Для самого же богатого торговца единственное место во всём Новом Свете, как, впрочем, и в Старом, в котором он мог уединяться, была адмиральская каюта, состоявшая из двух помещений — ратс-камеры и спальни.
Ратс-камера была одновременно столовой, гостиной и библиотекой. В её относительно небольшие размеры вошло довольно много всего: уютный диван, обитый тиснёной кордовской кожей, дубовый книжный шкаф, украшенный резными фигурами, изящный ореховый столик с двумя высокими резными испанскими стульями для игры в шахматы, не менее нарядная витрина для посуды и сервировочный столик. Но главным атрибутом тут был большой дубовый стол для шести персон. Анри редко ел один. Каждый офицер корабля побывал за этим столом, но самыми частыми гостями-сотрапезниками были капитан Энрике, капитан-лейтенант дон Себастьян и доктор Эрнандес.
Капитан Энрике Гонзалес Басан — «правая рука» Эль Альмиранте — пятидесятилетний морской волк, креол[31] из Санто-Доминго, невысокий и коренастый, когда-то жгучий брюнет, теперь же седина посеребрила его виски и аккуратно подстриженную бороду. Он был первым человеком, нанятым Анри на первый корабль — бриг «Чайка». Энрике, став капитаном брига, постепенно привязался к упрямому юному владельцу корабля, не чуравшемуся никакой работы, старательно учившему лоции, читавшему умные книжки о тактике и стратегии и преодолевавшему все трудности молча, без жалоб, стиснув зубы. Опытный моряк с удовольствием учил всем морским и житейским премудростям своего молодого «сеньора Андрэ» и восхищался многогранностью натуры юноши. Деловая хватка и расчётливость торговца в нём сочеталась с отвагой и мужеством бойца, а то, как быстро тот схватывал разные науки, говорило о быстром уме и сообразительности. Со временем покровительственный тон, с которым Энрике делился с Анри знаниями и навыками нескольких поколений, испытанных всеми ветрами морских волков, обрёл заботливые отцовские нотки. У капитана не было семьи. Возможно, где-нибудь на просторах Тиерра Фирме и бегали похожие на него ребятишки, но он не знал о них. Зато знал, что у молодого сеньора где-то в Испании вся семья погибла во время набега пиратов, и незаметно для себя Энрике заменил Анри отца. Они никогда не говорили об этом, но чувство глубокого уважения и симпатии друг к другу сроднило их. Будучи человеком простым и неприхотливым, капитан, принимая приглашения альмиранте к трапезе, в светских застольных беседах особо не участвовал, тем более, если за столом присутствовал дон Себастьян. Креольский морской волк чувствовал себя стеснённым присутствием аристократа, несмотря на то, что, принимая на службу очередного дворянина, Анри предупреждал их, что на его кораблях у представителей благородных сословий нет никаких привилегий, и единственный вид субординации здесь основан на корабельных должностях. Все барьеры исчезали только во время боя, когда выживание корабля и команды зависело от слаженности действий.
«Левая рука» адмирала — капитан-лейтенант дон Себастьян Альварес де Толедо-и-Пименталь, командующий солдатами и канонирами, был потомком знатного рода и принадлежал к высшей испанской аристократии. Высокий, стройный брюнет с тёмными, почти чёрными глазами, с иссиня-чёрными усиками над чувственным ртом и клиновидной испанской бородкой, казался Анри одновременно и романтиком, ищущим приключений и славы, и философом, пытающимся найти смысл жизни. Видя благочестивую набожность и юношескую прямолинейность капитан-лейтенанта, Эль Альмиранте решил, что именно они сделали младшего сына герцога Альбы непригодным для придворной службы. Анри неоднократно задумывался о том, что привело к нему на корабль два года назад этого высокородного сеньора. Размышления, основанные на наблюдениях за молодым грандом, привели его к выводу что аристократ задыхался в атмосфере дворцовых интриг, отказывался лебезить и подхалимничать и потому решил отправиться искать себе занятие по душе в Новую Испанию, подальше от двора.
Сам же дон Себастьян о частном адмирале Анри Верне впервые услышал весной 1658 года. Прибыв в Гавану из Севильи, в поисках службы он обратился тогда к губернатору и генерал-капитану Кубы сеньору Диего Ранхелю. Во время обмена новостями губернатор, кроме иного, поведал новоприбывшему аристократу о молодом торговце, подписавшем ещё в 1655 году фрахтовый договор, согласно которому для ведения военных действий против англичан он обязался предоставить свои хорошо вооружённые корабли в распоряжение генерал-капитана. За желание самолично командовать своей небольшой армадой сеньор Анри Верн получил почётное звание «частный адмирал» и с тех пор наносил противнику всё более ощутимый урон.
31
Креолы — в системе латиноамериканских каст — потомки первых европейских (испанских, португальских, реже — французских) переселенцев на территориях колоний Северной и Южной Америки.