Последняя подводная лодка «I-52» (командир капитан 3-го ранга К. Уно), пытавшаяся совершить поход, стала жертвой сил союзников, обеспечивших высадку войск в Нормандии.
В начале 1945 года японские инженеры X. Томонага и М. Сёдзи, работавшие в Германии, получили приказ вернуться в Токио. Было предусмотрено, что они пойдут на немецкой подводной лодке. Капитан 3-го ранга Томонага был выдающимся конструктором кораблей, а капитан 3-го ранга Сёдзи — первоклассным авиаконструктором. В их услугах очень нуждался японский военно-морской флот. Детали перехода лодки были согласованы с немецким военно-морским командованием. Пассажиров и груз необходимо было в Индийском океане передать на японскую подводную лодку. В конце января 1945 года Берлин каждую ночь подвергался сильным воздушным налетам. Электрическое освещение отсутствовало, не хватало топлива, стекла в окнах большинства домов были разбиты, дули холодные пронизывающие ветры. К этому времени мероприятия союзников по борьбе с подводными лодками противника усилились. Атлантический океан стал кладбищем для немецких подводных лодок. Таким образом, переход названных офицеров на вышедшей в море немецкой подводной лодке был сопряжен с большой опасностью. Предусмотренная встреча с японской лодкой не состоялась. Спустя несколько недель американское радио передало сообщение, из которого стала известна судьба лодки и двух японских офицеров: «Находившемуся в дозоре в Мексиканском заливе американскому дозорному кораблю сдалась немецкая подводная лодка, на которой был поднят белый флаг. Командир и команда немецкой подводной лодки были взяты в плен и после высадки на берег заключены под стражу. Представители американских властей, которые проводили осмотр подводной лодки, обнаружили тела двух японских военно-морских офицеров в полной военной форме, которые покончили жизнь самоубийством, приняв яд».
Глава 7
Битва у о. Мидуэй
4 июня 1942 года произошла битва у о. Мидуэй. Командование японского военно-морского флота, имевшего по сравнению с американским флотом более мощное соединение авианосцев, окрыленное победой после нападения на Гавайские о-ва, не подозревало о том, что секретные данные нашего оперативного плана просачивались к противнику. Таким образом, мы попали в ловушку, расставленную противником, который уже был предупрежден о движении наших сил. В результате японские силы понесли тяжелое поражение. Битва у о. Мидуэй была решающей битвой, изменившей весь ход войны на Тихом океане.
6 июня наша летающая лодка обнаружила в 150 милях к северо-востоку от о. Мидуэй американский авианосец «Йорктаун». Находившаяся в этом районе подводная лодка «I-168» (командир капитан 3-го ранга Танабэ), получив срочную радиограмму с приказанием потопить авианосец, со скоростью 21 узел последовала к месту обнаружения цели. Приблизительно в 1 час. 00 мин. 6 июня на востоке обозначился силуэт военного корабля. Наступил рассвет. Несомненно, это был авианосец, охраняемый 5–6 эскадренными миноносцами.
Лодка приблизилась, стремясь занять удобную позицию для атаки. Погрузившись и благополучно миновав кольцо охранения из эскадренных миноносцев, она всплыла на перископную глубину. Наблюдение в перископ показало, что авианосец имел небольшой дифферент на корму. После еще одного более тщательного осмотра было обнаружено, что авианосец буксировали. Наконец, лодке удалось занять позицию для залпа. В 10 час. 00 мин., спустя 9 час. после того как впервые заметили корабль, в него было выпущено 4 торпеды.
Последовал оглушительный взрыв, вызвавший возгласы ликования у команды лодки.
Эскадренные миноносцы, охранявшие «Йорктаун», бросились в атаку на лодку. Через несколько минут три из них начали глубинное бомбометание. В лодке слышны были взрывы бомб, самый близкий из них подбросил ее почти на фут. Свет в лодке погас. Часть аккумуляторной батареи была повреждена, вследствие чего начал выделяться ядовитый хлорный газ. Когда все считали, что атака уже окончилась, произошло еще три взрыва, причем так близко, что корпус лодки испытал сильное сотрясение. Изуродованную, почти не способную двигаться лодку трудно было удерживать в подводном положении на заданной глубине. Сразу же начались работы по исправлению электроосвещения и изоляции поврежденных аккумуляторов. Так как нельзя было привести в действие помпы, лодка, имевшая дифферент на корму в 20°, как будто взбиралась на крутую гору. И все-таки надежда на спасение оставалась. При таком большом дифференте занятых работой электриков приходилось поддерживать, чтобы они не упали. Попытки привести лодку на ровный киль путем перемещения на нос личного состава и провианта ни к чему не привели. Хотя и не было повреждений, угрожавших лодке гибелью, однако повреждение батарей вызвало тревогу, так как прекратилась подача электрической энергии, в результате чего лодка потеряла ход. Главная задача заключалась в том, чтобы изолировать поврежденные аккумуляторы и присоединить исправные. Несмотря на то, что команда много тренировалась в изолировании поврежденных аккумуляторов, на учебных тренировках личный состав не готовился к ликвидации таких серьезных повреждений. Казалось, что при тусклом свете аварийных фонарей, в условиях, когда выделяющийся хлорный газ отравлял воздух, нельзя выполнить подобную работу, но наконец поврежденные аккумуляторы были изолированы и в цепи освещения появился ток. Произведенная старшим электриком проверка силовой цепи дала удовлетворительные результаты. Включили рубильник, моторы заработали, воскресла надежда на спасение.
9
По англо-американским данным, подводная лодка «1-52» была фактически потоплена самолетом с американского авианосца «Боуг» в узкой части Атлантического океана, в районе 15°16 с. ш. и 39°55 з. д.
10
Согласно американским данным, опубликованным после войны, в авианосец попало 2 торпеды, остальные две попали в эскадренный миноносец, который от взрыва разломился пополам. «Йорктаун» перевернулся и затонул на следующий день.