— Я так рад, что ты вновь к нам присоединилась, маленький Соловей, — сказал Грейт, убирая бурдюк. — Тебе и мне многое нужно обсудить.
— Чего ты от меня хочешь? — холодно поинтересовалась она.
— Всего лишь объясниться, — ответил Дарен Грейт. — И, видимо, сказать тебе о твоем поражении. Путник мёртв. Амра и Анддрет пропали. Стонар в отъезде. Я победил, маленький рыцарь.
Арья взглянула вверх, на него.
— Хочешь позлорадствовать? — спросила она. — Прибереги слова, Лорд Певец. Я — Рыцарь в Серебре. Более того, на моей стороне справедливость.
Её губы сжались в кривую, горькую линию.
— И более того, я упрямая, своенравная дочка. Думаешь, отец смог бы сломать меня, уже не говоря о тебе? Ты не победишь меня, пока я не испущу последний вздох.
Грейт улыбнулся её шутке.
— Юмор перед лицом смерти? Уважаю подобную храбрость, — сказал он. — Пока не испустишь последний вздох, да? Можно устроить прямо здесь…
Он потянулся к кинжалу на поясе.
Даже скованная и беспомощная перед ним, девушка не дрогнула. С таким же выражением в глазах она могла бы стоять над его телом с занесенным мечом.
— Ты этого не сделаешь. Ты не сможешь.
— Да ну? — фыркнул бард. Он наклонился, лицо мужчины оказалось на расстоянии меньше ладони от её лица. Грейт прижал кинжал к её щеке. — Ты так хорошо меня знаешь, девка? Тогда должна знать, что я герой…
— Не герой, — прервала она.
— Тогда злодей! — рявкнул Грейт в лицо девушке. — Погибель всех, кто дышит! Смерть и боль!
— Нет, — Арья приготовила разум и тело. — Ты трус. Ты всего лишь трус.
Как она и ожидала, лицо Грейта перекосилось от гнева. Она замахнулся ножом…
— Прочь от нее! — раздался возглас снаружи камеры.
Грейт вздрогнул, на мгновение растерявшись. Но этого мига Арье хватило для атаки единственным оставшимся у нее оружием — тем, что на плечах. Со всей силы она ударила лбом Грейту в лицо, и Лорд Певец отшатнулся. Его нос расплющился.
Перед глазами все вращалось, но Арья различила чье-то большое тело в камере напротив. Мужчина огромными ладонями сжимал прутья решетки.
Прутья…59
— Барс! — крикнула она.
— И я, — раздался слабый голос Дерста. Он встал рядом с товарищем и крикнул Лорду Певцу:
— Не трожь её, Грейт! Нападаешь на беспомощных, связываешь женщин — ну и герой же ты, Быстровдовец!
Бард крутанулся на каблуках, услышав насмешливое прозвище. С разбитым носом, растрепанными седеющими волосами и пылавшими глазами он больше был похож на чудовище, чем на человека.
— Герой? — огрызнулся он. — Герой?
Он сгреб Арью за волосы и швырнул её, как мешок муки. Рыцарь ударилась о стену и застыла без движения.
— Героев не бывает!
Арья как раз смогла поднять голову, когда Грейт снова схватил её и взглянул в лицо. Она приготовилась к новому удару, но на этот раз он просто встряхнул её и воскликнул:
— Как ты можешь верить в героизм? — кричал Грейт. — Почему ты веришь в него, когда герои, которыми ты восхищаешься, на самом деле убийцы — такие как твой Путник, люди, для которых месть важнее правосудия, насилие важнее мира, смерть важнее жизни?
Арья хотела ответить, но Грейт придушил её. Потом он отпустил девушку, и она, задыхаясь, упала.
Грейт не обращал никакого внимания, замерев над её содрогавшимся телом и крича в ответ Барсу и Дерсту:
— Ближе всего к званию героя человек, которого я послал убить этого гонца! — его голос притих. — Мерис, мой сын.
Тишина была пугающей.
— Грейт, — из последних сил спросила Арья. — Зачем ты делаешь это? Ты изображаешь героя для этих людей — почему бы тебе просто не стать им вместо этого?
Показная сдержанность Грейта лопнула и он с размаху ударил девушку тыльной стороной ладони.
— Я? Герой? — заревел он. — Уж если эти дураки верят в это, несмотря на то, что я с ней сделал, кто я такой, чтобы лишать их иллюзий?
— Ней? — пробормотал Дерст вполголоса. — С кем — «с ней»?
Арья, содрогаясь, ничего не могла произнести.
Грейту пришлось потратить несколько мгновений, восстанавливая самоконтроль, прежде чем он вновь обратил внимание на девушку. Бард потер свое золотое кольцо, затем поднял подбородок Арьи, изучая её.
— Знаешь, я могу освободить тебя. Ты и я…
— Я никогда к тебе не прикоснусь, — глядя в его глаза, сказала Арья. — Разве что мечом.