Немного подумав, дон Себастьян крепко сжал кисть идальго:
— Я принимаю ваше предложение, сеньор Фернандо.
— Да будет так! — провозгласил коммодор и новоявленные союзники, троекратно тряхнув сцепленными руками, перекрестились.
После того, как Фернандо наполнил кубки лёгким португальским, мужчины вновь вернулись на диван и разговор возобновился.
— Я посетил архивариуса и имел возможность внимательно осмотреть донос, — Себастьян отхлебнул вина и задумчиво стал вертеть кубком, вглядываясь в напиток, игравший золотыми оттенками сквозь желтоватое стекло. — Он написан не на грязном столе трактира, однако рука, выводившая на дорогом листе бумаги сии лжи, не была тверда.
— Он у вас? — поинтересовался Фернандо.
— Нет, но скоро будет. И ещё — думаю, я знаю, как человек, не бывший с нами в экспедиции, мог ознакомиться с некоторыми подробностями, — уловив немой вопрос коммодора, дон Себастьян изложил ему свои догадки, рождённые пением пехотинцев в трактире. — Если вашим людям удастся найти кто и где, отмечая нашу победу над англичанами, громко вспоминал и подробности экспедиции, я смогу убедить хозяина того заведения вспомнить имена богатых сеньоров, присутствовавших там в это время.
— Надеюсь, таковых будет не очень много, — Фернандо допил вино и отложил кубок. — А что потом? Как вы хотите узнать среди них пасквилянта?
— Пока не знаю, — покачал головой дон Себастьян и залпом допил вино. — Надеюсь, Господь надоумит меня. Кстати, коммодор, мне стало известно, что несколько дней назад вы были свидетелем разговора трёх сеньоров в трактире «У Сандро», которые нелицеприятно отзывались о нашем друге и дочери губернатора.
— Поверьте, если бы в трактире я услышал оскорбительные высказывания в адрес Анри, я бы не остался свидетелем, а всенепременно вмешался, — вспылил Фернандо. — Кто вам такое сказал обо мне?
— Дочь трактирщика, — не реагируя на повышенный тон, ответил аристократ. — Сеньорита Лусия поведала мне как неким сеньорам не понравилась присущая ей любознательность, и вы заступились за неё.
— Ах, вот оно что! — Фернандо враз успокоился. — Да, было дело, как же, помню! Благородным сеньорам явно не без оснований показалось, что эта малышка подслушивает их разговор и они были довольно грубы с ней. Конечно же я не мог позволить им так обращаться с девушкой, тем более хорошенькой!
Увидев, как блеснули глаза собеседника, дон Себастьян вдруг вспомнил слова Анри о том, что в Белизе вряд ли найдётся симпатичная сеньора или сеньорита, которую бы не знал коммодор.
— Вы слышали их разговор, сеньор Фернандо? — вернул беседу в нужное русло гранд.
— Нет, — покачал головой великан, — Но ещё тем же вечером эта маленькая плутовка рассказала мне что обсуждали идальго. Жаль, что к тому моменту те двое уже убрались из трактира, иначе я бы вступился за честь сеньориты Исабель! Я ведь, даже несмотря на то, что был пьян, сразу смекнул, о какой благородной девице идёт речь! — Фернандо сжал свои огромные кулаки и потряс ими в воздухе, явно угрожая неизвестным сеньорам.
— Вы назвали их идальго. Значит, вы с ними знакомы? И почему двое? — бесстрастное лицо аристократа ожило, глаза заблестели, а на щеках появился румянец.
— Только одного из них — идальго Маркоса Вега Нуньеса. Он служит лейтенантом в форте Сан-Педро. Второй тоже был одет, как офицер, но я не знаю его. А вот третьего, когда возник шум из-за Лусии, уже не было, — Фернандо задумался, явно пытаясь восстановить в памяти тот вечер. — А что нелицеприятного эти сеньоры говорили о нашем друге?
— Возможно, идальго Вега согласится лично рассказать нам об этом? — аристократ поднялся, показывая намерение немедля отправится в форт и многозначительно посмотрел на коммодора.
Вслед за гостем поднялся и хозяин. Недолго подумав, он неодобрительно покачал головой:
— В таком деле поспешность не во благо. С чего вы начнёте разговор с лейтенантом, дон Себастьян? Со слов чрезмерно любопытной сеньориты Луисы?
Себастьян помрачнел — как ни прискорбно было ему это сознавать, но идальго Фернандес был прав.
— Что вы предлагаете, сеньор Фернандо? — сухо спросил он, внимательно наблюдая за лицом собеседника.
Коммодор погрузился в глубокие раздумья. «Видимо, именно так планировал свои военные походы и Фернандо III Кастильский[164]», — вдруг подумал дон Себастьян, невольно залюбовавшись застывшей перед ним картиной: смягчённые плотными занавесями солнечные лучи делали могучую фигуру идальго Фернандеса похожей на скульптуру самого Атласа[165]. Идальго стоял, опустив голову, уперев левую руку в бок, а правой потирая мочку уха. Даже залетевший из кухни в открытое окно аромат жареного мяса, щедро приправленного специями и доносившиеся с улицы приглушённые голоса редких прохожих, не могли нарушить очарование момента. Из размышлений сеньора Фернандо вывел грохот фортовой пушки, ознаменовавший жителям Белиза наступление полудня.
164
Фернандо III Кастильский (исп. Fernando III de Castilla, 1199–1252 гг.) — король Кастилии, Толедо и Эстремадуры с 1217 года, король Леона и Галисии с 1230 года. Именно он окончательно объединил Кастилию, Леон и Галисию, образовав единое королевство Кастилия и Леон.