Толкнув дверь, Анри с удивлением обнаружил, что она заперта. «Похоже, сеньор Гильермо решил, что в такой день, когда город оплакивает погибших, желающие полакомиться его сладкой продукцией не найдутся», — с досадой подумал он и, не скрывая озадаченности, повернулся к своему спутнику:
— Ну, что будем делать, капитан? Жду ваших предложений.
— Негоже являться на обед без гостинца, — задумался дон Себастьян. — Я вижу два возможных решения: самое простое — бить в дверь до тех пор, пока конфитеро не соизволит явиться и удовлетворить наши прихоти.
— А более сложное? — глядя на присматривавшегося к двери капитан-лейтенанта, словно тот искал на ней уязвимые места, спросил Анри.
— Подыскать другие подарки, — пожал плечами дон Себастьян.
— Да, вы вновь правы, капитан — первое решение было намного проще, — согласился Анри и несколько раз с силой ударил в дверь ногой.
Результата это действие не принесло — никто не отозвался.
— Адмирал, похоже, не стоит тут терять время. Может, мы сумеем найти нечто достойное в вашей лавке? — промокая вспотевший лоб кружевным платочком, предложил аристократ. — К тому же, смею надеяться, вы сделаете мне скидку.
— Надеяться всегда можно, однако, боюсь, мы сейчас не найдём там подходящих товаров. В лучшем случае нам придётся выбирать между табаком и чаем. Не будем же мы дарить дамам отрезы на платья или оружие! Хотя… Недавно Фернандо доставил партию отличного португальского. Если ещё остались английские бутылки[145], это вино в них будет хорошим подарком. Идёмте, капитан, — и Анри решительно направился в сторону принадлежащей ему лавки.
Своими размерами здание ничем не отличалось от иных в торговом ряду, однако обилие товаров внутри впечатляло каждого посетителя. Здесь было всё, что производили мануфактуры, принадлежащие «Карибскому альмиранте» — от сахара до сигар, а также то, что было отобрано у пиратов, до этого успешно ограбивших торговцев, привозивших товар из Европы и Азии. Конечно, самый большой выбор был у оружия, но, если повезёт, можно было найти и французский фарфор, и модную одежду, и духи, и отрезы дорогих тканей. Изредка предлагалось и английское новшество — прочные бутылки из чёрного стекла с выдавленными узорами. Такая бутылка, даже ненаполненная вином, была очень дорогим подарком, вполне достойным и губернатора. Проблема была лишь в том, что в лавке таковых не оказалось.
Пабло Ньето, бывший когда-то торговцем в Гаване, разорившийся после захвата пиратами его судна с товаром, принял предложение Анри и, перебравшись с семьёй в Белиз, заселился в жилые помещения над лавкой, став её управляющим под бдительным оком сеньора Хакоба. Лелея тайное желание женить молодого успешного торговца на своей шестнадцатилетней дочери, он настойчиво посылал Анхелес с обворожительной улыбкой справляться, чего желает сеньор Анри, как только тот появлялся в своей лавке. Вот и сейчас девушка, заливаясь краской, пришла узнать зачем он пожаловал. Увидев разочарование на лице молодого человека, Анхелес кинулась к отцу. Тот, узнав, что нужно сеньору, направил его к старому маррану, заверив что на складе непременно есть ещё одна или даже две английские бутылки.
— Желаете, чтобы я сопровождал вас, адмирал? Или же мне стоит поискать нечто иное? — напомнил о себе дон Себастьян задумавшемуся Анри.
— Нет, капитан. Возьмите с собой Хавьера и Самуэля, — кивнул Анри в сторону солдат, — и отправляйтесь к сеньору Хакобу. Передайте ему мой наказ наполнить две бутылки, если они там будут, португальским вином. В противном случае пусть подумает сам, чем из имевшегося в наличии нам потешить семейство графа Альменара. Я уверен, что с вашей помощью он непременно найдёт нечто подходящее. Заодно проверьте, как устроили пленных и надёжно ли они охраняются. Жаль, что мы не захватили с собой лейтенанта де Мура. Он мог бы пообщаться с офицерами по поводу выкупов. Идальго де Мур не только знает английский, но и умеет находить аргументы, пробуждающие в лордах щедрость. Я же в сопровождении Хосе и Пабло нанесу визит губернатору, а потом загляну к коммодору. С вами же мы вновь встретимся перед дворцом в два часа пополудни.
— Как скажете, адмирал, — откланялся дон Себастьян и, сопровождаемый двумя пехотинцами, удалился. Анри же, кивнув оставшимся солдатам, отправился на Пласа де Монтехо.
Перед аркадой губернаторской резиденции его остановил стражник. Изнывая от жары, солдат, пыхтя, преградил путь:
— Его превосходительство сегодня не принимает. Попытайте счастья завтра, сеньор.
— Похоже, вы не так давно в Белизе, солдат, — нарочито оглядел пехотинца сверху донизу Анри, при этом поймав себя на мысли, что подражает дону Себастьяну. — Доложите сеньору губернатору, что пришёл Карибский альмиранте.
145
Первую винную бутылку, похожую на современную, произвёл на свет в 1652 году англичанин сэр Кенельм Дигби. Однако вплоть до XVIII века для перевозки вина использовали различную тару из глины, фаянса и дерева, несмотря на то, что во второй половины XVII столетия в Англии началось промышленное производство бутылок. Поскольку они были слишком дорогими, до середины XIX века вино разливалась по бутылкам, как правило, уже в стране потребления. Винные бутылки XVII–XVIII веков отличаются многообразием форм и объёмов, но все они были приземистые, грубоватые сосуды дутого тёмного стекла в виде луковиц или сплюснутых шаров с горлышками.