– Постойте, палантир – это, кажется, система сверхдальней связи, нет?
– Ну, можно его использовать и так. А еще можно, к примеру, заколачивать им гвозди... хотя нет, неудобно – круглый, скользкий... Но вот уж в качестве грузила он точно бы сгодился! Понимаете, каждый из этих магических предметов имеет бездну свойств и применений, но для подавляющего большинства из них в здешнем мире нет даже названий. Вот и используют их черт знает для чего: палантиры для дальней связи. Зеркало – для примитивного предсказывания будущего...
– Ничего себе – "примитивного"!
– Уверяю вас, это сущая чепуха по сравнению с иными его возможностями... Да и потом. Зеркало ведь рисует не объективную картину будущего Арды, а варианты – именно варианты! – индивидуальной судьбы того, кто в него заглянул. Вам ли, ученому-экспериментатору, не знать, что измерительный прибор прямо влияет на результаты измерения – а здесь-то прибором служит не что-нибудь, а человек, существо со свободой воли...
– Нет, что бы вы там ни говорили, а предсказание будущего – это впечатляет...
– Далось вам это "предсказание будущего", – досадливо отмахнулся Шарья-Рана. – А нарушение закона причинности (2), к примеру, вас как, не впечатляет?
– Че-его?!
– Того самого... Ладно, до закона причинности мы еще доберемся. Пока вам достаточно запомнить, что палантиры – в общем и целом – обеспечивают контроль над пространством, а Зеркало – над временем. Теперь идем дальше. Дело в том, что два мира Арды асимметричны по любому из параметров, так что "канал" между ними работает весьма избирательно. К примеру, множество магических существ чувствуют себя здесь как дома, а вот побывать на Заокраинном Западе – да и то ненадолго – удалось лишь считанному числу людей. Именно их и называют в Средиземье магами.
– А назгулы – тоже маги?
– Разумеется. Так вот, эту асимметрию уравновешивало одно важное обстоятельство. Сколь ни ничтожны возможности магов в том, соседнем, мире, но случилось так, что именно они сумели заполучить в свои руки Зеркало с палантирами и перетащили все это добро сюда, в Средиземье. В итоге: эльфы могут заселить Средиземье, тогда как люди не могут заселить Заокраинный Запад, но при этом контроль над межмировым "каналом" остается в руках магов – представителей здешнего мира. Контакты возможны, а вот чья-либо экспансия – нет. Как видите, Единый создал исключительно продуманную систему...
– Ну да, принцип "двойного ключа"...
– Совершенно верно. Он не предусмотрел лишь одного: часть магов была настолько очарована Заокраинным Западом, что решила любой ценою перекроить Средиземье по тамошнему образу и подобию; они объединились в Белый Совет. Другие – сформировавшие впоследствии орден назгулов – были категорически против; ну можно ли, находясь в здравом уме и твердой памяти, разрушать свой собственный мир ради того, чтобы построить на его руинах ухудшенную копию чужого? У каждой из сторон были свои резоны, обе искренне желали сделать людей Средиземья счастливее...
– Все ясно...
– Вот-вот. Когда между Белым Советом и назгулами началась борьба за будущее Средиземья, и те, и другие быстро нашли естественных союзников. Мы стали помогать динамичным цивилизациям центрального Средиземья – прежде всего Мордору, в какой-то степени Умбару и Кханду, оплотом же Белого Совета стали традиционные социумы Севера и Заката, ну и, разумеется, Зачарованные леса. Поначалу белые ничуть не сомневались в победе. Ведь случилось так, что, когда разгорелась война, и Зеркало, и почти все палантиры находились в их руках; они фактически открыли Средиземье для эльфийской экспансии – с тем, чтобы мобилизовать против Мордора все магические силы, и местные, и пришлые. Белые маги не предвидели одного: наш путь, путь Свободы и Знания, оказался настолько привлекательным, что множество людей – самых лучших людей Средиземья – пришли, чтобы стать магическим щитом для Мордорской цивилизации. Один за другим развоплощались они под ударами магии Заката, но на смену им приходили новые. Одним словом, ваше спокойствие покупалось дорогою ценой, Халаддин, – дороже не бывает...
– Почему же мы сами ничего об этом не знали?
