К концу ноября в составе 7-й эскадры остались лодки «Ro-100», «Ro-104», «Ro-105» и «Ro-109», кроме них задачи по перевозке грузов выполняли подводные лодки «I-6», «I-16», «I-38» и «I-117». Ввиду сильных воздушных налетов противника Рабаул вообще невозможно было в дальнейшем использовать в качестве базы подводных лодок, и в марте 1944 года штаб 7-й эскадры и оставшиеся подводные лодки «Ro-104», «Ro-105», «Ro-108» и «Ro-109» передислоцировались в Трук. К этому времени погибли подводные лодки «Ro-34», «Ro-100», «Ro-102», «Ro-103» и «Ro-107», а наши общие потери в подводных лодках в районе Соломоновых о-вов, Новой Гвинеи и Кораллового моря исчислялись в 25 единиц. Потери противника от действий наших подводных лодок включали авианосец «Уосп» и 14 других кораблей, кроме того, 3 корабля были сильно повреждены. При этом следует помнить, что основные усилия наших подводных лодок были сосредоточены на том, чтобы лишить противника возможности подвозить питание, хотя эти усилия и не привели к увеличению его потерь.
Глава 9
Снабжение гарнизона о. Гуадалканал
В июле 1942 года, после окончания курсов повышенного типа при школе подводного плавания, я был назначен командиром подводной лодки «Ro-31», входившей в состав сил военно-морской базы Йокосука. Мы были слишком заняты непрерывным проведением тренировок, крайне необходимых испытаний и исследований.
Однажды на пристани около военного порта внезапно появилась нагруженная мешками риса грузовая автомашина. Прибывшие представители командования предложили нам провести необычное испытание, то есть выстрелить из торпедных аппаратов лодки мешками с рисом! Обстановка на о. Гуадалканал к этому времени настолько усложнилась, что нашим подводным лодкам было опасно выгружать и передавать продовольствие гарнизону острова, находясь в надводном положении, поэтому возникла идея выбрасывать мешки с продовольствием через торпедные аппараты.
В течение трех дней мы испробовали всевозможные варианты. Выстреливали рис в ящиках из-под печенья, но одна треть из них оказалась разбитой выступами внутри торпедных аппаратов и содержащийся в них рис был рассеян по всему Токийскому заливу. Затем нам пришла мысль засыпать рис в резиновые контейнеры, которые устанавливались на палубе и крепились с помощью специальных приспособлений (бугелей). Крепления этих контейнеров отдавались изнутри лодки, находящейся в подводном положении. Наконец, мы пробовали выстреливать рис в деревянных пеналах торпедообразной формы, но пеналы разламывались так же, как разрывались мешки с рисом. Еще до проведения этих испытаний нам следовало бы иметь в виду, что использование таких фанерных «торпед» окажется бесполезным, поскольку для выстрела необходимо высокое давление, чтобы преодолеть давление забортной воды, а уменьшенное давление было бы недостаточным для производства нормального выстрела.
В конце испытаний командир военно-морской базы Йокосука, будучи, очевидно, очень расстроен, говорил нам об исключительно трудном положении гарнизона на о. Гуадалканал и о необходимости проведения дальнейших мероприятий, подобных вышеописанным испытаниям.
Вследствие того что мы продолжали нести тяжелые потери в надводных судах, что объяснялось превосходством противника в воздухе, а также недостатком у нас аэродромов, единственным средством для доставки продовольствия гарнизону о. Гуадалканал оставались эскадренные миноносцы и подводные лодки. Фактически, после поражения наших войск во время третьего общего наступления противника, не оставалось надежды на восстановление аэродрома, и судьба гарнизона острова всецело зависела от подвоза продовольствия подводными лодками.
В Труке, на борту флагманского корабля подводного флота состоялось совещание, на котором обсуждалось создавшееся положение. Старшие офицеры всех соединений и командиры подводных лодок протестовали против посылки лодок на верную гибель просто ради доставки продовольствия, то есть для решения задачи, не свойственной подводным лодкам. Однако адмирал, командующий подводным флотом, объявил, что обеспечение продовольствием войск на о. Гуадалканал любой ценой было императорским повелением. Голоса протеста смолкли. Таким образом, подводные лодки стали транспортами. Большинство лодок находилось в то время в разведке на Тихом и Индийском океанах и в австралийских водах, ведя поиски военных кораблей и торговых судов противника. После принятия указанного выше решения они были отозваны в район о. Гуадалканал. С каждой лодки было снято по 1 орудию и оставлено только по два торпедных аппарата. Такое разоружение, хотя и обеспечивало больше свободного места для погрузки продовольствия, значительно уменьшило боеспособность лодок.
16
15 сентября 1942 года подводная лодка «1-19» торпедировала авианосец «Уосп», из 4 выпущенных по нему торпед 3 попали в цель. Несколько позже подводная лодка «1-15» торпедировала линейный корабль «Норт Каролина».
По английским данным, линейный корабль «Норт Каролина», так же, как и авианосец «Уосп», был поражен торпедами, выпущенными с подводной лодки «1-19», которая, как полагают, произвела не 4-торпедный, а 6-торпедный залп.