Глава 11
– Где тебя черти носили? – свирепо вопросил вспотевший Хоган.
– Здесь, сэр, – Шарп на всякий случай перешел на полуофициальный тон.
– Я тебя вчера искал. Проклятье, Ричард! Пусть хоть кто-нибудь знает, где тебя искать! Представь себе, что это было бы важно!
– А оно было важно, сэр?
– Как водится, нет, – проворчал Хоган неохотно. – Патрик Харпер сказал, что ты связался с дочерью какого-то сапожника, Дорис или как-то так, и что у нее нет ног.
– Так точно, сэр.
Хоган открыл табакерку:
– Черт возьми, Ричард, твой брак, конечно, чистейшей воды авантюра, но тебе чертовски повезло заполучить Терезу, – он резко втянул понюшку, пытаясь скрыть свои чувства. Шарп подождал, пока ирландец чихнет. – Кровь Христова! Но я ничего не расскажу ей.
– Нечего рассказывать.
– Надеюсь, что нет, Ричард, – Хоган замолчал, прислушиваясь к шипению раскаленного ядра в мокром стволе. Пушка выстрелила, между домами загуляло эхо, а двух офицеров накрыло горьким облаком дыма. – Есть новости от Терезы, Ричард?
– Уже месяц нет.
– Рамон писал, что она охотится на солдат Каффарелли[135], – Рамон был братом Терезы. – Твоя дочь в Касатехаде, она в добром здравии.
– Хорошо, сэр, – Шарп не был уверен, что Хоган не пытается его устыдить. Наверное, ему и должно быть стыдно, но вины он не чувствовал: отношения с маркизой были кратковременными, они просто не могли длиться долго, а значит, его планы на дальнейшую жизнь не менялись. Да и как можно чувствовать вину за то, что охраняешь Эль-Мирадора? Это же его обязанность.
Хоган взглянул на роту Шарпа, выстроившуюся на улице, и проворчал, что они выглядят весьма прилично. Шарп согласно кивнул:
– Отдых пошел им на пользу.
– Знаешь, что делать?
– Разумеется, сэр.
Хоган вытер лоб: солнце жарило невыносимо. Несмотря на утвердительный ответ Шарпа, он начал повторять инструкции:
– Идете вслед за атакующими, Ричард. И чтобы никто не сбежал, пока ты не увидишь его лица. Найдете ублюдка – приведете ко мне: я буду в штабе, не здесь.
Рота исчезла в новой траншее, которая могла безопасно довести до самого оврага. Над головой гремели пушки, продолжавшие обстреливать форты, но атакующие были в приподнятом и уверенном настроении: на этот раз приступ не сорвется. Сан-Каэтано был изрешечен так, что одной стены практически не существовало: именно сюда и направлена первая атака. Она пройдет при свете дня, как только стихнет эхо осадных орудий – какое счастье, что французские пушки молчат! «Отчаянную надежду» возглавил лейтенант-стрелок, но ни у него, ни у его людей не было отстраненного, безнадежного взгляда, привычного для этого подразделения: обычно добровольцы в «Надежду» готовились к смерти. Их задачей было вызвать на себя огонь противника, чтобы пушки осажденных выстрелили до подхода к бреши основных сил. Добровольцы улыбались, узнав Шарпа по нашивке на рукаве:
– Здесь будет попроще, чем в Бадахосе, сэр!
– Да, с вами все будет хорошо, парни.
В просвете на дальнем конце оврага виднелась серебристая Тормес, медленно катящая свои воды к далекому морю. Стрелки проводили все долгие вечера у реки с удочкой: скоро они снова соскучатся по форели. Шарп заметил Харпера, вместе с другими поглядывающего на спокойную гладь реки.
– Сержант?
– Сэр?
– Что это там за разговоры о какой-то Дорис, да еще с майором Хоганом?
– Дорис, сэр? – Харпер принял вид невинного ангела, потом заметил, что Шарп не сердится, и расслабился: – Наверное, Долорес, сэр: должно быть, я о ней упоминал.
– А ты сам-то о ней откуда узнал?
Харпер взвел курок семиствольного ружья.
– Я-то, сэр? Лорд Спирс искал вас как-то, он и рассказывал о ней, – он заговорщически подмигнул Шарпу. – Слышал, совсем без ног, сэр?
– Неправильно слышал. Ничего подобного.
– Нет, сэр. Разумеется, нет, сэр, – Харпер поднял глаза к безоблачному небу и начал фальшиво что-то насвистывать.
По траншее прошло волнение, послышалось нытье: люди нехотя поднимались на ноги и примыкали байонеты. Шарп вдруг осознал, что канонада закончилась, а значит, пришел момент для атаки. Напряжения, как в прошлый раз, когда все ожидали огня французских пушек, не было: сегодня, говорил инстинкт, все будет легко и просто, потому что раскаленные ядра уже превратили форты в руины, а жизнь гарнизонов – в ад. Лейтенант-стрелок вытащил саблю, махнул «Отчаянной надежде» и полез из траншеи. Однако вместо того чтобы атаковать, он вдруг остановился и скомандовал своим людям вернуться на исходные.
135
Французский дивизионный генерал итальянского происхождения, позже адъютант Наполеона и хранитель императорского двора. В 1840 году руководил возвращением останков Наполеона во Францию.