— Так получается, что возможно было вести войну и вовсе без ресурсов. Что мешало продолжать ее таким же образом и дальше? — поинтересовался Дэвид.
— Во-первых, персы в любой момент могли применить тактику выжженной земли и во многих провинциях делали это. Во-вторых, нельзя грабить все завоеванные народы подряд. Это вызывает озлобление по отношению к захватчикам, и к тому же с однажды разоренных подданных затем уже ничего не выбьешь, как не старайся. Мы знаем, что у греков было принято чаще покупать провиант в завоеванных землях, чем забирать его силой. От военачальника ждали лишь организации базара на стоянке, куда стекались местные жители и начиналась торговля. Ну а в-третьих, у Александра постоянно возникало то, что сегодня мы бы назвали кассовым разрывом. Доходы еще не поступили, дань еще не собрана, а платить войску уже надо. Если мы проанализруем весь ход его десятилетней кампании, то поймем, что один из таких эпизодов, достаточно острых, возник весной-летом 331 года. Покорены Малая Азия и Сирия, разрушен до основания считавшийся неприступным Тир[65], взята после двухмесячной осады Газа[66], сдался без боя Египет. В Дамаске солдаты Александра захватили часть сокровищ Дария III. Но надолго этих денег не хватило. На повестке дня стоял поход на Вавилонию — жемчужину Персидской империи. Вавилон в то время — древнейший, красивейший и крупнейший город мира, финансовый центр державы Ахеменидов. Но где взять новые ресурсы для броска на восток?
Профессор сделал паузу. Он остановился напротив аквариума и посмотрел на черепаху. Она с умным видом внимала хозяину. Дэвид подумал, что дальняя родственница динозавров, прожив столько лет с библиотекарем, наверняка знает ответ, а молчит лишь потому, что не уверена — стоит ли делиться секретом с незнакомцами.
— Александр вновь повторил то, что сделал в самом начале похода, только в гораздо больших масштабах. Он взял деньги в долг. Я много занимался этой темой, и пришел к выводу, что в те времена существовал лишь единственный человек, который мог профинансировать войну македонца. И этот человек — Офир Эгиби.
— Глава торгового дома Эгиби! — воскликнула Элиз и с усердием примерной ученицы быстро продолжила, — это была самая могущественная семья древнего Вавилона. Мы знаем о ней благодаря клинописным текстам, сохранившимся на многочисленных глиняных табличках. Наибольшая партия — около четырех тысяч — были найдены в кургане недалеко от городских руин. Произошло это, кажется, еще в девятнадцатом веке. Торговый дом был чем-то вроде современного банка. Он принимал вклады и выдавал ссуды. Кроме того семья Эгиби владела большим количеством недвижимости, земли, рабов.
— Большим количеством — не совсем правильное слово, — подхватил библиотекарь, — у Эгиби хранили деньги цари и их наследники, и им же он давал взаймы. Это была самая богатая семья древности. Ни до, ни после нее не было в мире династии, которая собрала бы столько сокровищ! Даже горы золота и драгоценных камней, которыми обладали некоторые индийские храмы — ничто по сравнению с состоянием, находившимся в распоряжении Эгиби.
— Единственное, мне казалось, — добавила девушка, — что торговый дом был основан в восьмом веке до нашей эры, то есть задолго до Александра Великого, и после краха Персидской империи о нем уже никто не упоминает.
— Так оно и есть, прелестница. Не упоминают потому, что он перестал существовать. Все найденные глиняные таблички торгового дома относятся к эпохе до прихода македонца. Догадываетесь, почему?
— Царь не пожелал платить по долгам, — предположил Дэвид.
— Это всего лишь версия, — торжественно произнес Дорон Дарвиш, — но выглядит она весьма правдоподобно. На табличке стоит личная печать Офира Эгиби — последнего известного нам владельца торгового дома. А сама она, возможно, не что иное, как секретный договор между банкиром и царем Александром. Поэтому и зашифрована.
— Если это просто договор, то зачем кому-то устраивать за ним настоящую охоту? — спросил репортер. — И что тогда искал Кельц в районе Вавилона?
— Исторический документ сам по себе представляет огромную ценность. Есть одержимые коллекционеры. Возможно, ваш злодей из этой категории людей. Ну и потом, мы ведь доподлинно не знаем, как развивались события после того, как Александр победил в битве при Гавгамелах. Как знать, может быть он что-то сначала отдал Эгиби в обеспечение кредита, а потом, когда дела пошли хуже, изменил свое решение. Вот вам информация к размышлению. Давайте, к примеру, посмотрим, какие же дивиденды принесла "доля в надеждах" молодого полководца. У того же Плутарха мы находим описание, будем называть вещи своими именами, награбленного. К примеру, в одних только Сузах[67] было захвачено сорок тысяч талантов[68] в чеканной монете. То тут, то там мы встречаем сообщения о том, что для перевозки сокровищ требовались десятки тысяч повозок, запряженных вьючными животными. Даже если предположить, что древние авторы преувеличивали, все равно речь идет о несметных богатствах. И где все это? После смерти Александра его приближенные тут же начали войны друг с другом. Большая часть драгоценностей как будто растаяла в воздухе. Между собой они его не делили, и сразу никто из них не возвысился над другими. Как знать, может быть, табличка — это ключ к обнаружению этих сокровищ. Здесь мы вступаем на зыбкую почву догадок. Но так иногда хочется отойти от строго научного подхода и позволить воображению воспарить над скудной и временами скучной фактурой.
65
Тир — основанный финикийцами древний город. Располагался на острове недалеко от побережья Средиземного моря на территории современного Ливана.
68
Талант — древняя единица измерения веса. В описываемые времена один золотой персидский талант весил 25,2 кг.