– А вас это и не должно касаться. Я и сейчас говорю об этом лишь за одним: вступая в борьбу, помните, пожалуйста, что вы сражаетесь и за них тоже... Впрочем, это все так, лирика... Короче говоря, расклад был крайне скверный, но мы таки сумели, ценою всех этих жертв, защитить Мордорскую цивилизацию, и та уже вышла из младенчества. Еще буквально лет пятьдесят—семьдесят – и вы завершили бы промышленную революцию, а после этого вам был бы уже сам черт не брат. С того времени эльфы, никому не мешая, сидели бы по своим Зачарованным лесам, а прочее Средиземье потихонечку отправилось бы по вашему пути. И тогда, поняв, что они проигрывают соревнование, маги Белого Совета решились на совершенно чудовищный шаг: начали против Мордора войну на уничтожение, впрямую вовлекли в нее эльфов, а в качестве платы за союз передали тем Зеркало.
– Передали Зеркало эльфам?!
– Да. Это было полнейшим безумием; сам глава Белого Совета Саруман (он достаточно дальновидный и проницательный человек) бился против этого плана до последней возможности, а когда тот все же был принят, покинул ряды белых магов. Совет возглавил Гэндальф – инициатор "Окончательного решения мордорского вопроса"...
– Постойте, это какой Саруман? Не король Изенгарда?
– Он самый. Этот вступил во временный союз с нами, поскольку сразу понял, чем кончатся для Средиземья игры с обитателями Зачарованных лесов: он ведь еще давным-давно остерегал Белый Совет: "Использовать эльфов в нашей борьбе против Мордора – все равно что поджечь дом ради того, чтобы вывести тараканов..." Так оно и вышло. Мордор лежит в руинах, а Зеркало теперь в Лориене, у эльфийской владычицы Галадриэль; немного погодя эльфы смахнут Белый Совет, как крошки со скатерти, и будут править Средиземьем по своему разумению. Помните, я вам говорил про закон причинности? Так вот, главное, что отличает магический мир от нашего, – там этот закон не действует (точнее, его действие крайне ограничено). Как только эльфы разберутся в свойствах Зеркала (это не так просто даже для них – они ведь никогда раньше с ним не сталкивались) и поймут, что оно дает власть и над законом причинности, они немедленно – и навсегда – превратят наш мир в заплеванную обочину Заокраинного Запада.
– Так, значит, никакого выхода на самом деле нет? – тихо спросил Халаддин.
– Один есть. Пока еще есть. Средиземье можно спасти, лишь полностью изолировав его от магического мира. А для этого нужно уничтожить Зеркало Галадриэль.
– И мы можем это сделать? – в сомнении покачал головой доктор.
– Мы – если речь о назгулах – нет. Уже нет. А вот вы – военлекарь второго ранга Халаддин – можете. Именно вы, и никто другой, – от указующей на него руки Шарья-Раны повеяло вдруг каким-то нездешним холодом, – способны сокрушить самую основу магической силы эльфов и сохранить этот Мир таким, каков он есть.
ГЛАВА 17
Наступило молчание. Халаддин ошарашенно воззрился на назгула, ожидая разъяснений.
– Да, вы не ослышались, доктор. Понимаете, по всему Мордору сейчас множество прекрасных людей, и ваша Соня в их числе, делают наше общее дело. Сражаются в партизанах, уводят в безопасные места детей, создают на будущее тайные хранилища знания... Ежечасно рискуют головой в развалинах Барад-Дура, хлебают дерьмо в оккупационной администрации, умирают под пытками. Они делают все, что в человеческих силах, – не думая о себе и не ожидая ничьей благодарности. Но от вас – понимаете, Халаддин, от вас одного – зависит, чем в итоге окажутся все эти жертвы – платой за грядущую победу или просто продлением агонии. Я и рад бы избавить вас от такого ужасного груза, но не могу. Это – ваше. Так уж выпало...
– Да нет же, это просто какая-то ошибка! – Он протестующе замотал головою. – Вы там что-то напутали... Вот вы говорите – "сокрушить магию эльфов", а я ведь ничего не смыслю в магии, совсем ничего! У меня никогда не было магических способностей... даже такую чепуху – спрятанный предмет найти при помощи рамки – и то не могу...