— Я рад, что ты столь благоразумна, Анна. Мне пришлось немало похлопотать, чтобы у тебя была такая возможность, но за результат я все же не могу ручаться.
Скоро мы прошли через ворота студии. Место пестрило чудесными людьми, и я подумала: «Ты, маленькая Анна, конечно же, прошла длинный путь из школьного двора Монтессори на другом конце света!»
Едва я осознала это, как очутилась в киносъемочном павильоне. Голова шла кругом от прожекторов, микрофонов, камер и зрителей — именно таких, какими я их себе и представляла. Камера гудела, а мне нужно было читать один из монологов Темпл из «Капитана Января», и я справилась, ни разу не сбившись. Голос откуда-то меж прожекторов попросил меня что-нибудь спеть. Я любезно исполнила арию капитана Сполдинга из «Зверей-хвастунов», и тут проба закончилась, не успев толком начаться.
Дядя Дитрих к тому времени уехал на работу, а дядя Ганс ждал меня.
— Ты знаешь, кто попросил тебя спеть?
— Нет. Кто?
В голосе дяди Ганса прозвучало почтение:
— Это был сам Луис Майер[2]!
Сопровождая дядю в мастерскую, где мне предстояло провести весь день (какое блаженство!), я увидела во плоти прекрасных сестер Лейн: Лолу, Розмари и Присциллу — звезд из «Четырех дочерей».
Лола и Розмари увлеченно болтали с какими-то мужчинами, а Присцилла — моя любимица — одарила меня теплой улыбкой.
Подумать только, когда-то в Амстердаме я фантазировала, будто Присцилла Лейн — моя лучшая подруга, а теперь это может произойти на самом деле!
Суббота, 16 июня 1939 года
Несколько дней я не писала в дневнике, потому что решила сначала подумать, каким он должен быть. Не хочу заносить в него голые факты, как делает большинство людей. Пусть дневник станет моим другом и зовется Присциллой (всем понятно в честь кого!).
Я начну с описания своей жизни с того момента, как мы с Марго приехали в Америку под опекой наших дядюшек.
С корабля мы сошли, конечно же, в Нью-Йорке и вскоре поселились у наших друзей-евреев в Южном Ист-Сайде. К сожалению, работу было найти непросто, даже таким талантливым мастерам, как Ганс и Дитрих. Примерно через месяц нам с Марго сказали, что мы переезжаем.
— Пока мы не проели наши сбережения, хотим попытать удачи в Калифорнии, девочки. Говорят, что в Голливуде требуются специалисты по камерам и их ремонту.
— Голливуд! — обрадовалась я. — Ура! Спасибо, спасибо, дорогие дяди!
— Ах, Анна, — произнесла несколько резко Марго, — пощади нас. Не пытайся поверить, что дяди угождают твоей навязчивой идее. Это чисто практический шаг.
Я знала, что она права, но могу же я пофантазировать? Почему нет?
Понимаешь ли, дневник, с самого детского сада я увлекаюсь кино. Стены моей комнаты в Амстердаме были завешаны плакатами любимых звезд. Я могла в точности пересказать содержание любого фильма и назвать имена снимавшихся в нем актеров. Короче говоря, я была обыкновенным киноманом, помешанным на звездах.
Ну, мы упаковали наши скромные пожитки и сели в поезд на запад, прямо как одна отважная душа из «Дилижанса» Джона Форда. Меня поразил простор моей новой родины, ее разнообразный ландшафт. Самое большое впечатление произвели фермы — на этой земле никогда не будут голодать!
По приезде, как мы и надеялись, Ганс и Дитрих быстро нашли работу. И не в какой-нибудь заурядной студии, а в самой большой: «Метро-Голдвин-Майер».
В «МГМ» работает двадцать режиссеров, семьдесят пять сценаристов и двести пятьдесят актеров и актрис! В прошлом году их доход составил пять миллионов долларов. Это рекорд!
И, дневник, твоя подруга Анна только что пела главе киностудии Луису Б. Майеру.
Понедельник, 18 июня 1939 года
Дорогая Присцилла.
Даже не знаю, с чего начать.
По правде, жизнь в Америке делает человека намного взрослее, чем он есть на самом деле! (И хотя мало кто это признает, приятные моменты иногда столь же мучительны, как и неприятные…)
Я всегда была не по годам развитым ребенком (а какое наслаждение получали Пим и Маме, браня меня за это!). Однако, приехав в Голливуд, я поняла, что легла спать ребенком, а проснулась юной женщиной. Хоть мне и исполнилось всего десять, я ощущаю себя на пять лет старше. (Пусть моя фигура и не поспевает за мной!)
Но я все хожу вокруг да около важного события. Мне почему-то трудно запечатлеть его на этой странице, вдруг оно окажется мыльным пузырем моего разыгравшегося воображения.
2
Майер, Луис Берт, (1889–1957 гг.) — кинопродюсер. Основал компанию «Метро-Голдвин-Майер».