Голос телефонистки был слаще патоки.
— Милок, — сказала она, — пошел ты в задницу.
— Опять, — проговорил Маккрей, — опять вы прервали разговор.
— Он прав, — поддержала коллегу Самми. — Такие люди часто очень неуравновешенны. Разве не может быть так, что такое обращение раздражит его до крайней степени и он причинит вред Саймону Кормаку?
— Может, — ответил Куинн. — Но мне кажется, я прав. Они не похожи на политических террористов. Я молю Бога, чтобы это оказался просто профессиональный убийца.
От ужаса у молодых людей захватило дух.
— Что же хорошего в профессиональном убийце? — воскликнула Самми.
— Немного, — признал Куинн, который, казалось, почувствовал непонятное облегчение. — Но профессионал работает только за деньги. А этот пока еще ничего не получил.
Глава 7
Похититель позвонил лишь часов в шесть вечера. В промежутке Самми Сомервилл и Данкан Маккрей не сводили взгляд с телефона спецлинии, молясь в душе, чтобы этот человек, кто бы там он ни был, позвонил опять.
Расслабиться смог только Куинн. Сбросив башмаки, он улегся на диване в гостиной и принялся читать книгу «Анабасис» Ксенофонта{Ксенофонт (ок. 430–355 или 354 г. до н. э.) — древнегреческий писатель и историк, автор сочинения «Анабасис», в котором описывал, как он в качестве стратега руководил отступлением армии от Вавилона к Трапезунду.}, как сообщила Саманта в подвал посольства по телефону из своей спальни. Книгу он привез с собой из Испании.
— Никогда не слышал, — проворчал Браун.
— Это о военной тактике, — поспешил объяснить Сеймур. — Написал один греческий генерал.
Браун хмыкнул. Он был в курсе, что Греция входит в НАТО, но этим его познания и исчерпывались.
У британской полиции дел было больше. В две телефонные будки — одну в Хитчине, хорошеньком провинциальном городишке на севере Хертфордшира, и другую, в недавно разросшемся Милтон-Кейнсе, — зашли спокойные люди из Скотленд-Ярда и стали снимать отпечатки пальцев. Там их было десятки, но полиция еще не знала, что ни одни не принадлежат похитителю, который набирал номер, натянув на руки хирургические перчатки телесного цвета.
Людей, находившихся вблизи от будок, осторожно расспросили, не видели ли они звонивших в те минуты, когда похититель разговаривал с Куинном. Никто ничего особенного не заметил, не говоря уже о том, что никто не смотрел на время. Обе будки стояли в ряду с несколькими другими и обеими пользовались постоянно. К тому же, в местах, где стояли будки, было в то время много народу. Крамер проворчал:
— Он звонит в самое оживленное время дня. И утром, и днем.
Записи разговоров дали прослушать профессору-лингвисту, специалисту по говорам и областным акцентам, но так как говорил в основном Куинн, ученый лишь покачал головой.
— Он прикрывает микрофон несколькими слоями бумаги или тонкой тканью, — объяснил лингвист. — Несложно, но весьма эффективно. Этим, конечно, анализатор речевых гармоник не обманешь, но мне, как и приборам, нужно больше материала, чтобы сделать хоть какие-то выводы.
Следователь Уильямс пообещал снабдить его дополнительным материалом, когда похититель позвонит снова. В течение дня шесть домов попали под негласное наблюдение: один в Лондоне, другие пять — в близлежащих графствах. К вечеру два были исключены из числа подозрительных — в одном жил французский чиновник с женой и двумя детьми, работавший в лондонском филиале «Сосьете женераль»{Четвертый по величине банк Франции, основан в 1864 г.}; другой дом снимал немецкий профессор, занимавшийся научной работой в Британском музее.
К концу недели отпали и четыре остальных дома, однако рынок недвижимости поставлял полиции все новых и новых «подозреваемых». И все требовалось проверить.
— Если преступники действительно купили дом, — докладывал Крамер комитету КОБРА, — или сняли у ничего не подозревающего владельца, то, боюсь, найти его практически невозможно. В последнем случае следов вообще никаких не остается, а количество покупаемых за год домов на юго-востоке таково, что в конце концов все наши средства будут съедены надолго вперед.
В глубине души Крамер согласился с предположением Куинна (он узнал о нем, прослушав запись разговора) относительно того, что звонивший более походит на профессионального преступника, нежели на террориста. Тем не менее поиск среди обеих групп правонарушителей продолжался, его не собирались прерывать до окончания дела. Даже если похитители и впрямь принадлежали к преступному миру, то свой «скорпион» они могли купить у террористов. Действия тех и других порою пересекались, иногда они даже вступали в сделки.