— Рад тебя видеть, — Мэйкон сделал шаг ей навстречу, и Лайла замерла. Его это задело. — Это безопасно. Я могу себя контролировать.
— Не в этом дело. Я… Мне не следует здесь находиться. Я сказала Митчеллу, что буду допоздна работать в архиве. Не люблю лгать ему.
Разумеется. Она чувствовала себя виноватой. Она по-прежнему была такой же честной, какой Мэйкон её помнил.
— Мы и есть в архиве.
— Это семантика, Мэйкон.
Мэйкон тяжело вздохнул при звуке своего имени на её губах.
— Что же столь важное заставило тебя рискнуть прийти ко мне, Лайла?
— Я обнаружила кое-что, что твой отец скрывал от тебя.
Чёрные глаза Мэйкона стали еще темнее при упоминании его отца.
— Я не видел отца долгие годы. С момента… — ему не хотелось произносить вслух то, о чём он подумал. Он не видел своего отца с тех пор, как Сайлас своими убеждениями вынудил Мэйкона отпустить Лайлу. Сайлас и его извращённые воззрения, его нетерпимость к отношениям между Смертными и Магами. Но Мэйкон не стал упоминать об этом. Он не хотел делать этот разговор ещё тяжелее для Лайлы. — …Обращения.
— Есть кое-что, что ты должен знать, — Лайла понизила голос, будто бы то, что она собиралась сказать, можно было произнести лишь шёпотом. — Абрахам жив.
У Мэйкона и Лайлы не было времени отреагировать. Раздался гул, и во тьме материализовалась фигура.
— Браво. В действительности она намного умнее, чем я ожидал. Лайла, не так ли? — Абрахам громко зааплодировал. — Тактическая ошибка с моей стороны, но твоя сестра может с лёгкостью исправить это. Ты согласен, Мэйкон?
Глаза Мэйкона сузились:
— Сарафина мне не сестра.
Абрахам поправил галстук. Со своей седой бородой и выходным костюмом он больше напоминал полковника Сандерса[6], нежели того, кем являлся на самом деле — убийцу.
— Нет нужды спорить. Как-никак Сарафина — дочь твоего отца. Досадно, что вы двое не можете поладить, — Абрахам словно бы случайно подошел ближе к Мэйкону. — Знаешь, я всегда надеялся, что нам выпадет шанс встретиться. Я уверен, как только мы поговорим, ты осознаешь своё место в Порядке Вещей.
— Я знаю своё место. Я сделал свой выбор и давным-давно Связал себя со Светом.
Абрахам громко рассмеялся:
— Как будто это возможно. Ты по природе своей Тёмное создание, инкуб. Твой смехотворный альянс со Светлыми Магами, защищающими Смертных, — глупость. Ты принадлежишь нам, своей семье, — Абрахам взглянул на Лайлу. — И ради чего? Ради Смертной женщины, с которой ты никогда не сможешь быть? Ради женщины, которая замужем за другим?
Лайла понимала, что это правда. Мэйкон сделал свой выбор не только из-за неё, но она все же являлась одной из причин. Она взглянула Абрахаму в лицо, собрав всё мужество, каким обладала:
— Мы найдём способ покончить со всем этим. Маги и Смертные должны быть способны на большее, чем просто сосуществование.
Выражение лица Абрахама изменилось. Он помрачнел, и уже больше не походил на пожилого джентельмена-южанина. Он выглядел жутким и зловещим, когда улыбнулся Мэйкону:
— Твой отец и Хантинг — мы надеялись, что ты присоединишься к нам. Я предупреждал Хантинга, что братья часто не оправдывают ожиданий. Как и сыновья.
Мэйкон резко повернул голову, выражение его лица изменилось подстать лицу Абрахама:
— Я ничей сын.
— Пусть так, но я не могу позволить тебе или этой женщине вмешиваться в наши планы. Очень жаль, правда. Ты отвернулся от своей семьи, потому что полюбил эту мерзкую Смертную, и она умрёт, потому что ты втянул её в это, — Абрахам исчез, материализовавшись прямо перед Лайлой. — Вот так, — он открыл рот, обнажая блестящие клыки.
