Изумленные зрелищем, Ковалан и его красавица-супруга с лебединой походкой воскликнули:
— Это не поток вод, но поток цветов.
Они обошли стороною большую гавань, где у причала стояли суда, нос у которых был вырезал в виде либо коня, либо слона, либо льва. Затем вместе со святой Кавунди они сели в лодку и переплыли на южный берег, что являл собой сплошной благоухающий сад с красивейшими цветами.
Решив, что великая милость ждет того, кто справа обойдет кругом город Мадуру, в котором обитают небожители, они пошли вдоль рва, окруженного непроходимой стеной леса. Словно предчувствуя ожидающие супругов страдания, большие черные лилии, белые водяные кувшинки и нежные лотосы трепетали на своих тонких стеблях, роняя слезы, в то время как пчелы своим жужжанием выводили грустные, надрывающие сердце мелодии. Большие знамена на высокой крепостной стене, поднятые в честь победы в сражении, словно подавали знак, упрашивая не входить в город. Они отдохнули под тенью бамбука в саду, который оживляло пение птиц и где росли кокосовые деревья со спелыми плодами, банановые и арековые пальмы. Кругом простирались рисовые плантации и сверкали полноводные озера. Затем они вступили в предместье древней Мадуры, где жили люди, знаменитые приверженностью дхарме.
Глава XIV
Рассказ о древнем городе
В тог самый час, когда три путника вступили в предместья древнего города, цветущие благоухающие сады, сверкающие влагой и освещенные косыми лучами поля наполнились щебетанием пробудившихся птиц. Поднималось солнце, перед которым совершали поклонение живущие в этом мире и, приветствуя которое, распускались лепестки белых лилий, растущих в пруду. Вместе с восходящим солнцем пробуждалась ото сна и древняя столица властелина Панды*, чей меч наводил страх на врагов. Громкий бой барабанов вместе с пронзительным свистом белых чанг раздавался в священных храмах и Высшего, лоб которого украшен оком[86], и Поднимающего знамя, на котором изображена птица Гаруда[87], и Белого, крепко держащего поднятый лемех[88], и Несущего знамя, украшенное петухом[89]. Эти же звуки шли из обителей дхармы, где жили отшельники, сведущие в дхарме, и из храма прославленного своей отвагой властелина.
Ковалан молитвенно простерся ниц пред обретающейся в знании Кавунди, коснувшись руками ее благах ног, и воскликнул:
— Оттого что я оступился и отошел от доброй стези, глубоко страждет моя супруга, чье тело подобно благоухающему лотосу, из-за меня — ее мучительные блуждания в этой неведомой нам доселе стране. О свершающая тапас, могу ли я просить вас окружить заботой мою супругу, украшенную тонкими браслетами, пока я буду обходить богатых торговцев этого древнего города? О высокочтимая матрона, я знаю, что с нею не может случиться никакой беды, пока ваше око оберегает ее.
Кавунди отвечала ему на это:
— Ты претерпел большие страдания вместе со своей любимой женой оттого, что сейчас уже исчерпался тапас твоих прежних рождений и настало время возмездия. Укрепившиеся на пути дхармы люди провозгласили громким, словно барабанные удары, голосом слово дхармы: «Оставьте путь, где нет дхармы, ведь уже начинает действовать сильная карма!» Разорвавшие узы не сойдут с пути дхармы. Глупцы лишь от глупости сокрушаются духом, когда наступает время страшного кармического возмездия за дурные поступки[90]. Не погружаются в отчаяние знающие и мудрые люди, когда наступает время вкушать плод неизбежной кармы! Страдание от соединения, страдание от разлуки, страдания, которыми терзает Бестелесный, существуют только для тех, кто упивается объятиями пышноволосых красавиц. Этих страданий нет для могучих, пребывающих в уединении. Поняв, что наслаждения от женщин и яств в этом мире несут страдания, что чувственное желание, отринутое богами, есть безумие, многие прежде отрекались от желаний плоти. Теперь таких немного. Разве не знаешь ты древнюю историю о том, кто, повинуясь воле отца, вместе с женой ушел в лес и, потеряв свою возлюбленную, испытывал жестокие мучения?[91] Ведь он был тем, кто породил создателя четырех вед[92]. Разве не знаешь ты и другой истории — о царе, который проиграл в кости и свою землю, и корону и вместе со своей нежной супругой[93] ушел в дремучие джунгли с намерением никогда не расставаться нею впредь? Его возлюбленная супруга не проявляла никакой тревоги в унижении, и все же в кромешной полуночной тьме в глухой чащобе он потерял свою возлюбленную супругу, украшенную тонкими браслетами. Скажи, была в чем-нибудь виновна эта женщина? Скажи лучше, что это было следствием его кармы! Ты много счастливее их, ибо на твою долю не выпало мучений разлуки со своей возлюбленной. Отбрось же свои тревоги, отправляйся в царскую столицу Мадуру и разыщи место, где ты мог бы остановиться со своей супругой.
90
— т. е. когда начинает действовать механизм кармы, в основе которого лежит неизбежность воздаяния за проступки предшествующего рождения.
91
Речь идет о Раме, герое Рамаяны, ушедшем из Айодхьи в изгнание и потерявшем свою супругу Ситу.
92
Поскольку Рама, о котором идет речь, был аватаром бога Вишну, а Вишну породил создателя вед Брахму, то Рама назван здесь и тем, кто породил создателя вед.
93
Речь идет о царе Нале и его супруге Дамаянти, о которых рассказывается в одном из эпизодов Махабхараты.