- Наполеон сдох?
- Если бы... Нет, сегодня приезжает полковник. Ты не особенно удивлен, как я погляжу?
Шарп подождал, пока мимо проедет священник, взгромоздившийся на изможденного мула:
- А что, я должен быть удивлен?
- Нет, - улыбнулся Лерой. – Но нормальной реакцией было бы спросить, кто он, откуда и зачем, как ты считаешь? Я бы тебе дал ответы на все эти вопросы и назвал бы это разговором.
Уныние Шарпа усилиями Лероя слегка рассеялось:
- Ну так расскажи!
Худощавый молчаливый американец скорчил удивленную гримасу:
- Я думал, ты уж не спросишь. Кто он? Его зовут Брайан Уиндхэм. Никогда не любил имя Брайан: такое женщины дают мальчишкам в надежде, что те вырастут порядочными, – он растоптал пепел по дороге. – Зачем? На это мне нечего ответить. Что он из себя представляет? Насколько мне известно, он большой любитель лисьей охоты. Ты охотишься, Шарп?
- Знаешь же, что нет.
- Ну, тогда твое будущее так же мрачно, как мое. А откуда я это узнал? – он вопросительно замолчал.
- Так откуда ты это узнал?
- У нашего доброго полковника, честнейшего Брайана Уиндхэма, есть вестник, гонец, Иоанн Предтеча, и это не кто иной, как Пол Ревир[28].
- Кто?
Лерой вздохнул: он становился необычайно словоохотлив:
- Ты никогда не слышал о Поле Ревире?
- Нет.
- Ты счастливчик, Шарп. Он назвал моего отца предателем, а наша семья назвала Ревира предателем, но я считаю, что мы в этом споре проиграли. Суть в том, мой дорогой Шарп, что он вестник, посланный нас предупредить. Наш добрый полковник посылает нам весточку о своем прибытии в форме нового майора.
Шарп взглянул на Лероя, но выражение лица американца не изменилось.
- Мне очень жаль, Лерой, честное слово.
Лерой пожал плечами. Будучи самым опытным капитаном полка, он надеялся на производство в майоры.
- Никогда ничего не надо ждать от армии. Звать его Коллетт, Джек Коллетт, еще одно честное имя и еще один охотник на лис.
- Мне очень жаль.
Лерой снова двинулся рядом с Шарпом:
- Есть и еще кое-что.
- Что?
Лерой указал кончиком сигары на двор дома, где размещались офицеры, и Шарп, заглянув в ворота, второй раз за утро испытал внезапный шок. Возле кучи багажа, который распаковывал слуга, стоял молодой человек лет двадцати пяти. Шарп никогда раньше его не видел, но форма была слишком знакома: это был мундир Южного Эссекса, даже с серебряным значком «орла», захваченного Шарпом, но этот мундир мог носить только один человек. Изогнутая сабля свисала с цепочки, серебряный свисток покоился в кобуре на перевязи. Знаками различия, четко указывающими на чин капитана, были не эполеты, а крылья из витого шнура, украшенные значком с изображением охотничьего рога. Шарп видел человека в форме капитана легкой роты полка Южного Эссекса. Он выругался, а Лерой хохотнул:
- Добро пожаловать в общество пониженных!
Ни у кого не хватило смелости сказать ему, кроме Лероя! Эти ублюдки прислали нового человека без его ведома! Он почувствовал дикую злобу, уныние и беспомощность перед лицом громоздкой армейской машины. Он не мог в это поверить: Хэйксвилл, отъезд Терезы, а теперь еще и это?
В воротах появился майор Форрест. Он заметил Шарпа и направился к нему:
- Шарп?
- Сэр.
- Не делайте скоропостижных выводов, - голос майора звучал тоскливо.
- Выводов, сэр?
- Насчет капитана Раймера, - кивнул Форрест в сторону нового капитана, который в этот момент повернулся и поймал взгляд Шарпа. Он коротко поклонился в вежливом подтверждении, и Шарп заставил себя ответить тем же. Затем он развернулся к Форресту:
- Что происходит?
Форрест пожал плечами:
- Он купил патент Леннокса.
Леннокса? Предшественник Шарпа погиб два с половиной года назад.
- Но он же...
- Я знаю, Шарп. Его завещание рассматривалось в суде. Наследники только-только выставили патент на продажу.
- Но я даже не знал, что он продается! – хотя, думал Шарп, мне все равно не наскрести пятнадцать сотен фунтов.
Лерой прикурил новую сигару от старой:
- Уверен, никто не знал, что он продается. Правда, майор?
Форрест расстроено кивнул. Открытая продажа означала, что цена должна быть номинальной, а значит, слетится толпа охотников на такой патент, будет много шума. Гораздо вероятнее, что капитан Раймер оказался приятелем одного из адвокатов, который просто не пустил патент в открытую продажу и приберег его для Раймера, получив некоторую мзду. Майор развел руками:
- Я сожалею, Шарп.
- Так что происходит? – жестко спросил Шарп.
28
Герой американской революции, в ходе «полуночной скачки» 18 апреля 1775 года предупредивший жителей нескольких городов о выступлении англичан. Его подвигу Г. Лонгфелло посвятил стихотворение «Скачка Пола Ревира».