— Одно то, что Европа не поставляет, а значит и не производит огнестрельное оружие говорит об их уровне деградации.
— Тем не менее, — возразил Второй, — в Европе сконцентрированы значительные финансовые ресурсы. Какие-то модные курорты. Некие-то спортивные сооружения. Есть центры производства масс-медиа продукта. И существует центр формирования мирового общественного нения.
— В общем, все то, что нам совершенно не нужно.
— Конечно. Это причуды прошлых веков.
Второй переключил визор на Северную Америку:
— Напоследок о Северной Америке. Есть такая историческая область. Государственности там уже нет. Еще недавно США оспаривали господство в мире вместе с Россией, азиатскими олигархами и Евросоюзом. Оспаривали очень рьяно. И хорошо это кончиться не могло. Против США восстали местные латиноамериканцы, издавна точившие зубы на штаты. Битва при Юкатане уничтожили вооруженные силы США. США рухнули как карточный домик. Последним Президентом США был политкоректный слепой негр-антисемит. Этот негр куда-то делся. Может, убежал куда-то, а может и не убежал. Но с политической арены он исчез. После него американцы избрали двух легитимных президентов и семь антипрезидентов. В двадцатилетней гражданской войне эти президенты уничтожили друг друга. Больше президентов США не появлялось. А официальная титулатура и название США больше не использовались. И не используются.
— Вот таков наш глобальный взгляд, — ехидно заметил Другой в Сером.
— Да вот то пространство, за которое нам предстоит воевать. И которое надо подчинить.
— Помешать нам может только Антарктида, — оборвал свою речь Второй.
— Да, — согласился Другой в Сером, — Антарктида это единственная сила, — все остальное это никчемные суверены. Нам они совершенно не опасны. Даже их союз не причинит нам вреда или неудобства. А вот Антарктида это научно-ресурсо-технический монстр. Даже представить страшно чего они там напридумывали. И что они могут устроить в мире.
— Вот поэтому для договора с ними мы должны приложить все усилия.
— Не думаю, что это возможно, — скептически заметил Другой в Сером, — будь они неуверенны в себе они не пошли бы на провокацию. Эта телепередача — прямое нарушение Богородицкого договора. А ведь Антарктида его подписала. Так же как и мы. И если Правительство России забыло о Богородицком договоре, то Евросоюз оценил его как подлинный казус белли8. Европа не собиралась прощать такое и оценила это как вторжение. Сначала идеологическое. Война стала неизбежной.
— Разуметься, — поддержал Второй, — никто не решиться на такую авантюру. Пусть и в информационном пространстве, если не имеет уверенности в собственных силах.
— Антарктида в себе уверена. Поэтому ее представитель срочно пребывает к нам. Вроде как для переговоров. Два обломка старой цивилизации попробуют поделить мир. Пока мирно.
— Не вовремя! Он едет. Ох, как не вовремя!
— Как всегда, — легко усмехнулся Второй.
— Его взял на себя Сам.
— Ясно. Дела…
— Надеюсь, Академик сможет отстоять нашу точку зрения. У нас никто не хочет контактов с этими.
— Конечно, эти умники только могут помешать нам, — уверено сказал Второй, — у нас действительно, никто не хочет контактов с Антарктидой. И в первую очередь военные. Они подозревают вероломство с той стороны.
— И это понимают все. Никто не хочет ни контактов, ни союза с этим, так называемым, научным сообществом Антарктиды.
Глава 2
Генеральный контролер Мельцер Фрис прибыл ранним морозным утром. Его ледолет резко снизил скорость над центральной Россией и, описывая широкую спираль начал плавно снижаться. Командир ледолета связался с поверхностью. Потом сообщил Генеральному контролеру:
— Нам дают добро на посадку, но вести нас не будут — их радар не видит нас. Ни в каком диапазоне. Садиться будем по своей авиаметрии. Может сильно тряхнуть при посадке. Приготовьтесь Генеральный контролер. Пристегнитесь.
Впрочем, командир ледолета зря волновался — посадка прошла идеально. Ледолет вертикально приземлился в подземный ангар, крыша которого сразу же закрылась.
— Сейчас они откачивают из ангара холодный воздух, выравнивая температуру и давление, — пояснил командир, — через две минуты закончат. Тогда можно покинуть машину.