– Вполне, – Антон почесал затылок. – А вы вот что мне скажите… Почему – в день приговора? Я вот сегодня по петле бегал, и вдруг в голову такая мысль пришла. Почему не до? У них в принципе все готово, зачем выжидать?
– Думал уже, – Шведов плутовато подмигнул младшему коллеге. – Почему мы собирались проводить акцию в день приговора?
– Оп-па! – Антон неожиданно смутился – контрвопрос поставил его в тупик. – Действительно – мы ведь тоже… А! Вы же сами сказали – непременно во время зачтения приговора. Все смирно стоят, никто не мелькает перед клеткой…
– Глупости, – отмахнулся Шведов. – Это ничтожно малый фактор, им вполне можно было пренебречь. Кроме того, учти, что обе адвокатессы сидят перед клеткой, и во время приговора они как раз встали бы в секторе…
– Ага… И нам бы пришлось в них стрелять, – Антон насупился. – Вернее – через них. Какой вы добрый, дядя Толя! А почему вы ни разу не упомянули об этом при подготовке к первому варианту?
– Друг моего врага – мой враг, – в уголках рта Шведова обозначились жесткие складки. – Какие могут быть сантименты? Мы на войне, а они – полноценные солдаты вражьей армии. И еще вопрос, кто приносит больше урона: бородатый Беслан, что караванной тропой тащит на горбу парочку противотанковых мин, или лучезарная московская Айсет с адвокатской ксивой да с богатейшей диаспорой за плечами. По большому счету если брать…
– Давайте опустим, – буркнул Антон, не желая выслушивать велеречивые маразмы. – Все равно ведь от первого варианта отказались. Почему – в день приговора?
– Давайте опустим, – неожиданно легко согласился полковник. – В день приговора… Пафос, коллега. Амбиции. Поза, если хотите. Почему я хотел во время приговора? Именем закона Российской Федерации… а тут – пиф-паф, приговор приведен в исполнение еще до зачтения. Красиво и эффектно. И очень наглядно. Правосудие всесильно, карающая десница настигла злодея, несмотря на продажность наших чиновников и кровавые деньги диаспоры. Вот тебе моя, далеко не стратегическая, не обусловленная целесообразностью, а просто личная, индивидуальная мотивация. Если взять историю, подавляющее большинство общественно значимых, занесенных в анналы поступков были обусловлены личными амбициями, а не…
– А они? – опять перебил Антон. – Я не хуже вас знаю психологию нохчей. В зале суда они шалить не будут, акцию наверняка спланировали на подвал, где караульное помещение. А в подвал пленных… эмм… подсудимых приведут уже после приговора. Публики не будет. У них – какой пафос?
– Они без пафоса, невоспитанный вы наш, – наконец обиделся полковник. – Они – дети иной цивилизации, презирающие нас, слабых рабов в их понимании, и наши законы, писанные для рабов. Плевать хотели мы на ваш приговор – вот весь пафос. Вы нам – приговор, он нам не понравился, мы поступили так, как сочли нужным… Принимается?
– Вполне. За неимением лучшего – и это сойдет, – Антон зловредно прищурился на полковника и поддел: – Однако я не очень удивлюсь, если никакого пафоса не будет. И суматоха начнется до приговора.
– То есть?
– То есть пленников изымут из подвала караулки до начала заседания. Каким образом вы обоснуете ситуацию в данном случае?
– Какой ты вредный, – полковник погрозил Антону пальцем. – За адвокатесс надулся? Стареем, коллега, – позволяем сантиментам лезть в нашу черствую душу…
– Ну а все-таки?
– Никак не обосную. Встанем пораньше, займем позиции с ранья и будем готовы к любому повороту событий. Плевать на их пафос…
Глава 10
…– А к импортному доступ имеем?
– К импортному? Не-а. Мы патриоты, мать нас так. Торгуем только своим.
– Жаль…
– Чего жаль? Чего там в импорте такого, что у нас нет?
– Ну… «глок», «беретта», «узи», «кольт» сорок пятый…
– Сорок пятого точно нету. Сорок пятый – это почти двенадцать мм. А у нас в максимуме – девять. Ежели новые ружьишки в расчет не брать. Но нам такое и не надо. Это надо «шварцем» быть, чтоб из сорок пятого палить. Разок стрельнул, потом пять минут равновесие восстанавливаешь. Не, сорок пятый – лажа. Пээмовская пуля, кстати, имеет почти сопоставимый коэффициент останавливающего действия. А отдача – не в пример меньше.
– Ясно. В общем, из того, что проходили?
– Ага. Гранатку, а на всякий – «ТТ» с глушаком?
