Долго ждать и не пришлось, спустя пару минут Джеймс спустился по лестнице в гораздо более приличном виде: чистых хлопковых шортах и свободной чёрной футболке. По-домашнему мило. Даже родинки на скуле будто стали чётче, когда отмылся от грязи, а с лица сошла чрезмерная припухлость ссадин. Он кинул свою сумку на пол и плюхнулся на диван, буквально источая собой скуку и запах моего яблочного геля для душа.
– Да уж, твоя душевая кабина точно не включает в себя функции машины времени или ракеты? Я думал, взлечу, – шутка вышла дико неуклюжей, но попытка разрядить клубящееся в доме напряжение засчитана.
– В следующий раз могу просто окатить тебя ведром воды прямо на заднем дворе – поверь, это доставит нам обоим массу приятных эмоций, – с елейной улыбкой предложила я. Нужно срочно занять его чем-то безопасным. Главным образом для меня самой. – Я принесла свой старый ноутбук. Можешь взять его, – робкий кивок на журнальный столик.
– Соф, я не сижу в соцсетях и не играю в видеоигры, – усмехнулся Джей, и его взгляд снова опасно забегал по стенам: – Может, надо ещё что-то починить? Или помочь тебе приготовить ужин? Мне просто дико скучно.
– Спасибо, с готовкой я точно справлюсь.
Я поморщилась, представляя, как он лезет под руку, опасно близко к ножам. И правда, давно пора заняться ужином. Вот только, что сделать? Что он любит? А может, у него есть аллергия? Боже, почему мне вообще не плевать?! Сглотнув эти абсолютно ненормальные мысли, я терпеливо пояснила на застывший в его дымчатой радужке вопрос:
– Ноутбук не для игры. Может, ты попробуешь занять время, написав что-то?
– Чего? – Джей громко хохотнул: – Ты головой не ударилась? Что я должен писать, поэму? Баллада о том, как надо резать по лицу Фредди? Ода блэксайдовским торчкам?
Я с тяжёлым вздохом поднялась с кресла и подошла к столику. Открыла крышку ноутбука и нажала на кнопку включения. Да, я не многое помнила о Джеймсе – мальчишке с последней парты. Но вот его сочинения точно отложились в голове глубокими строчками.
– Ты же умеешь. Не надо говорить, что это не так. Мистер Граймс всегда хвалил твои работы, и не зря.
– Он же никогда не называл фамилии автора.
– Но ведь это был ты, – больше не сомневаясь, я уверенно взяла ноутбук и протянула его в руки Джея. С явной осторожностью и ещё не сошедшим удивлением он принял его, и все жилы напряглись на развитых предплечьях. Да ладно, ты знал, что я знаю. Наш не озвученный школьный секрет.
– И? Что мне писать? – растерянно уставился Джей на загорающийся экран приветствия. Что ж, мне удалось повергнуть его в шок, это уже хорошее достижение. Не всё мне одной быть кроликом перед удавом.
– Что угодно. Всё, что придёт в голову. Думай, а я займусь ужином, – на этих словах я с деланой невозмутимостью ушла на кухню, оставив его слепо смотреть на ждущий действий ноутбук.
Паста с беконом? Сойдёт, больше даже задумываться не хочу над идеями для блюд. Я загремела посудой и достала из холодильника продукты, а потом привычно включила музыку на телефоне. К чёрту, это мой дом, и я не собираюсь неделю сидеть затравленной мышью. Буду жить так, как привыкла. Знакомый голос солиста Placebo разлился по кухне, принося такое нужное успокоение нервным клеткам.
– Детская любовь полна нерешимости. Чувство можно сохранить, а можно и растерять. Соберись с силами, ради всего святого!3
Прикрыв за собой дверь спальни, я с облегчением сгорбила плечи. Выдох. Как же долго ждала этой возможности снова остаться одной. И вроде бы ноутбук помог отвлечь Джея – тот весь остаток вечера просидел на месте, оторвавшись от экрана лишь для быстрого ужина практически в молчании. Но рядом с ним я никак не могла расслабиться, спокойно сосредоточиться на работе. Дело даже не в том, что боялась, якобы он мог украсть что-то. Глупости, как стащит – так и положит на место, он такой же заложник ситуации. Но его присутствие в гостиной заставляло держать лопатки сведенными, отказаться от мысли привычно похрустеть шоколадным печеньем и не давало шанса ослабить хвостик на голове. От постоянного напряжения уже ныла спина. Я была до автоматизма приучена держать идеальный вид перед чужаками, и ничего не могла с этим поделать: понимаю, тут нет вины Джеймса, и всё же подсознание его винило. Из-за него собственный уютный дом стал чужим.
Раздражение росло. Ещё больше его стало, когда я зашла в ванную умыться перед сном и обнаружила возле душевой небольшую лужу, а на раковине следы от своей зубной пасты. Пришлось с горестным вздохом убирать всё это: Джей явно не отличался маниакальной любовью к порядку. Синее полотенце висело на сушилке, как попало, почти съехав на пол, и я резко сдёрнула его, намереваясь пихнуть в ящик с грязным бельём.