Ленинградский обком КПСС занимается поверхностным руководством сельского хозяйства уже много лет, о чем я Вам писал в начале 1954 г. и просил т. Козлова привлечь к партийной ответственности за нарушение Устава КПСС, так как т. Козлов, несмотря на мои 6 заявлений (письменных), в течение 1,5 лет не желает принять меня. Я имею опыт работы в области сельского хозяйства побольше, чем т. Козлов, да и область знаю хорошо. На приеме я хотел дать т. Козло-ву ряд советов, как наладить сельское хозяйство, так как за все безобразия в области сельского хозяйства в нашей области мы отвечаем все члены партии и каждый член партии в отдельности. А секретарь Ленинградского обкома КПСС т. Козлов держит себя, как царь Николай II, и почти недоступен для партийного актива.
А Вы, Никита Сергеевич, мое письмо с жалобой на т. Козлова из Москвы прислали в Ленинград т. Козлову, который положил его к себе в карман. А меня т. Козлов так и не принял.
Я записан в очередь на прием, но когда буду принят – известно только «господу богу».
Уважаемый Никита Сергеевич, по всем этим вопросам я хотел бы, чтобы Вы меня приняли.
Нам в Ленинградской области нужен новый секретарь обкома КПСС вместо Козлова и новый председатель Леноблисполкома вместо т. Воробьева.
На должность первого секретаря Ленинградского обкома у меня есть кандидат, он очень сильно похож на С.М.Кирова, но где он в настоящее время, мне неизвестно, так как не видел его с 1928 года. Он член КПСС с 1917 года».
Далее Сладков изложил свои пожелания по совершенствованию управления всеми сторонами жизни советского общества, а в заключение пишет: «Уважаемый Никита Сергеевич! Очень хотелось бы посмотреть Москву в последний раз, так как я все более и более старею. Вас хотел бы посмотреть, а пенсию не могу расходовать на ж.д. билет до Москвы.
С коммунистическим приветом, член КПСС, инвалид, персональный пенсионер республиканского значения, Сладков В.А. 19 апреля 1955 г.»[33]
Есть смысл, на мой взгляд, привести и еще «одну информацию к размышлению», которая поступила в ЦК КПСС. Она тоже характеризует общественно-политическую обстановку того периода. Есть над чем поразмыслить, как в шахматной партии.
Отдел партийных органов ЦК КПСС по РСФСР докладывал, что на партийной конференции Ленинградского государственного университета им. Жданова (25–27 октября 1955 г.) коммунисты высказали много острых замечаний в адрес Ленинградского областного и городского комитетов партии.
Делегаты говорили, что они слабо помогают университету, не интересуются учебным процессом и подготовкой молодых специалистов. Секретарь горкома партии т. Попов, ведающий идеологической работой, редкий у них гость.
Ф.Р. Козлова критиковали за то, что, сделав информационный доклад в университете об итогах июльского Пленума ЦК КПСС, не поставил, мол, никаких конкретных задач. Бывший преподаватель университета, слушатель института повышения квалификации преподавателей марксизма т. Савельев заявил: «Я не встречал, чтобы секретаря областного комитета партии встречали таким гробовым молчанием, как т. Козлова на общем партийном собрании университета. Это, очевидно, не случайно, это – показатель того, что должного авторитета нет у ленинградских руководителей. Им надо очень много и основательно работать, чтобы этот авторитет завоевать». Не обошел он и вопрос о «ленинградском деле», заявив, что «немалое количество людей пострадало… те, которые творили эти дела, находятся сейчас у руководства», и что он «был бы доволен, если бы заменили это руководство, которое не имеет авторитета, а т. Козлову надо подавать заявление об отставке». Он упрекнул и ЦК КПСС за то, что в Ленинград прислали «варягов», которые не справились с работой.
Преподаватель кафедры марксизма-ленинизма т. Коган говорила, что председатель партийной комиссии обкома КПСС Новиков «избивал невинных коммунистов, и ему следовало бы подать заявление об отставке, обком и горком партии плохо ликвидируют последствия «ленинградского дела» и в этом виновны тт. Козлов и Казьмин».