– Поднимайте плиты наверх! – командовал Эрнесто, стоя на крыше ковчега.
Рабочие вместе с ним схватили веревки и потянули вниз. Скрипнули блоки, веревки натянулись, как тетива.
– Раз! Два! Три! – кричал им Эрнесто. – Теперь опускаем.
На крыше показалась Кэтрин. Было жарко, белая туника Эрнесто резко контрастировала с его оливковой кожей, мускулы напряглись от работы, черные кудри развевались на ветру. Сейчас он напомнил ей статую греческого бога Зевса, голограмму которого она видела в детстве на уроках истории. Кэтрин поймала себя на мысли, что ей приятно смотреть на него. Почему-то в этот миг она захотела, чтобы он просто подошел и обнял ее. «Так, Кэтрин, еще не хватало влюбиться в этого Эрнесто. Он же несерьезный, муж из него будет никудышный, – отговаривала себя Кэтрин. – Стоп! А почему я думаю о нем как о муже?»
– Эрнесто, – позвала она его, – уже полдень, пора обедать.
Он обернулся, улыбнулся ей и помахал рукой. В этот момент одна из плит накренилась, слегка задев Эрнесто, но этого «слегка» хватило, чтобы сбить его с ног. Эрнесто упал и ударился головой о деревянную балку.
Кэтрин кинулась к нему.
– Эрнесто, ты живой? – рыжая копна волос склонилась над ним.
– О! Сюда пожаловала не только вторая луна, но и второе солнце, – сказал Эрнесто, намекая на цвет волос Кэтрин.
– Ну, раз шутишь, значит живой!
– Лучше так перефразируем Декарта: «Шутишь – значит существуешь»[38], – юмор даже в такие минуты не покидал Эрнесто. – А где сейчас находится моя голова?
– У тебя на плечах и у меня на коленях! – ответила Кэтрин.
– А что, мягко, мне нравится.
– Эрнесто, если бы тебя не стукнула плита, я бы тебя сейчас сама стукнула!
– Плита оставила на мне повреждения?
– К счастью, нет, но надо быть осторожнее! Вчера я встретила двух путников – супружескую пару не из наших мест. Мужчина был сам не свой, его жена чуть не лишилась чувств. На такой жаре любому станет плохо.
– Да это я не из-за жары, просто отвлекся. На тебя засмотрелся.
От слов Эрнесто щеки Кэтрин стали такими же красными, как и ее волосы. Она в шутку толкнула его в плечо:
– Издеваешься? А я, между прочим, испугалась! – Ты правда за меня испугалась?
– Конечно, я думала эта громадина убила тебя!
– Милая Кэти, – Эрнесто взял ее руку, – если кому-то суждено погибнуть, этого не избежать. Чтобы мы ни делали, как бы ни старались предотвратить неминуемое, оно обязательно произойдет. Так что с этими путниками?
– Ничего. Я передала женщине воду, они отдохнули и пошли дальше. Любопытно, но лицо мужа показалось мне знакомым. А ты, Эрнесто, вот никогда бы не подумала, что ты фаталист и философ.
– Философ не философ, а Декарта читал!
– Эрнесто, ты невыносимый, ты меня постоянно смешишь!
– Может, мне просто нравится, как ты улыбаешься!
– Ну всё, ты меня достал, пошли обедать. Все уже собрались.
Пока они спускались вниз, мысли в ее голове путались. Постоянные шуточки Эрнесто выбивали ее из колеи, и она не понимала, когда он шутит, а когда говорит серьезно. «Неужели он мне не безразличен? – спрашивала себя Кэтрин. – А Эрнесто? Что он ко мне чувствует? Вот сейчас он взял меня за руку, разве это не знак симпатии? Хотя Эрнесто не какой-то стеснительный юноша, а взрослый мужчина, Инженер. Неужели он стал бы играть со мной в „прятки“? Однако он только что признался, что ему нравится моя улыбка. И потом, он один называет меня Кэти, все остальные как-то официально – Кэтрин. Кажется, я потихоньку влюбляюсь. Может, стоит как-то намекнуть ему? Так, Кэти, остановись! Перестань себя накручивать! Не хватало еще строить глазки какому-то Эрнесто».
Когда они подошли к шатру Михаила, все уже были внутри. Теперь бывшие пассажиры Временного корабля и не вспоминали, кто из них преступник, а кто – элита современной Земли. Они крепко подружились за полгода, которые провели вместе на строительстве ковчега. Анри, к счастью, так и не «начистил морду» Сэму, как много раз обещал, и вспоминал о своих угрозах с улыбкой.
– А вот и Кэтрин! – сказал Михаил. – Эрнесто, почему так долго? У вас роман?
Кэтрин смутилась. Эрнесто это заметил и поспешил ответить:
– Капитан, я приложился к базальтовой плите головой, неспециально! А Кэти меня героически спасла.