— Мы проехали всю страну до Калифорнии, но богатые жилы там уже выработаны, вот мы и решили поискать счастья в этих местах. Что же до апачей, то есть у нас план, как уберечься от их проделок.
— И что же это за план? — не удержался от вопроса Рафи.
— Похитим у них какого-нибудь говнюка поважнее и будем держать в заложниках, покуда едем через эти края.
— Бог в помощь, — пожал плечами Рафи.
— Мы отмахали шесть тысяч километров по глуши, кишащей дикарями, которые только и мечтают заполучить наши скальпы. Все это время мы худо-бедно сами заботились о себе. Сам Бог видит, что мы в его помощи не нуждаемся.
Проводив процессию взглядами, Рафи с Цезарем оседлали коней.
— Что ж, если им не нужна Божья помощь, значит, у Всевышнего будет больше времени позаботиться о нас, — заметил негр. — Как думаешь, их план сработает?
— Вспомни лейтенанта Бэскома. У него он сработал?
У Рафи имелись и другие причины сомневаться в успешности затеи Уокера. Приказы генерала Карлтона относительно апачей звучали совершенно недвусмысленно. Рафи доводилось читать некоторые из них, где попадались и такие фразы: «Военную операцию против племени Красных Рукавов нужно провести как можно быстрее. Это сборище убийц следует наказать сурово и беспощадно». Если Уокеру и впрямь удастся взять плен вождя, долго ли апач проживет в заложниках, оказавшись в руках у военных?
Впрочем, сейчас у Коллинза были другие заботы.
— Я похоронил твоею бpaтa неподалеку отсюда, — мягко произнес Рафи.
— Может, подождем солдат? Они бы поехали с нами.
— Это ни к чему. Мы успеем вернутьса, прежде чем они закончат рыть могилы. — По глазам Цезаря Рафи увидел, что тот колеблется. Тогда Коллинз скупо улыбнулся и в шутку добавил: — Не придется тратить на себя последнюю пулю.
— «Надеюсь жить и умереть готов»[86], — ответил цитатой негр. На губах у него промелькнула тень улыбки. — «Мера за меру».
— Такой пьесы я еще не читал.
Сунув руку за пазуху выцветшей хлопковой рубашки, Цезарь вытащил промасленный тряпичный сверток. Под тряпицей оказалась красная бархатная ткань. Развернув и ее, негр показал спутнику книгу.
— Дамочки в доме, где я жил, перед моим отъездом устроили прощальную вечеринку. Они знали, что я без ума от Шекспира, вот и подарили мне эту книгу. Я собирался вручить ее Авессалому.
Рафи раскрыл томик и принялся его листать.
— Пятьдесят первая страница, — подсказал Цезарь.
— «Готовься к смерти, а тогда и смерть, и жизнь — что б ни было — приятней будет», — прочел Рафи с того места, где остановился Цезарь. Закрыв книгу, он протянул ее спутнику, но тот покачал головой:
— Оставь себе. — Охваченный внезапным смущением, негр опустил взгляд. — Может, настанет время, и мы будем цитировать ее друг другу… Как когда-то вы с Авессаломом.
— Да, конечно-конечно. — Вообще-то, Рафи очень хотелось узнать, как Цезарь жил все эти годы в борделе. — Кстати, тебе понравилась отвальная, которую устроили девочки?
— О да, сэр. — Цезарь расплылся в улыбке. — Думается мне, о ней до сих пор судачит весь Сан-Франциско. Последний день моих проводов я совсем не помню, но дамочки уверяли, что я погулял на славу.
Лозен и Одинокая лежали у края скального выступа и смотрели вниз. Девушки были вооружены луками и стрелами. Мушкеты они оставили в лагере — какой смысл таскать с собой эдакую тяжесть, когда нет ни пороха, ни пуль.
Они увидели, как двое мужчин ведут в поводу коней к маленькому холмику на возвышенности у реки. За ними бежала собака Волосатой Ноги. Собаки обычно приносят беду, но, похоже, это правило не распространялось на питомицу Волосатой Ноги. Возможно, псина служила ему духом-защитником.
Мужчины встали у холмика, сняли шляпы и склонили головы. Что они делают? Молятся? Лозен знала, что под холмиком находится тело — труп, который когда-то давным-давно они с Одинокой привезли Волосатой Ноге. Что привело сюда этих мужчин? Почему они стоят в краю своих врагов над зарытым в землю мертвецом, подвергая себя опасности со стороны как живых, так и нежити? Неужели они так просят помощи у духов?
— Черный бледнолицый вернулся. — Одинокая узнала Цезаря, стоило ему снять шляпу.
Лозен что-то невнятно пробурчала в ответ в знак согласия. Она по-прежнему силилась понять, зачем двое мужчин сюда явились. Между этой парочкой и покойником, должно быть, существовала какая-то сильная связь.
— Почему ты следуешь за Волосатой Ногой по пятам? — тихо спросила Одинокая.
— Хочу заполучить его чалого.