— Нет. Если бы.
— Но ты вроде с ней дружил. — Это было скорее утверждением, нежели вопросом.
Эдди пожал плечами.
— Можно и так сказать.
— В каком смысле?
— Она всегда говорила мне «привет», когда стояла в очереди за колесами. А иногда подходила поболтать, когда я вытряхивал мусор.
— И таким образом ты ее узнал поближе? — спросила Сейдж с сомнением в голосе.
Чувствуя ее скепсис, Эдди посмотрел на нее с раздражением.
— Когда люди видятся каждый день, между ними поневоле возникает своего рода связь: хорошая, плохая, нейтральная. Мы никогда не разговаривали подолгу там, где нас можно было заметить, но Уэйн пару раз позволил нам встретиться вот как сейчас с тобой. Мне было жалко Розмари: она казалась вполне нормальной. И я с ней разговаривал, потому что мне так хотелось. Она мне нравилась. Она была славная.
— Розмари тебе говорила, что у нее есть сестра?
— Угу, но я думал, что речь про Норму. Я не знал, что у нее есть настоящая сестра.
Сердце Сейдж сжалось от тоски. Может, Розмари постепенно стала думать, что Сейдж существует только в ее воображении. Или сердилась на Сейдж, что та не приезжает. Или просто забыла прежнюю жизнь, которую вела до того, как ее заперли в этом ужасном месте. Если так, то, возможно, все только к лучшему. Нельзя скучать по тому, чего у тебя не было.
— Уэйн говорит, что ты парень Розмари.
— Уэйн сам не понимает, о чем говорит. Вечно в разборки лезет.
— У тебя был с ней секс?
Эдди побледнел:
— Что?! Нет!
— А почему ты не разговаривал с ней на людях?
— Ты же слышала, как Марла меня облаяла, когда я на днях с тобой поздоровался. А здесь обожают языками чесать.
— Розмари и с Уэйном дружила?
— Я бы не сказал, что дружила, но она с ним ладила, и они были в хороших отношениях. И он позволял ей разговаривать со мной.
— Что значит «она с ним ладила»?
— Ты же понимаешь, он с ней постоянно заигрывал, шуточки там, ну, как у парней водится. Иногда он бывал вульгарным и напористым, а она отмахивалась, чтобы его не бесить. Ты ведь уже видела, какой он, когда не в духе.
— И поэтому сестра Вик и Леонард думают, что Уэйн как-то замешан в ее исчезновении?
— Кто знает? Говорю же, единственное, что тут действительно работает, так это сплетни.
— Ты знал, что у нее был секс с Уэйном?
В глазах Эдди мелькнуло что-то похожее на боль.
— Почему ты так думаешь?
Сейдж вспомнила угрозу Нормы и замялась, но потом решилась:
— Если я тебе скажу, обещай, что дальше тебя не пойдет. Пока я не выберусь отсюда или пока мы не найдем Розмари. Потому что я… — Она запнулась, не зная, как продолжить. — Я здорово влипну, если ты кому-нибудь проболтаешься, и тогда мы вообще никогда не найдем Розмари.
— Ладно, — согласился он. — Обещаю никому не говорить, пока ты не разрешишь. — Бледно улыбнувшись, Эдди клятвенно поднял вверх два пальца.
Сейдж вгляделась ему в глаза. Он казался довольно открытым. Может, чуточку наивным. Возможно, поэтому Розмари и потянуло к нему. И если сестра ему доверяла, то, видимо, и Сейдж не стоит его опасаться.
— Мне рассказала Норма. По ее словам, Уэйн водил Розмари в потайную комнату в яме.
Эдди, казалось, засомневался.
— Ты ведь понимаешь, что Норма шибанутая на всю голову?
— Я видела ту комнату своими глазами.
— Каким образом?
— Теперь уже неважно, — отмахнулась Сейдж. — Я видела матрас на полу, а вокруг валялись дохлые голуби и мыши. — Ему лучше не знать, что Норма стащила ключи и они вдвоем выбрались из палаты посреди ночи. По крайней мере, пока следует сохранять осторожность. А то вдруг Эдди настучит на Норму, и та пожалуется персоналу, что Сейдж выбрасывает таблетки.
— Я знаю, что у Нормы… проблемы, но она говорит, что Уэйн водит ее в ту комнату, поскольку теперь Норма его девушка, ведь Розмари больше нет.
Эдди покачал головой, озадаченный и в то же время слегка удивленный.
