Выбрать главу

Павел высказал свою мысль; тут он останавливается. Что он сделал? Он поделился с читателями тем, что закон открывает ему о нем самом, а значит, напомнил, что закон и им тоже рассказывает о них самих. Закон говорит отнюдь не о привилегиях и достижениях, а только о неудачах и провинностях. Поэтому совестливым христианам, знающим, насколько Бог ненавидит грех, мучительно больно слышать, какой диагноз ставит им закон. Когда Павел писал эти строки, поблекла даже его собственная радость. Как хороший пастор, всегда думающий о том, какое впечатление произведут его слова, Павел прекрасно знал, что мрачное настроение передастся и его читателям. Однако он не хочет, чтобы римские христиане размышляли только о печальной стороне своего опыта и чувствовали себя так, как будто вновь попали под власть закона. И он тут же напоминает им, что самое важное - это то, что говорит о них Евангелие, а не то, что говорит закон. Итак, согласно евангельской и пасторской логике - евангельской потому, что последнее слово всегда за Евангелием; пасторской потому, что пасторы должны постоянно «споспешествовать радости вашей» (2Кор.1:24), - Павел вновь возвращается к теме христианской уверенности. Он упорно, настойчиво ее развивает, - начиная с того, что «нет осуждения», и заканчивая тем, что «никто не отлучит». Восьмая глава не зачеркивает горьких истин 7 главы. Она отнюдь не утверждает, что можно стать совершенными уже сейчас, стать такими, чтобы закон не смог отыскать в нас изъяна. Именно об этом говорил своей церкви Александр Уайт: «Пока я ваш священник, вам не выбраться из 7 главы Послания к Римлянам» - и это правда. Но восьмая глава весьма успешно «помогает христианам выбраться из седьмой главы», потому что показывает им уверенность, данную Богом в Евангелии, и учит их радоваться «всевышней благодати, превозмогшей грех», как противоядию от ничтожности, которую чувствует человек, находясь под законом.

Что содержится в 8 главе Послания к Римлянам? Она делится на две неравные части. Первые тридцать стихов провозглашают, что Божьей благодати достаточно для того, чтобы преодолеть любые трудности - чувство вины и силу греха (ст. 1-9), смерть (ст. 6-13), ужас от столкновения с Божьей святостью (ст. 15), слабость и отчаяние перед лицом страдания (ст. 17-25), бессилие в молитве (ст. 26-27), ощущение бессмысленности и безнадежности жизни (ст. 28-30). Павел раскрывает свою мысль, размышляя о четырех Божьих дарах, данных всем, кто «во Христе Иисусе». Первый дар - праведность, «нет... никакого осуждения» (ст. 1). Второй - Святой Дух (ст. 4-27). Третий - усыновление, принятие в Божью семью, где перворожденным является Господь Иисус (ст. 14-17,29). Четвертый - надежность и безопасность, ныне и вовеки (ст. 28-30). Совокупности этих даров - статус, плюс сила, плюс новая личность, плюс надежность - более чем достаточно для того, чтобы поддержать христианина в любой беде.

Далее в стихах 31-39 Павел призывает читателей откликнуться на все уже сказанное: «Что же сказать на это?» (ст.31). Затем он дает свой собственный ответ - таким же, конечно, должен быть и наш. Развивая тему, Павел приходит к заключению, что у Бога благодати более чем достаточно. Интерес переносится с дара на Дающего, от мысли об избавлении от зла к тому, что для каждого христианина Бог будет тем, кем обещал стать для Авраама: «Я твой щит; награда твоя велика» (Быт.15:1). Если стихи 1-30 говорят: «Ты руководишь меня советом Твоим, и потом примешь меня во славу», то стихи 31-39 продолжают: «Кто мне на небе? и с Тобою ничего не хочу на земле. Изнемогает плоть моя и сердце мое: Бог твердыня сердца моего и часть моя вовек» (Пс.72:24-26). К заключительным словам Павла мы сейчас и обратимся.

