Конечно, ни в Казани, ни тем более в Москве до этого догадаться бы не смогли. Поэтому инициатива исходила от европейских дипломатов.
Старая Европа, обезлюдевшая и разграбленная набегами арабов и африканов, опасалась только внутренней революции. А мысль о смене правительства могла исходить только извне. Именно поэтому так внимательно прислушивались европейские спецслужбы к сообщениям Антарктического передатчика. А его удачная подстройка под европейские частоты послужили толчком к войне.
Война войной но воевать -то европейцам было нечем. Оставалось, только используя крохи престижа и страха вооружить российскую армию. Но и этого было мало — состояние армии России было известно — нищенское оснащение, слабое вооружение, принудительная мобилизация и повальное дезертирство. Вот европейцам и стукнуло в голову объединить армии России и Казани и бросить их на Антарктиду. Такие операции были фирменной фишкой европейских дипломатов еще со времен Римской империи.
Договор с Казанью был заключен быстро. Ермак Романов растаял, когда ему подарили личный элитный снежный буер, а казанской армии передали двадцать тысяч автоматов. С полным боекомплектом разумеется. От такого внимания казанцы стали сговорчивы и согласились выставить экспедиционный корпус для похода на Антарктиду. Тем более, что европейцы требовали, чтобы верховное командование принадлежало Ермаку. Снабжение армии и компенсацию семьям погибших Евросоюз тоже брал на себя. Ермак, конечно же, согласился. Он не без оснований полагал, что предстоящая Антарктическая кампания это путь Казани к мировому господству.
В Старой Европе это понимали тоже, но измученным европейцам было лучше подчиниться власти солдафона, чем допустить социальную революцию и возможные беспорядки. Тем более, что любая революция могла привести к значительным материальным потерям и ущербу для частной собственности. А Ермак мог не только наказать неведомых революционщиков из Антарктиды, но и, объединив Россию оградить Старую Европу от арабов и африканцев.
Такой простой комбинации не понимали только в Москве, которая стремилась безоговорочно следовать мертвым буквам международных договоров и конвенций.
Все это устраивало совершенно Ермака Романова. Но европейцы привнесли в строгое течение армейской жизни какие-то пресс-конференции и интервью, на которых задавались глупые вопросы. Такие нелепости бесили Ермака, но он с ними мирился. До определенного часа, конечно.
На сегодняшней пресс-конференции Ермак должен был осветить ход приготовлений к предстоящим боевым действиям.
Романов тяжело уселся на центральное место перед камерами журналистов и мрачно взглянул на них.
«Этих бы козлов да в передовые части. Дармоеды. Либерал-педорасы», — хмыкнул Ермак, в очередной раз, порадовавшись своей древней шутке.
— Пресс-конференция командования миротворческой операции, для отечественных и европейских журналистов начинается. Код секретности третий и после выхода из зала журналистов обыскивать и допрашивать не будут. Записи и видеоматериалы так же не отбираются, — громко заявил адъютант Ермака.
Журналисты оживились, радостно зашевелились и тренированно вытянули свои руки и шеи с фотоаппаратами и видеокамерами.
— Чего надо, — сипло спросил Ермак, по-совиному, глядя в зал, — слушаю вас.
«Пидоры», — так и подмывало добавить его, — «необученные и необстрелянные пидоры».
— А не преувеличена ли опасность Антарктиды, — выкрикнул репортер из третьего ряда.
«Педрилло», — точно определи Ермак, но ответил:
— Антарктида обладает значительным потенциалом, — ответил Ермак, — по агентурным данным там есть громадные подземные города. Точнее подледные города. Геотермальные источники энергии, под ледовым шитом Антарктиды текут реки. Там же можно добыть все известные науке полезные ископаемые. От угля до урана. Имея такие ресурсы, Антарктида создала сильнейшую военную промышленность. Некоторые образцы их оружия не уступают, а то и превосходят европейские и отечественные аналоги. Это очень серьезный враг. Иначе Антарктида не бросила бы вызов всему цивилизованному миру.
— Нам так же известно, — заявил Ермак, — что жители Антарктиды порабощены террористическим режимом. У которого тесные связи с Аль-Каидой2 и иными группировками международных террористов. Преступными группировка, объявленными многими странами вне закона. Поэтому Казань выступает против Антарктиды. Мы многие столетия ведем смертельную борьбу с мировым терроризмом во всех его проявлениях. Наши настоящие союзники это Россия и Евросоюз. И нет ничего удивительного в том, что сейчас мы решили, открыто объединить свои усилия. И раздавить гадину.