— Ты, наверное, имеешь в виду каморку за кладовкой, где сестра Моррис прикармливает кошек, когда у нее смена на втором этаже. Все болтают, что она подворовывает в столовке для этих блохастых тварей, которые загадили всю кладовую. Ребята из персонала там раньше покуривали дурь, но их несколько раз застукали, и теперь они туда нечасто ходят. И все-таки, если Уэйн водил туда Норму или Розмари, кто-нибудь пронюхал бы, и поползли бы слухи.
— Ты уверен? Норма принимает меня за Розмари, потому и хотела рассказать мне о комнате. Хотела наказать меня… в смысле наказать Розмари за побег в одиночку. Если мою сестру туда не водили, какой смысл показывать мне убежище?
— Но я сам видел этих гребаных котов. Харри рыжий, Тэбби черно-белый, и у него семь пальцев на одной лапе. И кто знает, что там у Нормы в голове творится. По словам Уэйна, она убеждена, что ее собираются убить, и каждый день называет разного убийцу. Сегодня это Джек-потрошитель, завтра — Тварь из Черной лагуны[9]. Ни одному ее слову нельзя верить.
Лицо Сейдж обдало жаром. Ну и дура же она! Ведь с самого начала были доказательства психического состояния Нормы: бегала голышом, разбила стул голыми руками. И ясно, что паранойя у нее зашла невообразимо далеко, отсюда и болтовня о Кропси.
Сейдж застонала про себя. Эдди решит, что она идиотка. Или рехнулась. Замечательно: единственный человек, поверивший ей, примет ее за сумасшедшую.
— Значит, ты не считаешь, что Уэйн способен на такие мерзости?
— Я считаю, что каждый способен на мерзости, поэтому ни да, ни нет наверняка сказать не моту. Но готов поручиться, что Норма безумна, а Уэйн — отморозок и ублюдок. Я с ним общаюсь только потому, что не хочу его злить.
— Он не просто отморозок и ублюдок. Он избивает и калечит пациенток. Я своими глазами видела.
— Знаю. Но дело в том, что контроль он может поддерживать только силой. Таких среди персонала много. У них же нет никакой подготовки, и по-другому они не умеют. А ты ведь знаешь, каково здесь бывает. Если бы не санитары, некоторые обитатели поубивали бы друг друга.
— А ты, похоже, его защищаешь?
— Ничего подобного. Но ты должна понимать, с чем имеешь дело. Персонала тут не хватает, и в конце концов санитарам приходится брать на себя куда больше пациентов, чем положено. Поэтому Уэйн курирует дневной зал. Вообще-то смотрителем тут должна быть женщина, но начальству приходится работать с тем, что есть. А есть немногое, уж поверь мне.
Сейдж хотела сказать, что и без него понимает, с чем имеет дело, что мертвый груз страха и отчаяния, который она ежедневно и ежесекундно несет в Уиллоубруке, налил ее кости свинцом, но ей не хотелось тратить время на разговоры о себе. И тут она вспомнила:
— Норма сказала, что Уэйн всегда дает ей «Пикси стикс», когда они ходят в потайную комнату. Она их прячет в кладовке.
— «Пикси стикс»?
Сейдж кивнула.
— Конфеты в полотняном мешке, который висит рядом со смирительными рубашками. Сходи сам посмотри.
— Черт, — буркнул Эдди, который, судя по выражению лица, теперь ей верил — по крайней мере, насчет того, что Уэйн водит Норму в потайную комнату. А вот доказательств того, что он водил туда Розмари, не было.
— Теперь ты знаешь, почему я думаю, что Уэйн может иметь какое-то отношение к исчезновению Розмари, — сказала Сейдж. — Но я ничего не могу сделать, пока заперта здесь. Ты поможешь мне выбраться?
Эдди уставился на нее:
— И как я, по-твоему, это сделаю?
— Ты уборщик. У тебя должны быть все ключи.
— Кое-какие есть, но не все. И водить кого-то по зданию куда легче, чем выпустить наружу. Может, ты не заметила, но главные выходы на замке и под охраной. И на центральном посту тоже охранник.
Вот черт. Значит, Норма тоже не врала насчет ключей.
— Уэйн тебе что-нибудь говорил насчет исчезновения Розмари?
Эдди помотал головой.
— Не особо. Просто ему было интересно, куда она подевалась. Как и другим.
— А Розмари тебе о нем говорила что-нибудь?
— Ничего особенного. Но я знаю, что она боялась Уэйна.
— Откуда знаешь?
— Это одна из немногих вещей, которые она упоминала. Да я и сам видел. Когда его не было поблизости, Розмари вела себя по-другому, не так скованно.
9
Персонаж американского фильма ужасов 1954 года — жаброчеловек, способный дышать под водой.