– Мы движемся? – спросил он.
– Очень похоже, правда? – отозвался аркканц-лер Ринсвинд. – Но на самом деле мы стоим на месте!
– Двигаться, стоя на месте… – пробормотал Ринсвинд и хихикнул. – Ш'карное пыво! – Радостно прищурившись, он всмотрелся в этикетку. – И знашь, – продолжал он, – обышно б'льше пары круж'к в меня не влазит. Ну, т'го эля, шо у нас дают. А ваше 'дет как лимонад! Ну где этот п'рог!..
С грохотом раздавшегося под кроватью грома и нежностью столкнувшихся друг с другом зефирин прошлое врезалось в настоящее.
И то и другое содержали в себе множество людей.
– Что такое?
– Декан?
– Да?
– Ты не декан!
– Да как ты смеешь! Сам-то ты кто?!
– У-ук!
– Всех ворон наперекосяк, да это же ОБЕЗЬЯНА!
– Нет! Нет! Это не я сказал, это ОН!
– Аркканцлер!
– Да?
– Да?
– Что такое? Да сколько же вас тут?
Мрак обрел темно-багровый, отливающий фиолетом оттенок.
– ДА ЗАТКНЕТЕСЬ ВЫ ВСЕ! СЛУШАТЬ МЕНЯ!
К удивлению Ринсвинда, все голоса разом умолкли.
– Смотрите, стены сближаются! Это место хочет прекратить существовать!
Выполнив таким образом свой долг перед обществом, Ринсвинд повернулся, взял ноги в руки и помчался прочь по сотрясающемуся каменному полу.
Через пару секунд его опередил Сундук, а это был плохой знак.
Сзади опять донеслись голоса. Волшебники не знакомы с термином «явная и недвусмысленная угроза». Они считают, что любая угроза подлежит обсуждению. Правда, очень быстро приближающийся потолок способен убедить даже самых заядлых спорщиков.
– Я спасу вас, госпожа Герпес!
– Туда, в туннель!
– А как вам кажется, насколько быстро сближаются стены?
– Заткнись и беги!
Ринсвинда обогнало большое, рыжее и косматое кенгуру. Еще совсем недавно библиотекарь был рыжим сталактитом – для выживания во всякого рода пещерах форма весьма неплохая, – но потом случайный морфизм библиотекаря наконец сообразил, что в пещере, где рушится потолок, долго не просуществуешь, и мгновенно принял наиболее скоростное местное обличье.
Человек, Сундук и кенгуру, пролетев сквозь дыру в подвале, рухнули без сил у противоположной стены.
Вскоре раздалась возня, и с той же скоростью в подвал выпалило кучей волшебников и парочкой женщин. Кое-кто приземлился прямо на Ринсвинда. Гора за стеной стонала и скрипела, в позыве геологической рвоты исторгая из себя инородные тела.
Затем сквозь дыру пролетело что-то еще и с разгону врезалось Ринсвинду в ухо. Впрочем, это были сущие пустяки по сравнению с мясным пирогом, политым гороховым соусом и кетчупом, – залетев последним, суповик воткнулся Ринсвинду прямо в рот.
Хотя все было не так уж и плохо.
Способность задаваться вопросами типа: «Где я и что это за "я", который задает мне данный вопрос? » – одна из особенностей, отличающих человека от, скажем, каракатицы note 20.
Волшебники Незримого Университета, являясь если не интеллектуальными сливками своего поколения, то уж церебральным йогуртом точно, – так вот, стадию философских вопросов они преодолели за считанные минуты. Определенные идеи волшебники схватывают довольно быстро. Только что ты спорил о форме утиной головы, а уже через минуту тебе заявляют, что ты умудрился тысячи и тысячи лет просидеть в скале, потому что там, внутри, время шло медленнее. Но человеку, способному найти дорогу в уборную Незримого Университета note 21, разгадать подобную головоломку – раз плюнуть.
Однако сейчас, во время беседы за круглым столом в УП, на повестке дня стояли куда более важные вопросы.
– У вас тут вообще какая-нибудь еда имеется? – положил начало дискуссии Чудакулли.
– Сейчас ночь, аркканцлер.
– То есть мы что, пропустили УЖИН?
– Мы пропустили тысячелетия ужинов, аркканцлер.
– В самом деле? В таком случае надо немедленно начинать наверстывать упущенное, господин Тупс. И все же… приятное у вас здесь местечко… аркканцлер.
Чудакулли произнес это обращение так, чтобы не было никаких сомнений: оно всегда и во всех обстоятельствах пишется с маленькой буквы, и вообще, это очень маленькое, едва заметное слово. Аркканцлер Ринсвинд ответил братским кивком.
– Большое спасибо.
– То есть для колонии, разумеется. Но, по-моему, вы делаете все, что в ваших силах.
– Разумеется, Наверн. Буду счастлив продемонстрировать тебе нашу башню.
– На вид она довольно невысокая.
– Да, многим так кажется.
– Ринсвинд, Ринсвинд… Это имя мне смутно знакомо… – нахмурился Чудакулли.
– Мы как раз и явились сюда в поисках Ринсвинда, аркканцлер, – терпеливо подсказал Думминг.
– Так это он? Что ж, пребывание здесь пошло ему на пользу. Вижу, свежий воздух сотворил из него человека.
– Нет, аркканцлер. Наш Ринсвинд – костлявый, с нечесаной бородой и в поношенной шляпе. Помните? Вон тот!
Ринсвинд робко поднял руку.
– Э-э. То есть я, – представился он.
Чудакулли фыркнул.
– Понятно. А с чем это ты там играешься?
Ринсвинд поднял в воздух «ревунчика».
– Его выкинуло из пещеры вслед за нами, – ответил он. – А для чего эта штука нужна?
– О, всего лишь игрушка, ее нашел библиотекарь, – пояснил Думминг.
– Вот и разобрались, – заключил Чудакулли. – А пиво очень даже неплохое! Вполне выпивабельное. Уверен, мы многому можем друг у друга научиться, аркканцлер. Разумеется, скорее вы от нас, чем наоборот. Может, стоит наладить культурный обмен студентами?
– Идея вполне здравая.
– Меняю шестерых на приличную газонокосилку. Наша сломалась.
– Арк… НАШ аркканцлер пытается сказать, что вернуться домой нам будет достаточно сложно, – вмешался Думминг. – Наше присутствие в прошлом должно было многое изменить. Но вроде бы ничего подобного не произошло.
– Ваш Ринсвинд считал, что если мы вытащим вас сюда, то сразу пойдет дождь, – кивнул Билл. – Но этого тоже не случилось.
…Вумммм…
– Ринсвинд, перестань развлекаться с этой штуковиной! – приказал Чудакулли. – Что ж… Билл, думаю, мы кое-чем сможем помочь. Будучи более опытными волшебниками, мы, разумеется, знаем массу способов вызывать дождь. Нет проблем.
Note20
Хотя отличие не столь уж и очевидно, учитывая множество сходных черт, к примеру абсолютно одинаковую манеру при малейшей опасности скрываться за большим чернильным облаком