— Кто вы такой и куда направляетесь, сеньор? — строго спросил он, вглядываясь в скрытое широкими полями шляпы лицо.
Внезапно побледнев, солдат отшатнулся и, осенив себя крестным знамением, ухватился за эфес шпаги. Заметив это, его товарищи подошли ближе, готовые в любой момент обнажить клинки.
— А вы смелее пиратского отродья, — не без уважения сказал Анри. — Увидев меня, они бросали сабли и падали ниц.
— Кто вы? — снова спросил солдат с нескрываемым удивлением, понимая, что даже если этот всадник явился из Преисподней, он явно на стороне Испании.
— Я местный торговец Анри Верн. Я хочу видеть свои корабли.
— Сеньор Андрэ? — недоверчиво переспросил один из подошедших, уже успевших разглядеть странное неживое лицо под шляпой. — Вы что, вернулись в Белиз с «того света»?
— Скоро мы все там будем, если вы будете задерживать меня здесь! — теряя терпение, раздражённо буркнул Анри.
Солдаты молча расступились, пропустив всадника и так же молча глядели ему вслед, когда, пришпорив коня, он рванул в открытые ворота, направляясь к видневшемуся у пирса большому кораблю.
Глава 24
Ещё при разговоре с солдатами Анри разглядел несколько лежавших на боку кораблей, вокруг которых копошились рабочие дока и матросы. Но лишь проехав воротами, он увидел «Победоносец», пришвартованный у пирса. Перевалившее зенит солнце играло бликами на бронзовом английском гербе и золотых литерах испанского имени «Victorioso». На пирсе матросы разбирали бочонки с порохом со складской телеги и, выстроившись цепью, передавали их на корабль.
Бросив коня рядом с телегой, Анри, ловко лавируя между растянувшимися по пирсу и узкому дощатому трапу матросами, вбежал через входной порт на мидельдек[105].
Поднявшись на шканцы, он потребовал от вахтенного зрительную трубу и направил её на фрегат, завершивший разворот.
Первый залп англичан предназначался спасательной шлюпке, привязанной к корме «Орки». В бессильной злобе Анри заскрипел зубами, видя, как разлетается щепками баркас. В этот момент стройный белый силуэт, уже несколько минут приближавшийся к месту боя, неожиданно вклинился между фрегатом и пинком, открыв по противнику огонь. Ядра всех шести орудий правого борта явно легли в цель, но фрегат лишь слегка качнуло. Анри сразу же узнал «Чайку». Отдавая должное отваге капитана брига, он тем не менее не мог мысленно не отругать его, что, давая возможность боевым товарищам подойти ближе к берегу, жертвовал своим, а точнее, его — Анри — кораблём, и без того уже потрёпанным боем с приватирами. Тем не менее пинк успел немного удалиться с линии огня и бриг последовал за ним, продолжая прикрывать едва державшуюся на плаву «Орку».
— Где капитан? — повернулся Анри к вахтенному матросу.
— Не знаю, ми альмиранте, сейчас нам командует лейтенант де Брисуэла. Вон он, на баке, — ответил тот, указав рукой на стройную фигуру в синим камзоле.
Захватив с собой зрительную трубу, Анри отправился в указанном направлении. Приблизившись к идальго де Брисуэла, наблюдавшим за тем, как по правому борту стрелой[106] поднимали с баркаса девятилибровую пушку, окликнул его:
— Лейтенант! Где капитан Энрике?
Идальго повернулся:
— Рад снова видеть вас, адмирал! Капитан поручил «Победоносец» моим заботам, а сам отправился на «Чайку», когда узнал, что у коммодора недостаточно капитанов.
— Что? — Анри почувствовал, как к лицу прихлынула кровь. Он подошёл к балюстраде, ограничивающей полубак, опёрся о планшир и направил зрительную трубу туда, где в последний раз видел «Чайку», закрывшую собой изрешечённый пиратскими ядрами пинк.
«Орка», оставшись без спасательного баркаса, всё ещё находясь на линии огня английского фрегата, села на прибрежную отмель в пятидесяти пасо от порта. Бриг, потерявший бушприт и фор-стеньгу, с пробитыми парусами и порванным такелажем продолжал маневрировать, уходя из-под вражеского огня. «Ну Энрике, ну и орёл!» — восхитился Анри умению друга.
— Вы позволите и мне взглянуть, адмирал? — попросил де Брисуэла.
Анри с неохотой оторваться от наблюдения и передал идальго зрительную трубу. Дав лейтенанту немного времени, он приступил к расспросам:
— Сколько орудий успели поднять?
— Только что на борт подняли пятьдесят девятое, адмирал, — не раздумывая ответил тот, продолжая рассматривать поединок «Чайки» с фрегатом.
— Доложите подробнее, лейтенант!
Идальго де Брисуэла повернулся, сложил зрительную трубу, вернул её дуэнё и отрапортовал:
105
Чтобы не усложнять повествование, в романе используется общепринятая в более поздние времена английская терминология, согласно которой в основе названий палуб военного парусного корабля лежит слово «дек» — палуба. Таким образом верхняя, открытая палуба, называется «квартердек». Следующая палуба вниз от баковых и кормовых надстроек называлась «опердек». Самая нижняя палуба, где находятся орудия наибольшего калибра называлась «гондек». Если у корабля было три орудийных палубы, средняя называлась «мидельдек». Под гондеком находился орлопдек, или кубрик, а в самом низу корпуса располагался корабельный трюм. На испанских кораблях в описываемое в романе время верхняя открытая палуба так и называлась «палуба» — «cubierta», а остальные орудийные палубы назвались «puente» — «мост» и дополнялись порядковым номером, где первый получала самая нижняя. Место под артиллерийскими палубами что называлось у англичан «орлопдек», у испанцев было «sollado» (сойядо) — «беспорядок». Здесь находился медицинский отсек, склад боеприпасов и продуктов, а также отсеки для содержания пленных.
106
Стрела — судовое грузовое устройство в виде балки укосины, закреплённой нижним концом на мачте, а верхним концом подвешенной на тросе. Грузоподъёмность стрелы обычно не превышает 10 т.