12. В конце 50-х годов зимой в деревне Глухово проводились киносъемки. Кино «Они шли на Восток» по разгрому итальянской «голубой» дивизии, приглашали и дорожников. Запомнился момент когда артистка должна пробежать по снегу босиком в платье до 400 метров, но она не справилась с трудной ролью. Режиссер попросил Стекольщикова И. М. найти местную девушку, Иван многих знал, так как жил в домике у Глухово. Местная Вера Полева после тренировок вошла в кадр и солидно ей заплатили. А Иван Михайлович много дней посмеивался и щелкал семечки за удачу на съемках…
13. В августе 1959 г. в районе совхоза Ильинское проходила туристическая группа 25 человек из Павловской Слободы на Жаворонки и 17–18 часов налетела дождевая, грозовая туча. Подростки 14–16 лет встали под деревья растущих курчавых лип. У одной из них встали 5 мальчиков и 3 девочки. Удар грома и вспышка молнии, всех выбросило по сторонам. В безсознательном состоянии они были доставлены в Ильинскую больницу (на перекрестке у дома-отдыха). Весь вечер и ночь приезжали врачи и вмести с местными специалистами боролись за жизнь, но увы, спасти из 8 детей никого не удалось. Было очень много слез у местного населения, приезжих, родных, у специалистов и дорожников.
Все выше написанные моменты подтвердит старейший дорожник водитель Якушев Михаил Савельевич и старший дорожный смотритель за транспортными средствами на Ильинско-Рублевском шоссе Дымов Владимир Иванович. Декабрь 1995 г. Потапова А. А.[149]
Мимо нее прошелестели Ленин, Сталин, Гитлер и даже Мао Цзэдун. Но в ее жизни они были какие-то незначительные, малозаметные, особенно по сравнению с Иваном Михайловичем, который, очевидно, был начальником Анны Андреевны, и он в ее письме совершенно живой.
Как было бы хорошо, если б этот текст включили в учебники литературы и в учебники истории. Он обрастет огромными комментариями. По этому письму Анны Андреевны защитят кучу диссертаций, и в одной из них, конечно, объяснят, что семидесятилетие товарища Сталина и визит Мао Цзэдуна в колхоз на Ильинском шоссе пришлись на 1949 год, и председатель колхоза Арон Львович Альперович ушел с должности скорее всего не потому, что заболел, как считает Анна Андреевна, а потому, что это был такой год, такое время, когда Ароны Львовичи надолго вышли из моды, а в моду зато вошла борьба с безродными космополитами.
Когда прочел первый раз, сначала подумал: ей некому писать. А потом сразу подумал другое: она ничего не просит. Ничего.
А когда спустя неделю перечитывал в который-то раз, понял: она ничего не просит, потому что ей ничего не нужно. В своем письме она о себе сказала только две вещи: что муж погиб и что «осталась с двумя мальчиками 8 и 10 лет». А больше «я» и «мне» в ее письме не встречаются. Остальное все – общее: «нам выдали халаты», «мы много плакали». Общее.
Было такое чувство, что нашел Матрену, ту самую, из знаменитого рассказа Солженицына «Матренин двор». Специально перечитал классика и впервые отметил, как много там, особенно поначалу, Солженицын пишет о себе, о своих обстоятельствах, мыслях, чувствах… Это не в укор вовсе, я о другом. О том, что никакой писатель, никакой журналист так написать, как Анна Андреевна, не может. Она иначе думает, иначе чувствует, иначе видит. А глаз у нее… Чего стоит только одна гениальная фраза: «После постройки моста некоторые солдаты женились на ильинских девушках».
Я сфотографировал ее 15 декабря 1999 года. Анна Андреевна сидит между своими двумя сыновьями, который справа – успел повоевать в Великую Отечественную. В пятидесяти метрах от ее избы (дом 17 по улице Советская) – мемориал погибшим в войне 1941–1945 годах. Бесчисленные имена выбиты на плите, среди них имя ее мужа. Это список погибших всего лишь из двух ближних деревень.
P.S. Автор знает, что ХХ век кончается 31 декабря 2000-го, любая сотня кончается не двумя девятками, а двумя нулями (хоть это некоторым досадно).
Но здесь было дело не в арифметике. Эта нищая старуха и есть ХХ век России: Электрификация, Индустриализация, Коллективизация, Телефонизация, Сталин и Гагарин – все пролетели мимо…
В эти дни, в середине декабря 1999-го, никто из нас не знал, что через две недели Ельцин скажет (по бумажке): «Ухожу в отставку. Назначаю Путина. Россия должна войти в новое тысячелетие с новым руководителем». Красота этих слов должна была (по мысли спичрайтеров) не только скрасить ошибку на год, но и тот факт, что в этот момент нам неотвратимо назначили Путина президентом.