— Старайтесь не промахнуться, — предупредил Мендоса. — Такому сильному течению невозможно сопротивляться. Кто упадет в воду, погибнет.
Островок приближался, тяжело покачиваясь. Наткнувшись в своем странствовании на скалу, островок перевернулся вокруг самого себя, но не развалился и продолжал плавание. Короткой задержки было достаточно для авантюристов и индейца.
Они приземлились в самую гущу кустов и быстро соскользнули на противоположную сторону плавучего островка, обнаружив острейшее беспокойство.
— Видел? — спросил дон Баррехо у Мендосы.
— Да, он спрятался в листве.
— И он не один, — сказал Де Гюсак. — Я видел другого ягуара, спрятавшегося чуть подальше.
— Tonnerre!.. — выкрикнул грозный гасконец. — Хорошенький экипаж! Только я предпочел бы его сбросить в воду.
— Да и аркебузы тоже, — добавил баск. — Они ведь сейчас совершенно бесполезны. Мы должны от них освободиться.
— Они объединены какой-то стихийной силой. Может, им захотелось испробовать прелести водного путешествия?
— Вероятно, их унесло вместе с кусочком берега. Предложи им мостик, дон Баррехо, и увидишь, как они выскочат, не обращая на нас внимания.
— Подставь лучше свою спину, — обиделся гасконец. — Я слишком дорожу своим позвоночником и, что бы ты ни говорил, никогда не оставлю его в пределах досягаемости звериной пасти.
— Я-то предпочитаю оставить зверей в их убежищах. Они, кажется, настолько испуганы, что не имеют никакого желания атаковать нас.
— Если ты меня убедишь, что страх сделал их кроткими, как ангелы, я готов стерпеть их присутствие.
— И я тоже, — сказал Де Гюсак. — И потом: жаркое из ягуара ведь может понравиться, не так ли, дон Баррехо?
— Жаркое на реке?.. Ах… Де Гюсак, жизнь авантюриста явно не для тебя, и я считаю, что лучше бы…
Он не смог закончить фразу. В это самое мгновение плот попал в серию водоворотов, он стремительно завертелся, потом почти полностью ушел под воду и сразу же толчком вылетел на поверхность, словно его подтолкнула какая-то неведомая сила.
Это вращательное движение было таким быстрым, что четверо мужчин, включая индейца, почувствовали головокружение. Ягуары, тоже перепугавшись, запыхтели и зафыркали под служившими им убежищем кустами.
— Это что за сарабанда?[115] — спросил дон Баррехо у баска, который не смог удержаться на ногах. — Быть может, мы приближаемся к водопадам? Ты этого не знаешь, наш дарьенский друг?
— Нет еще, — ответил индеец, пытавшийся выдернуть большой сук и воспользоваться им как веслом. — До водопадов еще много времени, и я не желаю вам, белые люди, подплыть к ним слишком быстро.
— Представляю, какой там будет скачок.
— А я слышал, как об этих водопадах всегда говорили с ужасом, — сказал Де Гюсак. — Говорят, что даже индейцы, которые слывут лучшими гребцами, не осмеливаются пройти через них.
— Ну, раз они еще очень далеко, мы можем заняться ягуарами. Лично я не засну рядом с ними.
— Честно сказать, я тоже, — согласился бывший трактирщик из Сеговии. — Я с радостью сбросил бы их в речку еще до наступления ночи.
— А ты, Мендоса? — спросил дон Баррехо. — Солнце уже садится, через полчаса наступит полная темнота. Ты готов заснуть в таком неприятном соседстве?
— Дело не из легких, — ответил баск, покачав головой. — Вы, возможно, не представляете, насколько кровожадны ягуары. Правда, индейцы порой решаются противостоять им с одним копьем, пользуясь вместо щита звериной шкурой.
— Ну, мы-то поступим лучше, — возразил дон Баррехо. — Мы своими драгинассами обрубим им когти, а наш краснокожий друг вскочит им на спину с тем самым суком, который он пытается вырвать. Жалко, что наши аркебузы еще полны воды. Давайте, друзья, пока не приключилось еще какое-нибудь несчастье.
Одержимый авантюрист смело направился к двум хищникам, решив дать им бой по всем правилам, как вдруг земля ушла у него из-под ног, как будто открылась западня. И почти в то же самое время он почувствовал, как пара челюстей вцепилась в его ногу и сжимает высокий кожаный сапог.
— На помощь!.. — закричал он.
Мендоса и Де Гюсак, стоявшие за ним, с готовностью подхватили его за руки и потянули вверх.
— Мускус!.. — крикнул Мендоса. — Там, среди корней, прячется кайман. Ты чувствуешь этот запах, такой сладкий для негритянских носов?
— Tonnerre!.. — закричал дон Баррехо и громко чихнул. — Да это не плот, а настоящий зверинец. Может, этот дружок хочет подобраться к нам?
— Возможно, он ведь откусывает корни сверху. Определенно он стремится к нам.