Этот вывод подтверждается и тем фактом, что даже среди первых двух категорий не названо ни одно из племен, которые, будучи известными из надписей, не фигурировали бы. в политической истории омейядского халифата. Предложенную датировку подкрепляет также характер употребления термина Кахтан. Он везде упоминается как общее название йеменских и северноарабских племен, т.е. в значении, которое он приобрел с середины VII в.[376]
Вместе с тем употребление некоторых племенных названий сохранило память о более ранних племенных связях и отношениях. Так, термин ма‘адд, в мусульманское время употреблявшийся в качестве общего названия для аднанидов, в некоторых случаях обозначает не всех врагов кахтанидов, а лишь действительно существовавшее в V-VI вв. центральноаравийское племенное объединение, покоренное йеменцами при создании Киндитского царства[377]. Другое племенное название — низар, в мусульманское время идентичное ‘аднан и ма‘адд, в одном случае употреблено в значении, близком к реальному доисламскому — как одно из племен на севере ал-Йамамы[378].
За подчинением химйаритами мааддитов, как уже говорилось (гл. III, 2), последовало покорение в ал-Йамаме племен, в конце VII в. объединившихся под названием раби‘а. Эти племена, иногда называемые отдельно (бакр, ва‘ил, ханифа), а иногда позднее вместе — раби‘а, перечислены среди врагов йеменцев в ал-Йамаме[379], что отражает реальную обстановку в начале химйаритских походов в Центральную Аравию в V в. н.э. В связи с другими походами рабииты упоминаются в составе химйаритского войска (‘anaz), а также как проводники химйаритов[380], что соответствует следующему историческому этапу, когда подчиненные киндитам и йеменцам племена участвовали в их дальнейших походах.
Как видим, возникшие в VII-VIII вв. перечисления и упоминания арабских племен в стихах Ас‘ада сохранили отдельные воспоминания о племенных отношениях доисламского периода, связанные главным образом с созданием Киндитского царства. Следует также отметить, что при перечислении действительно йеменских племен (категории 1, 2) более подробно, с упоминанием отделов, названы бедуинские племена Йемена — кинда и мазхидж.
Вооружение и другие детали описания. Стихотворения, приписываемые Ас‘аду ал-Камилу, подробно описывают войско, его пеших и конных воинов, их вооружение. Основное военное снаряжение химйаритов — меч, копье, кольчуга. Встречаются упоминания шлемов, ножен, однажды назван щит, несколько раз — стрелы, ни разу — лук.
Сравним эти данные с тем, что известно об оружии жителей Аравии по другим источникам. Арабы VIII-VII вв. до н.э. изображены на ассирийских рельефах, иллюстрирующих походы царя Ашшурбанипала (669— 630 гг. до н.э.). Единственное их оружие — лук со стрелами[381]. Лук изображен также в самудских петроглифах[382], датируемых примерно первыми веками нашей эры. Источником для суждения о вооружении жителей центральной Аравии в VI-VII вв. пока что может служить только арабская поэзия. В ней встречается множество названий меча, копья, кольчуги, лук и стрелы упоминаются значительно реже. В. Каскел и В. Достал считают, что это отражает принципиальное изменение характера вооружения арабов во II-III вв. н.э. в связи с «бедуинизацией» — переход от лука к копью, как основному оружию[383].
О вооружении йеменцев можно судить по нескольким надгробным стелам, которые близки друг к другу палеографически и могут быть датированы временем после II в. н.э., так как на одной из них изображена лошадь, животное, появившееся в Южной Аравии только во второй половине II в. н.э.[384] На этих стелах встречается главным образом копье (CIH 445; CIH 698; CIH 712; CIH 723; Ry 549[385]; Гамбургский этнографический музей, № 1647[386], стела из Марибского музея)[387]. Несколько воинов с копьями и один со щитом изображены на капители из Хусн ал-Урр в Хадрамауте[388]. В снаряжении плохо сохранившейся фигуры на могильной стеле CIH 712 кроме копья можно узнать и меч.