— Да она вас при первой же возможности на ремни порежет.
— Уж простите, сэр, — возразил Цезарь с несвойственным ему напором, — но нет, нипочем не порежет.
— Вот это да, — покачал головой Коллинз. — Ты у нас теперь специалистом по апачам стал, я правильно понимаю?
— Нет, сэр, никем я не стал.
— Где подковы и чушки из этого ящика?
— Попрятал за бочками, сэр.
Рафи вытянул шею и посмотрел в указанном направлении. Все свободное пространство за бочками и между ними оказалось забито подковами.
— Господи боже, — покачал головой Коллинз. — Да ты коварством не уступаешь апачам.
Рафи не хотелось расставаться с Авессаломом. Южанин знал Шекспира, и они часами читали друг другу наизусть шедевры великого поэта. Кроме того, если останется Авессалом, то с ним будет и Цезарь, а столь трудолюбивый и сильный помощник стоит трех работников.
— Нам надо закончить рейс. И без вас с Цезарем мне не обойтись. Спрячем девчонку под парусиной. Только поедет она в вашем фургоне. И если удавит вас вашими же подтяжками — вините только себя.
— Ты можешь ей все это сказать?
— Абла эспаноль?[14] — спросил Рафи.
Индианка ничего не ответила, но Рафи счел, что, будучи пленницей Армихо, она успела нахвататься немного испанского.
— Устед ва кон носотрос. Эстара сегура. — Он повернулся к Авессалому: — Я сказал ей, что она может поехать с нами и ей ничего не угрожает. — Рафи тяжело вздохнул. — Решим, что с ней делать, когда доберемся до Санта-Риты. Может, там отыщется кто-нибудь из ее народа.
— Тогда они ее и заберут.
— Может быть.
— Она вроде из апачей.
— Именно поэтому я не знаю, как другие апачи поведут себя при встрече с ней, — покачал головой Рафи. — Я не могу запомнить все племена, а они, между прочим, постоянно воюют друг с другом.
За прожитые годы Рафи успел насмотреться на самых разных людей, большая часть которых находилась в самом низу социальной лестницы. Во вздорности, ветрености и чудачестве апачи не знали себе равных.
— Я думаю назвать ее Пандорой, — осклабился Цезарь. Рафи только сейчас заметил, что в глазах чернокожего светится пытливый ум. Что ж, может, он и недооценил Цезаря. Пожалуй, они с хозяином все же доберутся до Калифорнии.
А еще Рафи впервые за все время обратил внимание на занятную деталь: глаза Цезаря оказались точно такого же темноорехового оттенка, что и у Авессалома.
— Ты знаешь, кто такая Пандора? — спросил Рафи.
— Да, сэр. Давным-давно греческий бог Зевс очень сильно рассердился, чего Прометей натворил-то: огонь людям отдал. Зевс сделал женщину из глины и вдохнул в нее дыхание жизни. А потом отправил на землю с маленьким ящичком. А еще у Прометея был брат. Ну, ему стало интересно, чего это за коробочка такая. Прометей ему говорил: не заглядывай внутрь, но брату страсть как любопытно было. Он открыл ее, и тут из нее зло так и полезло. Он выпустил все беды, из-за которых мы сейчас и мучаемся.
— В ларце Пандоры кое-что осталось, — добавил Авессалом.
Рафи помнил, что именно.
— Надежда, — кивнул он, — подлая старая обманщица надежда.
«Что за беды принесет нам наша Пандора?» — подумалось ему.
ГЛАВА 5
ИНДЕЙСКИЕ ИГРЫ
Сестра и Говорливый тащили коровью шкуру, одеревеневшую настолько, что при первом же порыве ветра они попятились и налетели на Большеухого и Мух-в-Похлебке, которые следовали за ними. Сестра и Говорливый развернули шкуру ребром к ветру и продолжили свой путь вверх по склону.
Сестра вымачивала шкуру целых три дня, предварительно удалив с внутренней стороны всю плоть, но потом, вместо того чтобы растянуть шкуру на колышках, просто оставила ее на летнем солнце. Шкура сморщилась, сделалась твердой, и Сестре пришлось долго выслушивать нравоучения женщин о том, как можно дубить кожу и как этого делать нельзя.
Сестра знала, что ей сейчас следует кухарить у костра — помогать Текучей Воде готовить блюдо из дичи, которым они будут потчевать гостей. Ее племя встало лагерем в горах рядом с деревней Красных Рукавов — с видом на старую медную шахту Санта-Риты. Говорливый, Мухи-в-Похлебке и Большеухий собирались весь день смотреть, как другие играют в серсо, но тут они заметили, как Сестра тащит в сторону утеса шкуру.
Они хорошо знали девушку. Приятели понятия не имели, что взбрело ей в голову, но были уверены: затея, скорее всего, интересная, возможно, опасная и почти наверняка необычная. Впрочем, если другие парни узнают, что они пошли куда-то с девчонкой, над ними будут еще долго насмехаться, поэтому друзья якобы направились в другую сторону, а потом, сделав круг, нагнали Сестру.