– Я готов. Ты знаешь, что я многое могу изменить в Крыму. Великий хан Мехмед Гирей хотел сделать Крым не рабом Порты, но верным союзником. И от этого было бы много больше пользы.
– Согласен. Но для этого нам нужно чтобы появился новый падишах.
Мюрад Гирей побледнел. Таких слов он не ожидал.
– Чего ты испугался, принц? Я говорю откровенно, ибо мне нужны верные союзники в моей борьбе.
– Но ты сказал, что…
– Нам нужен новый падишах, – повторил Асан Мустафа.
– И кого паша наметил на этот пост? – осторожно поинтересовался принц.
– Мне не нужна новая марионетка на троне. Мне не нужен новый Охотник.
– Но кто?
– Нужная новая династия падишахов!
– Устранить от трона род Османов? Но это невозможно!
– Отчего? – горячо спросил Асан Мустафа. – Отчего невозможно? Ведь этот род давно выродился. В нем более нет Мухаммедов Победоносных и Сулейманов Великих. Последние султаны – это череда бездарностей, что едва не погубили империю. Молодой Мухаммед Охотник начал правит бездарно, и только мой отец спас тогда империю! Вспомни, когда он вступил на трон Османов в 1648 году! Венецианцы тогда громили наши флоты и даже дерзнули появиться под стенами Стамбула! Это был неслыханный позор!
– Я знаю, что тогда валиде-султан32 призвала твоего отца Мехмеда Кепрюлю спасти империю.
– И он согласился, при условии своей неограниченной власти! Тогда и валиде-султан и сам падишах вынуждены были принять эти условия. И мой отец отбросил венецианский флот от Дарданелл. Он отвоевал у неверных Митилену, Лемнос и Крит. Он вернул славу империи османов! И что сделал султан? Он отобрал у отца его право править!
– Это несправедливо, эфенди. Я с тобой согласен. Но скажи, ты сам желаешь сесть на трон империи?
– Да, но не в Стамбуле!
Принц внимательно посмотрел на пашу.
– Не в Стамбуле? А где?
– Я, став великим визирем, соберу большою армию и брошу её на Страны Тьмы33. И там я создам свою новую исламскую империю! На развалинах государств неверных мы возродим славу исламского воинства. А слабые султаны в Стамбуле сами упадут нам в рот, и мы разжуем их.
– Мы? – спросил принц.
– Мне нужен для этого великого дела помощник, принц Мюрад. Потому я вижу тебя повелителем нового независимого Крымского ханства.
– Твои замыслы велики, эфенди. Но отчего ты стал мне доверять?
– Потому что я многое знаю о тебе. Мои люди следят за тобой давно и одно мое слово султану и тебе конец. Твои дни кончатся в Еди-Куле. Но я не стану тебя выдавать. Ты мне нужен, ибо мыслим мы одинаково.
Принц побледнел. Этот паша все рассчитал и ничем сейчас не рисковал. Он знал, что Гирей не пойдет к султану и не донесет на него. В этом случае его собственная жизнь и его надежды рухнут.
Асан Мустафа понял мысли Гирея и усмехнулся. Он ничем не рисковал, придя сюда…
***
Кепрюлю склонил на свою строну принца Мюрада, и завел опасную игру с иезуитским посланцем Паоло. Все это при удачном стечении обстоятельств сулило ему многие выгоды…
***
Львов. Сентябрь, 1676 год.
Поланецкая и Мортыньш.
Хозяйка корчмы в Чигирине смогла узнать новости и предоставила панне Марте ценные сведения. Не зря Поланецкая обратилась к ней.
– Тот пан был в полной безопасности в Чигирине, – сообщила Мария. – Его видели, как посланца к гетману.
– А после того, как Дорошенко бежал? – спросила Марта.
– Панна знает, что пан Комарницкий отдал гетману свою одежду и сам занял его место?
– Знаю.
– Тогда я нашла пана Марка, что был джурой при гетмане Дорошенко. Пан Марк уже бежал из города во Львов к ляхам. Но он рассказал мне, что пан Комарницкий не собирался здесь задерживаться.
– Вот как? И куда он собрался, Мария? Ты узнала это?
– Пан Марк после всего предложил пану Комарницкому бежать с ним. Но пан отказался возвращаться к полякам. Но и с московитами он встречаться не хотел.
– Значит, ты не знаешь где он?
– Пан Комарницкий ловко стал запутывать следы. Он, покинув город, вроде бы отправился в сторону Батурина. Но это был обман. Я посылала людей к моей куме, что содержит корчму у большого шляха, и та видела пана, по описанию похожего на Комарницкого. Он дал отдохнуть своему коню, заказал себе ужин и отправился спать на сеновал. Но утром его уже не было.
– Он отправился в сторону Батурина?
– Нет. Он свернул к южной дороге, панна. Думал, что его никто не видел. Но конюх Петро не спал и смог рассказать, куда поехал тот пан.