Затем, бросая на меня исполненные страсти взгляды, красавица, чья талия вот-вот готова переломиться под тяжестью украшений, исполнила танец желания под бряцание ножных браслетов и легкий звон пояса, намеренно оставаясь вдали от меня. Эта красавица с дивным лицом и тонкой, гибкой, словно молния, талией, готовой переломиться под тяжестью гирлянд, локонов, украшений, нитей жемчуга и красивых грудей, исполняет танец возмущения: она намеренно превратно истолковывав смысл моих слов, которые я передал ей через служанку. Она исполнила танец страдания, поведав о боли которую причинила ей наша разлука. Она исполнила танец печали с наступлением сумерек, украшенная гирляндой, вокруг которой вьются пчелы, и рассказала освоей грусти всем видевшим ее. После этого она исполнила танец, в котором изобразила обморок после стольких страданий и медленное возвращение сознания. Она истинная танцовщица, и только танцы создают величие этой красавицы, украшенной дивными браслетами. Она проводит дни в игре.
Произнеся эти слова, Ковалан отказался принять, гирлянду лепестков, на которой написала свое послание украшенная драгоценностями Мадави, а принесшая это послание Васантамалей, пораженная печалью в самое сердце, поспешила к своей госпоже, украшенной цветами, чтобы сообщить ей эту весть.
Мадави, глаза которой напоминали два больших лотоса, произнесла:
— О красавица с драгоценными браслетами! Если даже он и не придет сегодня вечером, мы увидим его завтра утром.
С тяжелым сердцем она легла на свое ложе, покрытое цветами, но не смогла сомкнуть глаз.
Пришло лето, полное душистых цветов: распустился красный лотос, покрылись сплошной листвой манговые деревья, распустились цветы густой ашоки, — неужели же будет страдать сердце госпожи, красивые глаза которой подобны острой пике?!
Кукушка возвестила: «По повелению бестелесного Камы, все те, кто поссорились со своими возлюбленными должны слиться вновь с ними в объятиях. Взгляни же ты, который был опечален песней на берегу моря, на послание, написанное на гирлянде лепестков красавицей, сердце которой изнывает в любовной истоме с наступлением весны».
Глава IX
Сон Каннахи
К наступлением вечера, прячущего дневной свет, женщины с талией, подобной лиане, разбрасывают в своих домах распустившиеся цветы жасмина вместе с зернами риса, зажигают светильники, украшенные жемчугом и надевают свои ночные наряды.
Однажды жена одного брахмана, по имени Малади, кормила своим молоком ребенка второй жены ее мужа, но мальчик поперхнулся молоком и внезапно умер от удушья. Дрожа от мысли, что муж и вторая жена обвинят ее в смерти мальчика, не пожелав узнать истинной причины, она взяла мертвого ребенка и пошла с ним в храм Древа Бессмертных, дающего исполнение желаний[51]. Затем она обошла храм Белого Слона[52], храм белого Наги[53], храм Восходящего Солнца, храм Града Щивы, храм Держащего Копье[54], храм Ваджры, храм, где обитает бог, владеющий холмами[55], джайнский храм и храм луны.
Она молила:
— О боги, уймите боль, терзающую меня.
Наконец она явилась в храм чародея Чаттана. В этот миг перед ней появилась женщина, талия которой была тонка, как лиана; перед ее красотой тускнели все другие женщины. Она воскликнула:
— О лишенная порока! Боги не даруют своей милости тем, кто не совершил тапаса. Это не ложь, но сущая правда. Дай мне труп этого дитяти! — И с этими словами она вырвала мертвого ребенка из рук ошеломленной женщины и умчалась в кромешной тьме к храму на Поляне сожжения трупов, где обитает Идакини, набивающая свое брюхо зарытыми в землю трупами; Идакини тут же пожрала труп этого ребенка. Перед Малади, рыдавшей, словно павлин от удара грома, появился Чаттан и утешил ее:
— О женщина с грацией лебедя! Не страдай и не плачь! Узри перед собой ожившее дитя и возьми его в тени рощи, полной птиц! — И он сам принял образ умершего мальчика.
Малади прижала к сердцу ребенка, который был две капли воды похож на прежнего, и бросилась домой чтобы отдать его матери. Когда мальчик подрос, он стал учеником непогрешимого брахмана, постигшего священные веды, и проник в глубины древнего знание. После смерти родителей этот бог соблюдал все обряда по умершим отцу и матери и решал все споры между родственниками. Когда пришла пора зрелости, он женился на красивой девушке по имени Теванди, сказав ей:
55
Имеется в виду одно из сельских божеств, культ которых был весьма распространен в Индии.