Я уже имел дело со шведским дворянством. И видел, как неохотно они исполняют свои обещания. Так что самые «жирные» норвежские куски захватит моя личная армия. И я имею в виду не только серебро Конгсберга, но и медь в Рерусе и Лёккен-Верке. Тоже пока не открытую, но сулящую просто сказочные перспективы.
Зато я решил уступить шведам золото. Повздыхал, погладил сочувственно по голове свою внутреннюю жабу, но другого выхода просто не увидел. Надо было кинуть хоть какую-то кость. Я и так собирался обломать шведов по полной программе. Ибо все территории, которые завоюет моя частная армия, достанутся лично мне.
Утешало только то, что золота было немного, и навести на него можно было своих самых ярых недоброжелателей. Тогда они сами друг друга схарчат. А Оксеншерна пусть посмотрит на это и непредвзято оценит, получится ли из дворян двигатель светлого будущего. Что-то подсказывает мне, что вряд ли.
Радовало одно — не только мне приходилось бороться со спесивыми знатными особами. Датский король Кристиан сталкивался с такими же проблемами. Если не хуже. Его план войны одобряли не все, тащиться воевать со Швецией тоже далеко не все хотели, так что против нас выступило войско в 4,5 тысяч пехоты и полторы тысячи конницы.
С нашей стороны пехоты было почти шесть тысяч, а конницы около двух тысяч. Причем 2/3 — созданные мной крылатые гусары, которых как раз требовалось обкатать в бою. До польского эталона они, возможно, не дотягивали (это проверять надо), но против датчан должны были себя показать.
Дополнительным плюсом было оружие. В большинстве своем либо контрабандное, либо отнятое у тех же датчан при завоевании Норвегии, либо то, что было не жалко продать из моих разработок. Его было огромное количество. И сумма на его покупку была затрачена внушительная. Особенно в свете того, что казна еще с прошлого раза мне осталась должна за подзорные трубы — трофеи не покрыли их стоимость.
Поскольку я прекрасно знал, что с деньгами у Швеции было не очень, я заранее разработал план, по которому оплата шла норвежскими землями. Сколько бумаги было изведено на договоры и протоколы — сказать страшно. И уступать мне, разумеется, не слишком хотели. Потому как личная собственность и государственные земли — это две очень большие разницы. Тем более, что я не являлся королем Швеции. В данном случае это было мне только на руку.
Монаршья особа, на самом деле, величина весьма условная. Нет, встречаются такие коронованные особы, которые сами всем рулят, но не так уж часто, как кажется. В большинстве случаев короли испытывают чудовищное давление от окружения. И как только начинают это самое окружение гнуть под себя, вполне могут распрощаться с жизнью. Недавняя смерть Годунова — прямое тому подтверждение.
У меня для переговоров с дворянами был Оксеншерна. Даже не знаю, почему он ко мне так лояльно относился. Возможно, потому, что я не был шведским королем. Да и качестве Регента мало на что влиял. Официально. Если бы не Аксель, то риксдаг так до сих пор и тонул бы в обсуждениях, не принимая реальных решений.
А ведь по тонкому льду прошли! Поскольку я не хотел раскрывать все карты и отнюдь не стремился оповещать широкую общественность об имеющейся у меня сети осведомителей. В том числе контрабандистах. Ну зачем приличным людям знать такие никчемные мелочи? Да вот вообще ни к чему.
С другой стороны — без оглашения подобных тайн трудно объяснить некоторые свои знания. Например о том, что датчане собираются напасть не только на Кальмар, но и на Эльфсборг. А последний шведам и без того дорого обошелся. Для того чтобы выкупить его у противника, восстановить и укрепить понадежнее, покойный Густав Ваза потратил что-то около 150 000 крон. Для шведской казны — просто нереальные деньги.
Как вы понимаете, повторно отдавать Эльфсборг врагу не хотелось. Даже из тех практических соображений, что датчане снова потребуют за него выкуп. Причем заломят наверняка столько, чтобы шведам больше ни на что денег в казне не хватало[21].
Встречать незваных гостей отправился Столарм. А я, чтобы облегчить ему задачу, снова договаривался с контрабандистами. Если Кристиану свой флот девать некуда, почему бы брандерами его не порадовать? Хорошо же будет гореть! И почему бы не снабдить самых отчаянных головорезов ракетами? Точнее, тем, что осталось от не слишком удачной партии. Летают они все равно фигово, взрываются тоже хуже ожидаемого, но напугать датских пейзан вполне реально.
Зачем мне это надо? А затем, чтобы собираясь на войну в следующий раз, Кристиан дважды хорошенько подумал, как защитить свои территории. Кто окажется крайним, когда вернутся благородные доны с благородного похода и выяснят, что их владениям нанесен капитальный ущерб?