Лайла закрыла голову руками и закричала, ожидая укуса, которого не последовало. Между ними возник Мэйкон. Лайла почувствовал, как он врезался в нее, отбрасывая ее назад:
— Лайла, беги!
Когда они бросились друг на друга, ее на мгновение будто парализовало. Звук ударов был таким резким и жутким, словно от них сама земля разверзалась. Лайла увидела, как Мэйкон с гортанным криком, вспоровшим воздух, швырнул Абрахама на землю. И тогда она побежала.
Небо медленно кружилось надо мной, будто кто-то нажал на перемотку. Лив, должно быть, говорила со мной, потому что я видел, как её губы произносят слова, но не мог разобрать их. Я снова закрыл глаза.
Абрахам убил мою маму. Может быть, она погибла от руки Сарафины, но именно Абрахам отдал этот приказ. Я был уверен в этом.
— Итан? Ты меня слышишь? — голос Лив сорвался до истерики.
— Я в порядке, — я медленно приподнялся. Все трое смотрели на меня, а Люсиль сидела у меня на груди. Упав, я распластался на гниющих досках пирса.
— Отдай его мне, — Лив попыталась вытащить Светоч у меня из рук. — Он действует как некий метафизический канал связи. Ты не можешь его контролировать.
Я не отпускал. Это был канал связи, который я не мог позволить перекрыть.
— Хотя бы скажи мне, что случилось. Кто на этот раз? Абрахам или Сарафина? — Лив положила руку мне на плечо, чтобы не дать мне упасть.
— Всё нормально. Я не хочу об этом говорить.
Линк смотрел на меня сверху вниз:
— В порядке, приятель?
Я моргнул несколько раз. Было такое ощущение, как если бы я находился под водой, и смотрел на них сквозь ее толщу.
— В порядке.
Ридли стояла на расстоянии нескольких футов, вытирая руки об юбку:
— Постучи по дереву.
Лив подняла свой рюкзак и встала, вглядываясь в конец почти бесконечного пирса. Я встал рядом с ней.
— Это здесь, — я взглянул на Лив. — Я это чувствую.
Я поежился, и тогда заметил, что она тоже дрожит.
Глава тридцать третья
Двадцатое июня. Преображение
Казалось, мы идём уже целую вечность, словно мост под нами становился длиннее по мере продвижения. Чем дальше мы шли, тем меньше видели. Воздух становился плотнее и влажнее, пока мои ноги вдруг не оказались у края выветренного дощатого настила у казавшейся непроницаемой стены тумана.
— Это и есть Великий Рубеж? — я присел на корточки, касаясь того места, где заканчивалось дерево. Моя рука ничего не ощутила. Никакой невидимой магической лестницы. Ничего.
— Погоди, а что, если это опасное силовое поле или какой-то ядовитый дым? — Линк вытащил свои ножницы и осторожно воткнул их в туман, а затем выдернул обратно — целыми и невредимыми. — А, может быть, и нет. И всё-таки очень уж он жуткий. Откуда нам знать, что, если мы пройдём сквозь него, то сможем вернуться обратно? — как всегда, только Линк произнёс вслух то, о чём подумали остальные.
Я стоял в конце моста перед лицом неизвестности:
— Я пройду сквозь туман.
Лив насупилась:
— Ты же едва можешь ходить. Почему ты?
Потому что всё случившееся — моя вина. Потому что Лена — моя девушка. Потому что я могу быть Проводником, что бы это ни значило.
Я отвел взгляд и увидел Люсиль, когтями вцепившуюся в майку Ридли. К воде Пышка Люсиль любви не питала.
— Ай! — Ридли стряхнула её с себя. — Глупая кошка.
Люсиль сделала несколько осторожных шагов по дереву, оглянулась на меня и наклонила вбок голову.
Махнув хвостом, кошка сделала ещё шаг и исчезла.
6
Полковник Сандерс — Гарланд Дэвид Сандерс, основатель сети ресторанов быстрого питания Kentucky Fried Chicken (KFC). Его стилизованный портрет традиционно изображается на всех ресторанах сети и фирменных упаковках.