В перерывах между молитвами Анри не забывал разглядывать окрестности и посматривать на Густава, колдующего то с астролябией[157], то с квадрантом Дэвиса[158], успевавшего при этом следить за компасом, отдавать приказы подручному матросу забрасывать лаг[159] и заносить все полученные измерения тонкой свинцовой палочкой в небольшую книжицу в кожаном переплёте.
Неспешно продвигаясь всё дальше на запад против сильного течения, баркасы шли по извивавшемуся змеёй руслу. Временами река лишь плавно вилась бирюзово-синей лентой, но, вдруг сильно расширившись, местами и до девяносто пяти пасо, вновь суживалась и делала крутой рывок на юг, чтобы, вернувшись к своей привычной ширине, спустя пару сотен пасо опять повернуть строго на север.
После пяти тысяч триста двенадцати пасо река вдруг легла перед путешественниками длинной тёмно-синей стрелой.
— Удвоить темп! — крикнул Висент Матеу и послушные его ускорившемуся «И два — а!» — взмахи вёсел стали чаше, так что очередную тысячу пасо баркас прошёл менее чем за пол часа. Когда русло реки снова зазмеилось, задаваемый рулевым ритм замедлился, а расстояние между баркасами, растянувшееся на ровном участке до тридцати пасо вновь уменьшилось. После очередного изгиба река взяла круто на север, а её воды, враз став мутными, пожелтели.
Анри как раз закончил второй круг новены, когда матрос, следивший за временем, прокричал конец второго часа, и кормчий объявил смену на вёслах. Шлюпка остановилась, люди стали меняться местами на банках. Воспользовавшись заминкой, Эль Альмиранте лицезрел окрестности и, поглядывая на вившиеся над баркасом облако комаров, мысленно похвалил себя за предусмотрительность. Ещё перед посадкой он, повинуясь какому-то внутреннему чувству, выловил в походном мешке подаренную Хуаном баночку с чудодейственным снадобьем и тщательно обмазался им. Для всех остальных старый охотник при первой же возможности смешал береговую илистую грязь с запасённым на «Решительном» хлопковым маслом. Солдаты и матросы восприняли приказ альмиранте обмазаться этой странной смесью без особого энтузиазма. Однако то ли пример доктора Антонио, то ли огромные кулаки капрала Ромеро оказались настолько убедительными, что вскоре все старательно покрылись тонким слоем мягкой и попахивавшей гнилью кашицей.
Глянув на остановившийся в двадцати пасо второй баркас, которым командовал Сантьяго Аларкон — лейтенант с «Упорного», Анри обратил внимание на едва заметную волну, почти рябь. Опытный глаз моряка сразу выделил её, потому что она шла поперёк течения, медленно приближаясь к первому баркасу…
Чувство тревоги, вызванное странным и непонятным явлением, заставило Анри встать. Волна стремительно приближалась. В какой-то момент адмиралу показалось, что даже в мутной воде видна огромная тень.
— Ты это видишь, Грегорио? — тронул он за плечо капрала. Верзила и уже успевшие поменяться местами гребцы дружно повернули головы в направлении, указанном Эль Альмиранте. Несколько человек с правого борта даже приподнялись со своих мест, чтобы видеть воду поверх голов сидящих. Внезапно сильный удар по килю под кормой тряхнул баркас, едва не выкинув Анри за борт. Падая, он ухватился за кормчего и завалился на него, прижав к планширу. Рулевой охнул и тихо выругался на баскском.
— Ты в порядке, Арица? — поинтересовался Анри, садясь на своё место.
— Да, сеньор альмиранте. Нам с вами повезло, что капрал удержался, — потирая ушибленный бок, попытался улыбнуться рулевой.
Анри окинул взглядом команду: несколько человек, стоявших во время удара, повалились на сидевших товарищей и сейчас, вернувшись на свои места, беззлобно выясняли между собой кто кому заехал локтем в ухо при падении. Остальные уже успели ухватиться за вёсла и ожидали команды кормчего.
— Сеньор, — долетел на корму голос индейца. — Это большой крокодил. Он будет нападать, пока мы не покинем его владения или не убьём его.
Услышав такое, солдаты похватали свои полупики и арбалеты. Анри, придерживаясь за плечо Верзилы, привстал, разглядывая воду в поисках странной волны.
— Вон он! Он возвращается! — крикнул Хуан, указывая рукой на рябь за правым бортом.
— Всем приготовится к удару! Арбалеты, ориентир — поперечная волна! По цели под водой — бей! — отдал приказ Эль Альмиранте и, не спуская глаз с приближавшейся ряби, сел, крепко вцепившись руками за корму.
157
Астролябия (в переводе с греч. — «берущий звезды») — один из старейших астрономических инструментов, служивший для измерения горизонтальных углов и определения широт и долгот небесных тел. На протяжении двух тысячелетий этот научный инструмент оставался практически неизменным.
158
Квадрант Дэвиса или английский квадрант — улучшенная английским мореплавателем Джоном Дэвисом (1550–1605) версия примитивного навигационного инструмента. Квадрант (от лат. «четвёртая часть, четверть») — старинный прибор для измерения углов с градусной шкалой, составляющей дугу в 30 и более градусов. Использовался для измерения высоты небесного тела, в частности Солнца или Луны.
159
Лаг — прибор в виде небольшой дощечки для определения скорости хода судна. Лаг привязывался к длинной верёвке — линю. На лине с интервалом в 14,46 м завязывались узлы.