Выбрать главу

  - Пока что... да.

  - Пока что, - понятливо протянул Гриндевальд. Клаус согласно смежил веки.

  - Да. Судя по всему... пока что.

  Маги замолчали, рассматривая картины, висящие на стенах кабинета роскошного ресторана, где проходила встреча. Магловского. Поэтому Гриндевальд блистал в костюме цвета асфальта, а от одежды Клауса за милю перло английским кроем.

  Вошедшие официанты подали десерты, коньяк и кофе, после чего исчезли, словно привидения. Геллерт осмотрел штрудель с ванильным мороженым и, довольно кивнув, ковырнул его вилочкой. Клаус решительно атаковал баварский сливовый пирог.

  - К какой расе принадлежит Истинный? - невозмутимо поинтересовался Гриндевальд, наслаждаясь вкусом нежной начинки. Вишня и миндаль. Клаус слегка улыбнулся.

  - Ситх.

  - Сидхе? - поднял бровь Гриндевальд, не понимая, с чего такое косноязычие. Англичанин отрицательно покачал головой.

  - Нет. Ситх. Новый вид... или раса. Мы еще точно не знаем.

  - Новый магик... - задумался Геллерт. - Совершенно неизвестный вид... Как его зовут?

  - Виктор Марка Сит-ари. Лорд Сит-ари.

  - Сит-ари... Ситх... - очень интересно. А теперь... - маг побарабанил пальцами, уставившись на невыразимца, - расскажите, что именно произошло в тот день. Подробно.

  Голубые глаза похолодели.

  ***

  Салазар умиленно наблюдал за играющим малышом, гоняющим здоровенную анаконду. Магическую разновидность. Рептилия была устрашающе огромной: пятнадцать ярдов в длину, в самом толстом месте - больше фута в диаметре. Жуткий монстр, способный задушить в своих объятиях любого... Красавец Сесва трепетал при виде Виктора, и довольно шипел, играя с Марволо.

  Ситха змей боялся. Это было видно, это чувствовалось. Виктор вызывал в нем какие-то глубинные страхи, заставляя инстинкт самосохранения пищать и визжать. А вот ребенка Сесва обожал, готов был играть (в понимании змея - учить охоте) часами, и вообще с Марволо они стали лучшими друзьями. Малыш своего нового компаньона полюбил сразу, лично наливал ему молоко, они часами могли плавать в теплом бассейне или греться у камина, хотя на нормальное отопление ситх не поскупился... но вот очарование живого огня, мягкие, теплые шкуры, горы подушек... Они даже спали вместе, благо было где разместить здоровенного и жутко тяжелого змея.

  Нарисованный маг нарадоваться не мог, наблюдая за жизнью своего потомка. Марволо ему очень понравился, было видно, что малыш далеко пойдет. А еще между Салазаром и Виктором состоялся крайне интересный разговор.

  **

  - Что думаете делать, Виктор? - маги давно перешли на "ты" и теперь этикетом не заморачивались.

  - По поводу? - Виктор устроился в кресле поудобнее, дегустируя дорогущий коньяк многолетней выдержки.

  - Продолжение рода. Насколько я понимаю, Марволо, хоть и является вашим сыном, пошел в мать.

  Ситх согласно вздохнул и отпил еще глоток ароматного напитка.

  - Вы правы, Салазар. Марволо - маг. В нем есть моя кровь, но нет моей Силы. В понятии моего вида мальчик Одаренным не является. Забавно, не так ли? Особенно учитывая тот факт, что когда-нибудь он станет Великим магом.

  Виктор покачал бокал, любуясь янтарным цветом напитка, плещущегося внутри.

  - Марволо - практически весь в мать. Но я не в обиде. Меропа дорого заплатила за то, чтобы вернуть своему роду величие. И я не могу так просто отмахнуться от ее жертвы. Так что, когда Марволо подрастет, он станет лордом Мракс.

  - Что вы собираетесь делать? - сверкнул глазами Слизерин, отщипывая от виноградной кисти ягоды. Виктор усмехнулся.

  - Есть несколько путей. Первый. Как у всех... жениться и совместить приятное с полезным. Однако, тут есть сложности. Я хочу много детей... а у вас многоженство является незаконным. А плодить бастардов - неприемлемо. Магия... - Виктор поморщился.

  - Можно заключить контракт на вынашивание... - предложил Слизерин. Виктор кивнул.

  - Можно. Мне уже начали подбор кандидаток. Однако, хотелось бы и семью иметь... также, есть еще один способ, гарантирующий, что я получу стопроцентного, натурального ситха.

  - Кровный ритуал принятия? - нахмурился Салазар. Виктор жестко усмехнулся.

  - Наподобие, но не совсем. Кто угодно не пойдет. Маги не подходят. Совершенно. Это должен быть Одаренный. Пол мне не важен, также, как и возраст. Лишь бы кандидат подходил... Я сделаю его или ее ситхом. Таким же, как я.

  - Вы собираетесь возродить свой вид? - подался вперед Слизерин. Ситх кивнул.

  - Да. Именно так. Поэтому, столько проблем в подборе кандидаток.

  - Как вы узнаете, что это именно тот, кто вам нужен? Что это... Одаренный? Так вы называете магов своего вида?

  - Я почувствую, - золотые глаза смотрели жестко и серьезно. - Я почувствую... и сделаю все, чтобы этот человек вошел в мой Дом. Или Род. А там посмотрим...

  ***

  Гриндевальд неторопливо прогуливался по аллеям парка, окружавшего его имение. Подумать было над чем. Рассказ невыразимца произвел впечатление на мага, отрицать это было бы глупо. Поймать феникса голыми руками, и не просто поймать... Удержать!

  Это заявка с претензией.

  Магик явно не прост. Новый вид. А значит... новая магия, новые возможности, новые знания. Все то, что ценит Геллерт. Поэтому, надо наладить контакт с этим существом... Но только после того, как он посетит Гильдию Менталистов. Это - в приоритете.

  ***

  То, что его беззаботная, тихая жизнь закончилась, причем резко и сразу, Виктор понял, когда в кафе случайно едва не столкнулся с молодой на вид красавицей, обдавшей его жарким взглядом. Виктор, будучи опытным холостяком, тут же оценил выпирающие из декольте очень дорогого платья прелести, тонкую талию и буйную гриву волос, в данный момент собранных в великолепную прическу.

  Прекрасная птица высокого полета... очень высокого.

  За время, прожитое в магическом мире, ситх прекрасно усвоил, что внешность магов напрямую связана с их происхождением. Увы, в отличие от канона, здесь можно было сходу определить, кто есть кто, достаточно просто посмотреть на представителя магического сообщества внимательно.

  Что ни говори, но остров есть остров. И как бы ни пыжились англичане, внешность у них... однотипная и красотой не поражающая. Средненькая. Для человека, привыкшего к многообразию типажей, особенно в больших городах, было грустно каждый день сталкиваться с довольно похожими друг на друга людьми.