«Что за чертовщина?» — буркнул он себе под нос. Он лежал, боясь шелохнуться, пока не настало время одеваться, чтобы идти приветствовать кандидатов.
Кандидаты съезжались, точно кинозвезды на голливудскую премьеру. С противоположной стороны улицы из-за ограждения за процессией наблюдали толпы айовских избирателей. Телевизионщики были тут как тут с микрофонами и переносными камерами. Каждый кандидат почитал своим долгом остановиться, чтобы попозировать для телевидения и сказать несколько слов в микрофон.
Наконец на черном лимузине подкатил «лидер забега»; вместе с ним из машины высыпало еще шесть человек, в том числе президент местного отделения НДК, который опекал Скатини как официального кандидата от демократической партии.
Сенатор держался уверенно. По результатам опросов он далеко оторвался от остальных кандидатов и здесь, в Айове, твердо рассчитывал надрать им задницы.
— Сегодня будет особенный день, потому что сегодня мы собираемся кое-что сказать женщинам Америки. Я уверен, что настала пора не только пообещать им это, но и сдержать обещания…
Пресса уже сворачивалась, когда к зданию «Пасифик конвеншн-сентер» подъехал красный микроавтобус, в котором сидели Хейз Ричардс и чета Колфилдов. Бампер и лобовое стекло были забрызганы грязью. Бад перед отъездом хотел помыть машину, но Эй-Джей остановил его.
Микроавтобус припарковался, и из него появились Бад и Сара Колфилды, следом за ними вышел Хейз Ричардс. Репортеры уставились на его в немом недоумении. Наконец кто-то вспомнил… Ах да, губернатор Род-Айленда… С видимой неохотой кое-кто снова начал извлекать камеры из футляров и приспосабливать их на плечо.
— Последним на сцене появляется кандидат Хейз Ричардсон, — произнес в микрофон корреспондент WXYO-TV Лон Фредерикс. — Губернатор Ричардсон, губернатор Ричардсон, — закричал он Хейзу.
Хейз остановился перед камерой, чтобы обнять Сару и пожать руку Баду, затем встал так, чтобы его могли взять и другие камеры.
— Добрый вечер, — произнес он.
— Губернатор Ричардсон, вы почти неизвестны в Айове. На что вы надеетесь? — спросил Лон Фредерикс.
— Ричардс, — поправил его Хейз, — губернатор Хейз Ричардс. Не знаю, смогу ли я победить. Я прибыл сюда за свой собственный счет, чтобы высказать то, что думаю.
— Губернатор, сюда, прошу вас, — позвал его Кен Вэнэйбл, врезаясь в толпу журналистов.
— Да, да… — сказал Хейз, разыскав глазами своего человека.
— Кто это с вами? — забросил пробный шар Кен.
— Это Сара и Бад Колфилды. У них ферма, которую им пришлось заложить. Она того гляди отойдет в пользу банка. Я провел у них ночь. Именно из-за таких, как Бад и Сара, я решился участвовать в этой кампании. Я делаю это ради них. Я хочу заставить Америку работать на благо простых людей, вроде Колфилдов. — С этими словами он направился в здание.
За углом уже была припаркована передвижная видеорежиссерская аппаратная Ю-би-си; рядом стояла спутниковая ПРТС.[30]