- Не забудь свою клятву Гиппократа, - с язвительной усмешкой заметил Молер, его стажёр. У Молера была короткая борода и чересчур умная задница. - Похоже, ты задержишься, папочка, и будешь скучать по "Лено"[126].
- Просто положи это мясо на стол, - приказал Паркер. Он ухмыльнулся, когда Молер и санитар подняли неподвижного пациента на операционный стол. - Какие у него показатели, Бен Кейси[127]? - обратился он к фельдшеру скорой помощи.
Санитар показал ему средний палец.
- Похоже, одно "сквозное" с повреждениями внутри правого бедра. Мы наложили жгут и привезли его.
- Разве медики больше не ходят в медшколу? - спросил Паркер. - Почему вы не перевязали его в машине скорой помощи?
- Потому, что мы подобрали его на Джексон-стрит, в двух минутах езды отсюда, доктор-придурок, - ответил медик.
Гребаные мясники, - подумал Паркер. - Никогда не уважают настоящих врачей.
- Слишком много крови, - заметил Молер. - Пуля могла попасть в бедренную артерию.
- Да уж, - сказал Паркер. - По крайней мере, эти две ходячие марионетки знают, как накладывать жгут.
- У чувака группа крови "А+", о, повелитель кукол, - добавил санитар. - Веселитесь, парни. А я сваливаю отсюда.
- Спасибо, что остался помочь, - съязвил Паркер.
- Эй, это дерьмо - твоя работа, а моя работа - обеспечивать тебя этим дерьмом. Это ты получаешь сто пятьдесят кусков в год. Так что веселись.
Санитар ушёл.
Ешь дерьмо и умри, - подумал Паркер.
- Нам нужно три пинты "А+" в С4, немедленно, - сказал Молер и повесил трубку. Затем он наклонился над жертвой, и прищурившись посмотрел на залитый кровью пах. - Выглядит маленьким, как будто кто-то стрелял в него из .25 или .32-го. Целился в его член, но промахнулся на дюйм.
Пулевое отверстие в диаметре чуть больше сигареты. Паркер натянул стерильные перчатки "Tru-Touch".
- Они подобрали его на Джексон, в такой час? Он, вероятно, любитель подцепить проститутку, стал грубить, и она его подстрелила, - Паркер всё время получал таких. - Не могу сказать, что виню её.
- Скорей всего, ты прав...
Дверь палаты распахнулась, это снова был санитар.
- Ах да, я забыл тебе сказать. Мы проверили бумажник парня, когда забирали его - он капитан Oтдела Убийств городской полиции.
- Шевелись! - завопил Паркер. - Блядь!!!
- Чёрт! - Молер покачал головой. - Брось, парень умирает.
- Я не хочу, чтобы чёртов коп умер у меня на столе! Бери отсос и ножницы! Мы оперируем его прямо сейчас!
Звякнули блестящие инструменты; Молер подхватил поднос и поднял пару немецких ножниц марки "Sistrunk".
Паркер надел монокуляр, что-то вроде пластиковой гарнитуры с единственной линзой, надеваемой на глаз; он понадобиться, чтобы увидеть повреждённые артериальные стенки. Совершенно лысый, вместе с монокуляром, Паркер выглядел как безумный нацистский ученый.
После того, как рана была обнажена, он разрезал ногу вдоль бедренной артерии и с помощью почти микроскопической иглы и нити выполнил предоперационную лигатуру[128], чтобы замедлить артериальное кровотечение.
- Давай! - крикнул он. - Сними с него штаны!
- Понял, - cказал Молер.
Ножницы разрезала брюки вместе с кожаным поясом как папиросную бумагу. Паркер на мгновение обернулся и схватил скальпель "Arista". Его отсвет из нержавеющей стали подмигнул ему в накладных расходниках. Но не успел он повернуться к пациенту, как услышал мрачное бормотание Молера.
- О, чёрт!
- Что? - рявкнул Паркер. - Только не говори мне, что он "двухсотый"![129]
- Нет, но... тебе лучше взглянуть на это. Думаю, это - тот парень, о котором писали в газетах...
Доктор Паркер обернулся. Он закрыл глаз, над которым покоился монокуляр, и посмотрел вниз свободным глазом. Молер действительно умело обрезал ножницами брюки пациента, а заодно и трусы. И когда Паркер увидел то, что там лежало, он сразу понял, что имел в виду его интерн.
"Пациент" держал в трусах отрубленную человеческую кисть.
Думаю, я понял, что Джеймсон был тем самым, в тот момент, когда полицейский психиатр объяснил психологический профиль преступника. Но, когда Джеймсон привёл меня в свою квартиру в Беллтауне и показал мне эти фотографии, на них было что-то написано. Он представил меня своей жене, затем показал мне ряд фотографий в рамках над камином. На одной он был изображён ребёнком, отец обнимал его за плечи.