Пейтон вздохнула. Ее мать, единственная из всего окружения Пейтон, была недовольна финансовым преуспеванием дочери.
– У Ирмы возникли бы большие неприятности, если бы кто-нибудь посторонний услышал ваш разговор и превратно истолковал. Ты забыла, что я занимаюсь вопросами трудового права?
– Нет, не забыла, – процедила мать таким тоном, словно только что вспомнила о каком-то гнусном преступлении, совершенном много лет назад единственной дочуркой. И, по убеждению Лекс Кендалл, грех Пейтон был в самом деле вопиющим.
Она сделалась яппи – процветающей городской карьеристкой.
Пейтон воспитывали так, чтобы она «жила и думала свободно», что неплохо звучало в теории, но – как она убедилась еще в самом юном возрасте – на самом деле означало, что она должна «жить и думать свободно» в точности так, как скажет ей мать.
Куклы Барби – это для сексистов. («Посмотри на ее бессмысленный взгляд, Пейтон. Барби явно не заботит ничего, кроме ходьбы по магазинам».) Волшебные сказки – фактически, большая часть детской литературы – также объявлялись сексистскими. («Посмотри, о чем нам говорят эти картинки, Пейтон: о том, что красота является единственным важным качеством женщины».) Даже фильмы Диснея оказались в стане неприятеля. («Я знаю, что мать Лизы разрешает ей смотреть «Золушку», Пейтон. Очевидно, у матери Лизы не возникает проблем с тем, чтобы внушить дочери, что женщины должны пассивно ждать мужчину, который бы привнес смысл в их пустые одинокие жизни».)
Да, у Лекс Кендалл находились причины протестовать практически против всего подряд.
Не то чтобы Пейтон не была согласна с принципами своей матери. С некоторыми она соглашалась, но лишь отчасти. Например, Пейтон была решительно настроена против людей, носящих меха. Это означало, что лично она такую одежду не носила. Но это не заставляло ее, встав посреди бутика «Гуччи» на Мичиган-авеню, расплескивать на ошарашенных покупателей красную краску из ведерка. (О да, ее мать так делала, и не единожды. Она дважды попадала за решетку за свои художественные попытки выразить протест, а это неизбежно приводило к тому, что малышке Пейтон приходилось ночевать у дедушки с бабушкой.)
И по мнению матери, она продалась. На самом деле, когда Лекс узнала, что одним из видов деятельности Пейтон в ее юридической практике будет защита в суде американских корпораций, то не разговаривала с дочерью целых две недели.
Ах… Пейтон до сих пор с тоской вспоминала те две недели. Самые спокойные триста тридцать шесть часов в ее жизни.
– Можно, я перезвоню тебе попозже, вечером, когда приду домой? – спросила она мать. – Я очень занята на работе в эти дни.
– Пресловутым партнерством, – буркнула Лекс тоном, который в лучшем случае можно было счесть равнодушным.
– Да, партнерством. – Пейтон сдержала порыв добавить еще что-нибудь. Неужели так трудно понять, что в настоящий момент творится в ее жизни? Неужели так трудно понять, какой стресс она сейчас испытывает?
– Не нужно мне перезванивать, – отрезала Лекс. – Я слышу напряжение в твоем голосе. Ты продолжаешь заниматься йогой? Возможно, тебе необходимо высвободить чакры.
Пейтон опустила голову на стол. Ну да, конечно, напряжение в ее голосе не имело ничего общего с тем фактом, что она не была в отпуске вот уже четыре года. Вся проблема сводится к зажимам в чакрах.
Пейтон слышала, как в трубке мать продолжает что-то бормотать.
– …поговорим подольше, когда я приеду в город в этом месяце…
Эта реплика вернула Пейтон к жизни.
– Ты приедешь в Чикаго?
– Стивен планирует навестить Сару и Джесс в Лос-Анджелесе на День отца[13], – сообщила Лекс, имея в виду двух сводных сестер Пейтон. – Я подумала о том, чтобы завернуть в Чикаго и провести выходные вместе с тобой.
Пейтон взглянула на календарь. Она была так занята, что совершенно забыла о приближающемся празднике. И, несмотря на не слишком теплое начало их разговора, неожиданно почувствовала прилив любви к матери. Лекс Кендалл была противоречивой натурой, тут не поспоришь, но она ни разу не позволила Пейтон остаться одной на День отца, даже когда вышла замуж за Стивена и переехала в Сан-Франциско несколько лет назад. Хотя они никогда не обсуждали это открыто, Пейтон, годами не имевшая известий от своего отца, ценила, что мать пыталась компенсировать это обстоятельство.
– Мне нравится твой план, мам, – заверила Пейтон.
Они коротко обговорили, чем могли бы заняться в этот выходной. Скрестив пальцы, Пейтон понадеялась, что к тому времени у нее уже, возможно, будут хорошие новости, которыми она сможет поделиться с семьей.
13
День отца (Father’s Day) – праздничный день, отмечается в третье воскресенье июня, начиная с 1910 г. Не являясь официальным праздником, с 1927 г. объявлялся праздничным днем многими президентами США. В этот день отцам принято дарить подарки, приглашать их в ресторан.