II

«Что же сказать на это?» Здесь Павел говорит не только от своего имени, как царь, свысока обращающийся к подданным; подобные настроения чужды Новому Завету. Скорее, он подразумевает, что ответ мы будем давать вместе с ним: я и, надеюсь, вы и все верующие с нами. За этим вопросом «Что же сказать на это?» кроется мысль: «Я знаю, что скажу я сам; скажете ли и вы то же самое вместе со мною?»

Призывая своих читателей откликнуться, Павел прежде всего предлагает им задуматься. Ему хочется, чтобы и они тоже поняли, каким образом «это» влияет на их нынешнее положение. Хотя Павел и не знаком с ними лично (как, впрочем, и с нами, своими читателями из двадцатого столетия), он знает, что их положение определяется двумя факторами, общими для всех христиан, где бы и в каком веке они ни жили. Первый фактор - это посвящение себя совершенной праведности. В стихах 8:31-39 подразумевается, что их читатели полностью покорились Богу как «рабы праведности» (6:13,18) и стремятся исполнять волю Божью без каких-либо компромиссов. Второй фактор - это подверженность всевозможным испытаниям. Здесь же говорится о том, что материальные трудности и человеческая враждебность составляют общий удел христиан. Именно «мы», а не только Павел, сталкиваемся со «скорбью, теснотой, гонением, голодом, наготой (полным лишением всего), опасностью, мечом» (ст.35). Как Павел учил новообращенных во время своего первого миссионерского путешествия, «многими скорбями предстоит нам войти в Царствие Божие» (Деян.14:22). Возможно, некоторых неприятностей можно на какое-то время (не навсегда) избежать, подравняв свои духовные паруса. Но Павел знает, что человеку, взявшему курс на то, что пуритане называли «полным послушанием», постоянно придется плыть против мирского течения, и он всегда будет это чувствовать.

Далее Павел изображает своих читателей; и в этом зеркале мы узнаем себя. Вот перед нами христианин, удрученный памятью о своем нравственном падении; другой христианин, из-за своей преданности Богу лишившийся друга или работы; отец-христианин, огорченный поведением своих детей; незамужняя христианка, приближающаяся к сорокалетию; христианин, ставший для всех чужим из-за своей веры; христианин, пытающийся понять, почему вполне достойный человек вдруг умирает, а его выживший из ума родственник или больной, неполноценный ребенок, которые должны бы умереть, все живут и живут на свете; христианин, думающий, что если бы Бог его любил, то жизнь была бы не такой суровой - и многие другие. Именно к этим людям - иными словами, к таким же людям, как и мы с вами, - обращается Павел. «Что же сказать на это? Думайте, думайте, думайте!»

Чего хочет от нас Павел? Он хочет, чтобы мы, наконец, вступили во владение (если можно так выразиться) своим богатством. Наше богатство - это не способ жить безгрешной жизнью, как думают некоторые, но покой, надежда и радость в Божьей любви, которые даны христианину по праву рождения. Павлу известно, что «эмоциональное мышление» во время жизненных трудностей - то есть, попытки объяснить и оправдать свою на них реакцию – лишают нас этого богатство. Поэтому-то он и требует от нас не достойно встретить все эти трудности, а откликнуться на «это» - на все, изложенное с первого по тридцатый стих. Вспомните все, что вам известно о Боге Нового Завета, предлагает Павел, и примените все это к себе. Думайте наперекор собственным чувствам; с помощью логики выбирайтесь из мрака, в который вас повергли эти чувства; обличите неверие, которое они в вас поселили; заставьте себя оторвать взгляд от собственных проблем и взглянуть на Бога Евангелия; пусть евангельское мышление исправит мышление эмоциональное. Именно так (по мнению Павла) Святой Дух, который живет в нас и дает уверенность в том, что мы - Божьи сыновья и наследники (ст.15-16) приведет нас к тому, что, прочитав последние победные слова Апостола: «Я уверен, что ни смерть, ни жизнь,.. ни другая какая тварь не отлучит нас от любви Божией во Христе Иисусе, Господе нашем» (ст. 38-39), мы воскликнем: «Аллилуйя! И я в этом уверен!» Ибо Павел знает, что именно такой ответ поможет нам «все преодолеть», то есть, узнать победу над миром и христианский рай на земле.