Путник шагнул в тень около громадного человека, с которым уже сражался ранее. Затем он вернулся в мир смертных и шагнул к капитану, очутившись на расстоянии длины меча от него.
— Сейчас же покиньте этот лес, — предупредил их Путник.
— Внимание! — крикнул Анддрет, занося свой огромный боевой молот, чтобы обрушить его на Путника. — Он здесь!
Призрачный путник поднырнул под удар и шагнул к Андретту, оказавшись настолько близко, что молот стал бесполезен. Обеими ладонями он сжал руку с оружием и всей тяжестью своего взгляда уставился в глаза дженази.
— Дураки, — сказал он. — Уходите.
Анддрет попытался побороть хватку, но ему это не удалось. Дженази напряг все свои силы, отказываясь подчиниться. Путник выругался про себя.
— Отпусти капитана! — раздался окрик позади него.
Путника окружили дюжина стражников с мечами наголо и с арбалетами, нацеленными ему в лицо.
Он проигнорировал угрозу.
— Убирайтесь сейчас же, — повторил он. — Вы не понимаете.
Анддрет поморщился, напрягая руки.
— По приказу Лорда Певца Дарена Грейта, властью, данной мне конфедерацией Серебряных Пустошей — ты арестован! — прогремел его голос.
— Вы должны уйти, иначе все погибнете, — ответил Путник. Над ними сгустились тучи. Раздался удар грома. — Идёт Призрачная Леди.
— Сказки, — ответил Анддрет. — Именем леди Аластриэль и Серебряных Пустошей, я беру тебя под арест…
Путник снова его перебил:
— Мне кажется, что вы хороший и благородный человек48. Уходите, если жизни ваших людей вам небезразличны.
Почва под ногами Путника внезапно стала податливой и мягкой, теряя свою плотность до тех пор, пока не стала похожа на зыбучие пески.
— Нет, — прохрипел он, утопая. — Гилтер`йель! Нет!
Один из арбалетчиков от страха спустил курок, но Путник инстинктивно отбил стрелу стальным наручем.
— Куэрваррцы, бегите…
Прежде чем он смог выкрикнуть следующее предупреждение, земля поглотила его лицо, и Путник больше не мог кричать и видеть происходящее.
Затем с небес хлынуло пламя.
Пойманный в утробу земли, Путник почти не мог двигаться. О том, что происходило сейчас на поверхности, ему оставалось лишь догадываться. Более того, он не видел, но чуял смерть. Путник мог бы принять призрачную форму и выбраться из-под земли, но Гилтер`йель сплела вокруг него эфирную сеть. Она слишком хорошо знала его способности.
Так что, ограниченный в действиях, Путник глотнул пойманного в ловушку вместе с ним воздуха и начал извиваться, рыть землю над собой, надеясь, что сможет вовремя выбраться.
Наконец, пальцы Путника вырвались наружу, а затем он выкарабкался из ямы целиком.
Картниа, представшая его глазам, была наполнена яростью и разрушением. Поляну заволок туман вперемешку с дымом, затрудняя обзор. Траву и деревья будто опалило адским пламенем, и несколько стражников, едва державшихся на ногах, выдергивали из плоти вонзившиеся ледяные осколки. Некоторые боролись с древесными ветвями, пытавшимися их схватить. Призраки мертвых и стоны умирающих окружали его.
Путник насчитал шестерых выживших гвардейцев и капитана. Анддрет молотом отбивался от окружившей его стаи призрачных волков с блестевшими злобой глазами. Остальные превратились в золу или застыли почерневшими изваяниями. Все убиты… уничтожены разгневанной природой.
Пока Путник оглядывался, тучи низвергли разряд молнии, ударивший прямо в Анддрета и сбивший его с ног. Оглушенный дженази отчаянно пытался отбиться от наседающих волков. Только он отбросил в сторону одного волка, на него тут же прыгнул другой, вцепившись зубами в руку дженази.
Путник бросился к капитану на помощь, его меч заметался из стороны в сторону, разрубая одного призрачного волка за другим. Кромсатель Путника был зачарован, он существовал как на материальном плане, так и на эфирном, и призрачное прикосновение клинка убивало теневых существ так же, как созданий из плоти.
Волки, рыча и огрызаясь, отступили. Сжимая клинок в руке, Путник встал перед упавшим капитаном, отпугивая тех волков, что осмелились приблизиться.
Из тумана возникла Гилтер`йель, из-за серого плаща казалось, что её золотистая кожа сияет в полутьме.
— Глупо, Путник, — сказала она, грустно улыбаясь. — Отойди и позволь моим детям закончить начатое.
— Ни за что, — ответил тот. Стоны выживших солдат мгновенно смолкли, как будто боль от их ран пропала под ледяным натиском его воли.