– Нет. Две «эфки»[42], две – «эргэдэшки». Четыре гранаты, в общем. Хороший нож. В ножнах, с креплением на лодыжке. Два «кедра»[43]. Лучше, если – «кедр-Б». С лазерными указателями. Если просто «кедры», обязательно с глушителями. Десять магазинов на тридцать патронов. Один «ПБ», к нему – четыре магазина. Так… Бронежилет пятого – шестого класса. «Модуль» или «корунд». И – «разгрузку».
– Все?
– Да вроде… А! К «кедрам» – подвески[44]. Теперь точно – все.
– Гхм-кхм… – обычно невозмутимый Герасим выглядел озадаченным. Зачем-то почесал затылок, нахмурился и как-то искоса посмотрел на ученика.
– Траблс?
– Чего?
– Проблемы? – поправился Сергей. – Чего-то нету? Трудно достать?
– Все есть, – дернул подбородком Герасим. – Все можно достать…
– А что тогда?
– Это, конечно, твои дела… Но я тебе скажу одну вещь… не я придумал, блин… в общем, количество и качество – совсем разные вещи. «Частота – залог успеха» – хреновый лозунг, брат.
– Да я в курсе, – кивнул Сергей. – Понимаешь – обстоятельства. Шанс. Если сейчас упустить… Потом может не представиться такого случая.
– Понятно… И еще вопрос… Это все – тебе?
– Вот так, да? – Сергей скривил губы – ухмылка вышла жесткой и какой-то недоброй. – Есть мнение, что беру оптом, а потом толкаю врозь с большой надбавкой?
– Ты чего такой колючий? – досадливо нахмурился Герасим. – Не хочешь отвечать – так и скажи. Мне в принципе дела нет…
– Да нет, я понимаю. Столько «железа» – на одно рыло… А если поправить баланс?
– Не понял?
– Я бы с большим удовольствием взял один «ствол» себе, а два других вручил паре бойцов… Которые владеют им лучше меня, – Сергей испытующе уставился на Герасима. – Там все продумано в принципе…
– Не-а, – Герасим поймал идею с лету, даже паузу не взял на раздумье. – Не выходит.
– Разовая акция, – Сергей по инерции продолжал развивать мысль. – Работы на пять минут. Основное делаю я. Бойцы – прикрытие. Эвакуация продумана. Заплачу неслабо…
– Нет, – покачал головой Герасим. – Не получается.
– Почему? – удивился Сергей. – Люди кончились?
– Люди всегда есть, – Герасим отвел взгляд. – Просто заняты все… У всех свои дела, никто не захочет влезать в такое… Ну, ты понимаешь…
– Понимаю… А сам?
– Я?!!!
– А что?
– Тебе нужен инвалид? – Герасим мотнул пустым рукавом. – Плохая шутка, брат.
– Такой инвалид стоит больше, чем два оболтуса вроде меня, – Сергей повел крепкими плечами, запнулся, подыскивая еще более веские аргументы. – Такой…
– Я сказал – нет, – отрезал Герасим. – И точка… Тебе «железо» когда надо?
Юный партизан заткнулся на тридцать секунд: соображал – обидеться или где. Поболтал ногой, пошевелил мозгами: нет, не стоит. Все понятно, комментарии не требуются. На предложение Гера реагировал с ходу, даже на секунду не задумался, перебирая возможных кандидатов из своего круга. Ясное дело – не воспринимает всерьез. Штучный успех единственной акции может быть случайностью: просто повезло желторотому, и все тут. Трудно переломить стереотип и довериться салаге, который только что закончил курс молодого бойца. Полноценной рекомендацией может служить лишь ряд удачных операций, которые «салага» организовал и осуществил единолично. Тогда – да. Тогда можно будет подумать…
– Ты чего замолк? Обиделся, что ли?
– На обиженных воду возят, – Сергей весело глянул на учителя – погоди, вы у меня еще в очередь встанете, если все пойдет, как задумал! «Железо» нужно завтра.
– Загнул, – покачал головой Герасим. – Ты маленько перепутал – тут не супермаркет.
42
«Ф-1», оборонительная граната с чугунным бороздчатым корпусом (простореч. «лимонка»), разлет осколков – двести метров. Ежели вдруг попадется в руки и надумаете кого рвать – бросать только из-за надежного укрытия!
44
Подвеска – приспособление, позволяющее скрытно носить ПП под верхней одеждой, обеспечивает надежную фиксацию оружия и мгновенное приведение его в боевую готовность. «ПБ» – 9-мм бесшумный пистолет на базе «ПМ». Все наше, родное.