После небольшой паузы Альфредо заключил:
— Для полётов на большой высоте нужны сильные крылья.
Алонсо, слушавший его с широко открытыми глазами, с покорностью произнёс:
— Я отказываюсь от своей просьбы. Вы правы.
Обняв его, администратор сказал:
— Да просветит Бог ваш разум.
В восхищении я наблюдал, как другие сотрудники подходили, прося разъяснений, мнений, возвышая в моих глазах пример администратора-друга, который так уверенно и взволнованно ответил нашему собрату, показав ему, где его истинные интересы.
27
Клеветник
В то время, как Альфредо предавался воспитательным беседам с многочисленными своими подчинёнными, Анисето отвёл нас к небольшому изолированному строению и сказал нам:
— Послушаем другое учение.
Двигаясь в направлении нескольких изолированных комнат, наш инструктор, наконец, открыл одну из дверей. Мы увидели существо, абсолютно безумное, которое, казалось, было глубоко раздражено. Оно бросило на нас ничего не выражающий взгляд и громко закричало. Но Анисето приблизился к нему и любезно поздоровался.
— Как дела, Пауло?
Насколько я мог ощутить, слова произвели определённое магнетическое воздействие. Убогий глубоко изменился в своём поведении, и, всё ещё дрожащий и боязливый, внезапно успокоился и сел.
— Вам уже лучше? — благожелательно спросил наш координатор, дотронувшись до плеча больного.
При контакте с Анисето у больного прояснился разум, и он ответил:
— Мне лучше, слава…
Почувствовав колебание, наш координатор заговорил более жёстким голосом, как бы желая помочь ослабленной воле бедняги:
— Закончите фразу!
Сделав огромное усилие над собой, больной закончил:
— С…л…а…в…а… Б…о…г…у…
Наблюдая за страданием и нерешительностью убогого, я вспомнил больных в Исправительных Палатах, которым Нарциза уделяла большое и нежное внимание. Заметив мою внутреннюю растерянность, координатор объяснил нам:
— Вы видите разницу между спящими, безумными и страждущими? В «Носсо Ларе» нет спящих, а те, кто неуравновешен, в службах Восстановления. Они, в большинстве своём, чувствуют жестокую тревогу. Надо признать, что те, кто стонет и страдает, находятся на пути к улучшению своего состояния, и не важно, где они находятся. Любая искренняя слеза — это благословенный симптом обновления. Насмешники, иронизирующие и с отклонениями, которые не чувствуют боли, более достойны жалости, потому что остаются в странном мыслительном бездействии.
И указывая на больного перед нами, он подтвердил:
— Пауло — больной на пути к позитивному изменению. У него ещё нет полного понимания ситуации, но он уже плачет и страдает при воспоминании о своём грустном прошлом.
Я внимательно слушал эти рассуждения. Мне приходило на память, что больные, приведённые в «Носсо Лар» самаритянами, сильно страдали или проявляли боязнь теней. Единственным, кто абсолютно не осознавал своего собственного положения, был бедный вампир[10], который не смог найти убежища в Исправительных Палатах.