В период воинствующего, агрессивного атеизма – это и, вовсе, было естественным. Нынче, вера в Бога тоже пока еще у многих, даже истово крестящихся, вера не искреняя, кажущаяся и им самим. Вера – это дар, на которую, как и на любовь, не каждый способен. Истинно верующим, разумеется, и болезнь и смерть, может быть, более естественная мысль и тема раздумья без лживого отпихивания от себя Наступающего.
Так мне кажется. Возможно, я и не прав. «Об этом думают двояко». Нынче вошло в моду говорить «однозначно». Почему-то это приписывают, в основном, Жириновскому. Но если внимательно послушать, как говорят многочисленные персонажи телеэкранов, то видно, что это нынче просто модное слово. Да не слово – понятие, ощущение, часть менталитета (тоже модное слово). Частое употребление «однозначно» – есть подсознательное противопоставление альтернативности, плюрализму, многозначности, слава Богу, приходящих в нашу жизнь. «Однозначность» – тяга к привычному «единственно верному Учению». Антидемократия – это и есть «однозначность», когда не учитывается мнение меньшинства.
Я и не считаю, что мое отношение к подобной подготовке общества и самого больного к предстоящей операции Человека на должности президента есть «единственно правильное», но милосердие к Человеку должно быть проявлено, сколь бы ни был к другим столь же не милосерден. Если это и так? Мне трудно судить – особенно перед операцией. Да и вообще: «Не суди да не судим будешь».
Я врач и я перенес такую же операцию. Я меньшинство, а потому все же и я «в счет».
Юлий КРЕЛИН
Юлий Крелин написал прозу и прислал в редакцию. Будь статья – был бы заголовок. Будь стихи – были бы рифмы. Будь письмо – в начале было бы «здравствуйте», а в конце – «с уважением» (вежливость этична).
Главный редактор «Новой газеты» распорядился прозу Крелина напечатать с комментарием Минкина. Видя мое недоумение (зачем это печатать? на что тут отвечать?), Муратов пояснил. Оказывается, интеллигенция возмущена моей заметкой «Мемуары Ельцина». Оказывается, главному редактору уже высказали свое порицание Юрий Карякин, Мариэтта Чудакова[125], какие-то барды. А поскольку Крелин письменно изложил общее мнение, то и ответ ему будет ответом всем.
Будем отвечать. Хотя очень жаль, что Карякин и Чудакова не сочинили коллективного письма. Оно было бы чисто арифметически умнее, чем проза Крелина (ум – хорошо, а два – лучше).
Кажется, Крелин не понял, что я пишу не о болезни, а о власти. Я писал об этом и до выборов: «Какой же безответственностью, каким цинизмом надо обладать, чтобы в тяжелейшей ситуации навязывать стране старого, тяжелобольного, часто совершенно неадекватного человека». («Новая газета», 10.06.96.)
Не о болезни речь, а об управлении страной.
Где этика власти? Президент знал, что болен, и врал, и команда врала, и людей загоняли в ловушку, где не было выбора (не с Зюгановым же в светлое будущее).
Кремль взял людей в заложники. «Иди со мной, а то тебе хуже будет». И теперь у многих, у очень многих интеллигентов наблюдается «стокгольмский синдром» – синдром заложника, который психологически (от страха) встал на сторону захватчика: безопасность захватчика – моя безопасность.
Победили летом. Сейчас осень. На три месяца отложили решение проблем. Теперь еще на шесть недель, на десять недель, потом еще на месяц, на два месяца, чтобы «не беспокоить», чтобы поправлялся.
Кажется, Крелин не вполне понимал, что пишет: «И не перед судом людским он (Ельцин) сейчас, в эти дни должен предстать». Божий суд? Увы, это значит, что этичный Крелин хоронит, не оставляет шансов на благополучный исход. А я, неэтичный, в своей заметке выражал уверенность, что Ельцин поправится, выйдет на пенсию и даже, может быть, пригласит поработать над мемуарами. Предстать же он должен всего лишь перед врачами.
Стоит ли интеллигенту писать о президенте как о Человеке с большой буквы? Писать о «Человеке на должности президента» – опрометчивая риторика. Риторика увлекает, и в заботе о красоте слога не заметишь, как получится «Человек на должности людоеда».
Все для Человека, все для блага Человека… Чукча знает этого человека, чукча видел его по телевизору.
А дети, погибшие в Грозном, в Самашках, в десятках разбомбленных сел, – они с какой буквы? Писал ли Крелин в их защиту? Кто готовил этих детей к спецоперациям по отрыванию ручек, ножек без консилиумов и анестезии?
125
Когда-то вошла в Правое дело (или в СПС?) к Коху и Чубайсу. Теперь возглавила список «интеллектуалов», просящих граждан России поддержать Медведева.