Не станем комментировать, ибо не уверены, действительно ли апостолы прерывали богослужение для поздравления земных владык или это неприличное новшество.
А через несколько часов – в светлое Христово Воскресение – РТР в «Вестях» коротенько (несколько секунд) показывает крестный ход, службу, а потом закадровый голос диктора (ликующий, как Левитан при взятии Берлина) возглашает:
– И вот наступает кульминация пасхальной Радости! Патриарх обращается с приветствием к Президенту России Владимиру Владимировичу Путину!!!
И полностью повторяется, полностью звучит все то, что вы прочли выше. Видимо, для тех, кто проспал «кульминацию» или был в эту ночь в любой другой православной церкви мира, кроме храма Христа Спасителя, куда строго по именным билетам с предъявлением паспорта.
До сих пор считалось, что кульминация Пасхальной Радости – это «Христос воскресе». Теперь – «приветствие».
Нехристи? Так думать нельзя. И писать об этом нельзя. Только соберешься – сразу чудится булгаковский Понтий Пилат, у которого от нелояльных мыслей начинала болеть голова и в ушах раздавался гнусавый голос палача: «Закон об оскорблении величества!»
Будь церковные и земные владыки в своем узком кругу (как сто лет назад), – было бы не так тяжело. Но сейчас все это происходит на виду у телекамер – то есть на виду у всей страны.
Президент у нас в стране – всемогущий и самый главный. Но все же не царь, не помазанник Божий. Он раб Божий, а не Президент Божий.
И духовенство – хоть на Пасху – должно бы служить не кесарю. Папа Римский (так и не удостоенный чести быть приглашенным в Россию) в торжественные дни обращается urbi et orbi (к городу и миру). Он не поздравляет ни Берлускони, ни даже Буша (чемпиона по числу подданных-христиан).
…Чуткость слуха к фальши еще выше, чем чуткость обоняния к тухлятине. У человека внутри камертон. Даже наивную девушку трудно обмануть, если она услышит фальшивые интонации. А маленького ребенка обмануть вообще невозможно. У него слух на фальшь абсолютный, а мозги еще не запудрены, еще нет рабского преклонения перед авторитетом. И потому именно ребенок кричит: «Король-то голый!»
Человек слышит фальшь. И для этого не требуются ум или опыт. Это инстинктивное «не верю!».
В этом смысле интонации патриарха еще хуже, чем его слова. Он старается, чтобы голос звучал максимально торжественно, а в результате он звучит неискренне.
Если с такой интонацией сказать человеку «Здравствуйте» – он взглянет с опаской.
То, что этой интонацией окрашена лесть властям, – пусть. Но те же ноты – и в его словах о вере. Впрочем, может, хоть что-то одно он произносит от души[191].
Вообразите мучения беса, запертого в церкви; он, конечно, будет хрипеть как удавленник.
Президент, депутаты, министры – светские власти – материальная жизнь. Патриарх – духовное окормление.
Материальная у нас не очень. А с духовной еще хуже. Кто окажет сопротивление цинизму и растлению? Патриархия, которая торгует табаком и водкой?
Где та сила, которая бы встала на пути безудержного разврата – рекламы, ТВ, порно– и товарного насилия? Даже политическое ток-шоу предпочло называться «Основной инстинкт», хотя Сорокина занимается там совсем не тем, чем Шарон Стоун, и даже не садится раздвинув ноги, как та в кино.
Революция 1989–1991 годов была безыдейна. Она отрицала коммунистическую идею (догму), но предложила взамен не другую идею, а еду. Гордые собой, молодые упитанные реформаторы развернули лозунг «Мы пришли дать вам колбасу!». Потом схватили свечку, и побежали в церковь (где их уже ждали телекамеры), и – на Пасху! – поздравляли подданных с Рождеством Христовым. Видимо, не зная разницы[192].
Демократическую (точнее, послесоветскую) Россию возглавили не идейные противники бесчеловечного режима (теперь, через пятнадцать лет, он кажется добрым дедушкой), а партийные аппаратчики и пропагандисты. Не историки, не юристы, не философы, а бессовестные специалисты по научному коммунизму, воинствующему атеизму и политэкономии социализма.
191
Здесь пришлось убрать большой фрагмент – о том, почему голос патриарха производит впечатление лицемерного. И почему он так хрипит. И почему Бог не посылает Своему главному православному служителю чистый и убедительный голос хотя бы на два часа службы.
192
Исторический случай: президент Ельцин приехал на Пасху в церковь, вышел к народу и (в прямом телеэфире) поздравил верующих с Рождеством Христовым. Перепутал. Никто не возмутился.