Выбрать главу

Нос он себе расквасил самостоятельно, стукнувшись о косяк, когда его выводили, переступая через руины двери в коридор. Хорошо бы они постелили сейчас под ним что-нибудь непромокаемое — Ландо не столько заботила сохранность роскошного импортного покрытия на полу губернатора, сколько новые побои, которыми его могли наградить за испорченный кровью ковер. Удивительно, но этот ковер был единственным украшением в утилитарно и просто обставленном кабинете. Где-то здесь лежала зацепка, которая может оказаться полезной в общении с губернатором. Еще бы голова работала нормально, чтобы можно было за ту зацепку схватиться.

— Ландо Калриссиан? — спросил, усиленно моргая губернатор.

Здорово, все знают его имя!

Голос у губернатора был неожиданно тонкий и пронзительный, учитывая массивное тело. И пожалуй, голос звучал слишком нервно для нынешних обстоятельств. Игроки изучают такие нюансы тщательнее психологов. Профессия заставляет. Широкоплечий, невероятно раздавшийся в талии и больше всего похожий на подгнивший пень, увенчанный тонкой короной жидких волосенок, губернатор был отнесен Ландо к тому типу игроков, кто держит карты при себе, никогда не полагается на случай и не рискует. Безжалостные и неумолимые игроки. А поверни игру против них, и они возрыдают. Ландо знал таких очень хорошо. К сожалению, в настоящее время информация не казалась слишком полезной. Капитан бросил взгляд на полицейских с двух сторон от себя: неважно, если обидчик труслив, пока все оружие у него.

Губернатор торжественно поднял массивную руку и повторил обвинение:

— Ландо Калриссиан?

— Помягче первое «а», — поправил Ландо, который вовсе не чувствовал той храбрости, что пытался демонстрировать. — И ударение на втором слоге фамилии. Потренируйтесь, у вас получится.

Он облизал пересохшие губы и ощутил вкус крови. Голова раскалывалась. Да и все остальное болело нещадно. Глаза, похожие на птичьи яйца, холодно взирали на него с другой стороны маленького пустого и очень хрупкого на вид стола из прозрачного пластика.

— Ландо Калриссиан, у меня есть список очень весомых обвинений, выдвинутых против вас Очень серьезных обвинений. Желаете ли что-то сказать в свою защиту?

Губернатор прикрыл глаза, как будто ему больно было смотреть на человека перед собой. Молодой игрок прикусил язык, чтобы не выпалить очередной дерзкий ответ. Насколько он знал, он не сделал ничего нелегального. По крайней мере, в последнее время. У него не было никаких особых убеждений насчет соблюдения или нарушения закона: в Галактике бесконечное множество маленьких планет с глупыми законами. И все же он предпочел бы — по эстетическим соображениям, не более, — быть наказанным за реальную провинность. Он решил на пробу добавить немного правды в вежливое подобострастие, которое не сработало с полицией. Кто знает, вдруг подействует на этот жирный мешок с дерьмом банты.

— Сэр, Ваше превосходительство, я ничего не знаю ни о каких обвинениях. Сколько бы я ни думал об этом, я не могу найти ничего плохого в своих действиях.

Он заставил себя остановиться: жалоба была бы лишней.

Губернатор поморгал.

Ландо открыл рот, чтобы что-то добавить. Кусок его изодранной пижамы выбрал именно этот момент, чтобы соскользнуть с плеча — позор. Капитан тихо фыркнул, поднял его со всем достоинством, какое можно было сохранить в такой ситуации, и попытался прилепить непослушную ткань на место.

Губернатор снова моргал.

Комната, где они находились, была небольшой, но с несоразмерно широкими дверями по обеим сторонам от стола и третьей за спиной Ландо. Впрочем, в них ведь должен пролезать весьма широкий губернатор. Все три двери были окружены простыми, ничем не украшенными панелями из алюмо-бронзы. Та же скромность отразилась в обшивке стен, на плинтусах и кайме по периметру высокого и немного пугающего потолка Возвышение, на котором стоял стол, отдавало цветом желчи в тон губернаторским глазам. Вместо занавесок на окнах, как на экранах, показывали записанные на видео ландшафты других систем Поросшие травой и покрытые галькой пляжи, темно-рыжие небеса, алая растительность. Целые миры безвкусицы.

Губернатор, видимо, решил, что достаточно запугал пленника длинной паузой, и торжественно воздел толстую руку. Грозно оглядел полицейских, которые поддерживали под руки ослабевшего капитана.

— Тогда тебе следует подумать как следует, еретик!

Еретик? удивился про себя Ландо. Неужели это слово еще используют в устной речи?

Губернатор внимательно изучил документ на столе перед собой и удивленно поднял кустистые брови.

— Большой список! Неосторожная посадка. Нелегальный ввоз опасных животных. Минокки, капитан, как можно?! Несанкционированная швартовка межзвездного…

— Но губернатор!

Ландо забылся от возмущения, вырвался из рук констебля слева… вдруг вспомнил, где он находится, и вернул руку обалдевшего служителя закона на свой локоть. Глуповато улыбнулся. И подавил ошеломленный вздох, сообразив, что губернаторский стол целиком сделан из гигантских бесценных кристаллов жизни. Их хватило бы на продление жизни сотен разумных существ. Так вот он ключик — власть. Это объясняло пустоту кабинета. Деньги и роскошь не радуют этот злобный ком попусту растраченного углерода, то есть губернатора. Его единственная мотивация — возможность контролировать и уничтожать чужие жизни.

— Сэр, у меня были все разрешения. Я…

— Правда? Где? Представьте их, и обвинения могут быть уменьшены. Не сильно, но ощутимо для вас.

Ландо безнадежно посмотрел на пижаму без карманов, немало пострадавшую от столкновения с местными властями.

— Вряд ли вы позволите мне вернуться в отель. Нет, точно нет. Ну тогда свяжитесь с портом, там должны быть…

— Капитан, — укоризненно и с преувеличенной усталостью вздохнул Мер. — В порту нет записей о разрешении, выданном Ландо Калриссиану или… — он сверился с документом, — на «Тысячелетний сокол». Уверяю вас. Более того, можно сказать, я лично проверил данные по этому делу.

— А-а, — протянул Ландо, начиная понимать ситуацию.

Лично проверил! Значит, что-то нужно лично от Ландо Калриссиана…

— Существует также, — продолжил губернатор, удовлетворенный, что теперь полностью завладел вниманием аудитории, — заговор с целью несоблюдения законов о торговле. Нам известно о ваших попытках завладеть нелицензированным грузом. Ношение скрытого оружия… капитан, ай-яй-яй. И наконец, нападение на законно действующего офицера полиции во время задержания.