что от его похода на урусов зависит многое. Разгроми он там силы московитов, и султан многое сделает для него. Но если нет, то он может проститься с головой. Его враг Асан Мустафа только этого и ждет.
Гостем великого визиря в этот ранний час был только Гусейн-паша. Ибрагим-паша был многим ему обязан. Это он сумел быстро свалить бостанджи-баши и чауш-пашу. По его милости они сейчас в казематах Еди-Куле, ждут приговора падишаха.
– Как идет сбор войск? – спросил визирь Гусейна.
– Отлично, мой господин. Небольшие отряды спахиев17 уже двинулись в Едирне. Скоро я переведу туда и часть янычарского войска. А оттуда они выступят в Болгарию, где и будут зимовать. Тамошние бейлер-беи обеспечат войска падишаха всем необходимым.
– Это хорошо, Гусейн.
– А как идут дела с Кепрюлю, мой господин?
– Султан сердит на него. Но пока он не приказал послать ему шелковый шнурок, хоть я и предлагал ему это сделать! Наш падишах бывает иногда упрям. Он помнит услуги, что оказал трону его отец Мехмед Кепрюлю.
– Если Асан Мустафа вывернется, то станет вдвойне опасен. Это мстительный человек.
– Ничего! Пока я вырвал его зубы, и он некоторое время не сможет кусать. Затаиться. А тем временем я возьму Чигирин, и знамя пророка будет развеваться над городом гяуров!
– Но когда мой повелитель покинет Стамбул, то я останусь здесь и паша Константинопольский…
– Не бойся, Гусейн! Ты будешь надежно защищен!
– Но может мой господин возьмет и меня с собой в войска?
– Нет! Ты нужен мне здесь! Я добьюсь для тебя должности смотрителя зеаметов. И ты станешь надзирать за держателями поместий-зеаметов, сколько воинов они поставляют в войска падишаха. И по своему положению ты будешь выше паши Константинопольского.
– Пусть услышит тебя Аллах, мой господин!
– А теперь иди, Гусейн!
– Как будет угодно моему господину! Господин, желает, чтобы я подождал его? Или я могу покинуть дворец?
– Подожди! Мы покинем дворец вместе!
– Как будет угодно господину!
После разговора с великим визирем Гусейн-паша отправился в сад, немного отдохнуть в прохладной беседке у одного из фонтанов…
***
В беседке Гусейн развалился на мягких подушках и стал смотреть на струи воды фонтана. Но отдохнуть и расслабиться ему не дали. Неожиданно рядом с ним словно из ниоткуда возникла фигура янычарского чобарджии.
– Ты кто такой?! – вскричал паша. – Какое право имел явиться сюда?!
– Пусть простит меня паша, но у меня дело!
– Ты знаешь, с кем говоришь? Судя по твоей одежде, ты белюк-паша18 янычарской19 орта20? Кто твой алай-бей21?
– Пусть, эфенди, не кричит. У меня к эфенди важное дело, не терпящее лишних ушей. А громкий голос паши может привлечь ненужные уши.
19
Янычары – «Ени чери» – «Новое войско» – пехота Османской империи. Набиралась из «дани кровью», мальчиков, отобранных у христианских семей.